Академия зла. Быть ведьмой - Ольга Хусаинова

— Арен! Осторожно. Здесь…

— Я. — Ехидно договорили за меня, и защита рассыпалась на мириады искрящихся точек. Ударило в глаза темным туманом, и все погасло вокруг.

Ни дыхания, ни сердцебиения, лишь глухая чернота и ехидный смех. И я. Или не я. И тишина.

— Пошла вон отсюда.

Голос привел меня в себя. Мираж? Сон? Где я? И почему мне здесь так уютно?..

Вокруг было небо. Голубое, чистое и почему-то переливающееся, как моя магия.

— Это мое, — услужливо сообщили мне, едва я зажмурилась, вскинув голову к сияющему и словно живому небу. — А тебе здесь места теперь нет.

Я стояла на краю пропасти. Под ногами была опора — черная скала, твердая и надежная, сверху небо — голубое и яркое, а сама я была в золотом сияющем платье, и руки мои мерцали золотистым свечением, и волосы. А позади, где кончалась скала, кончалось и небо, превращаясь в бездонную воронку, от которой тянуло ужасом и смертью.

Незнакомый мужчина стоял напротив. Низкий, приземистый, неуклюжий. С острым загнутым книзу носом и жутковатым взглядом, жадно тянувшимся ко мне.

— Жизненная сила тоже моя, она тебе не пригодится.

Так вот как выглядит бесплотный дух! Или так он выглядел при жизни? Нити — светлые, золотистые и теперь я точно знала — несущие самое дорогое — жизнь, потянулись к нему, как паутинка, против моей воли.

Он выбросил вперед ладонь, и с удлинившихся пальцев потекли вперед дымчатые извивающиеся плети, подползли вплотную, полезли вверх по подолу, который тут же потускнел рядом с ними. Я отступила на шаг. Дух улыбался. Открыто, торжествующе и оттого страшно.

Я попыталась ответить магией, но земля подо мной сотряслась яростным ударом, и я еле устояла на ногах. Дух захохотал — раскатисто, словно гром.

— Давай, попробуй уничтожить себя изнутри! — веселился он. И обвел рукой вокруг. — Полюбуйся, что тебя наполняет… Магия, жизнь… Темная магия — фундамент твоего дара, ментальная — приятное дополнение, маловато будет… У твоей предшественницы была сапфировая твердь под ногами, которая дрожала от переполнявшей ее энергии. Но ничего, я разберусь, как распорядиться и этим наследием…

Вокруг меня сплетались черные жгуты, загоняя все глубже и глубже в темноту, подталкивая к бездонной пропасти.

— Так вот как ты захватываешь тело? — презрительно скривила я губы.

— Нет, — больше не было на лице улыбки. — Так я изгоняю душу.

И разговоры кончились.

Я чувствовала, как с каждой потерянной золотистой каплей мое тело бледнеет и постепенно расплывается. И отступала, отступала, ища спасения. И окружали все плотнее жадные плети, высасывающие силу, превращающие меня в ничто. И дико хотелось спать.

— Селли!

Я вздрогнула. Голос был далеким, тихим, но дрогнула опора под моими ногами, а за спиной со скрежетом выросла каменная черная глыба, отделяющая меня от края пропасти, над которой я уже занесла ногу. Пятиться теперь было некуда, я лопатками уперлась прямо в нее. Дух неприятно скривился.

— Селли! — уже тверже, увереннее. Кажется, я знаю этот голос.

Дух оскалился, зарычал, завращал страшно глазами, но разрасталось между нами фиолетовое свечение, непонятно откуда взявшееся.

— Борись, не сдавайся! Не уступай ему! — апатично услышала я.

Платье мое больше не сверкало золотом, обвисло серой тряпкой, а у существа напротив отросли зубы, с которых капала слюна и он бросался, бросался вперед, но почему-то не дотягивался до меня, налетая на сверкающую фиолетовыми всполохами преграду. Голоден?

Мысли путались, даже стоять на ногах было лень, и я уселась прямо на камни, поджав ноги, оперлась спиной на отделяющую от пропасти глыбу и просто смотрела перед собой пустым взглядом. Так, наверное, нельзя, именно этого и добивался захватчик — избавить мое тело от своего «Я», от души, от меня… Но мне было наплевать. Потрясающее равнодушие перед концом.

— Селлина… — совсем тихо, обреченно, горько.

Я устало прикрыла глаза. Сил бороться не было, сил не было даже, чтобы смотреть на взбесившегося за фиолетовой преградой духа, который все больше приобретал звериные черты, становился все чернее — лицо, волосы, когти на неестественно длинных руках. Странно.

И вдруг страшный удар в грудь. Я скривилась от боли, ахнула, но в следующее мгновение от этого места начало разливаться что-то горячее, быстро распространяясь по всему телу. Я словно очнулась ото сна, в голове прояснилось, и я увидела, что ярче сияет мое платье, что вернулось к посеревшей коже золотистое сияние. Я решительно поднялась на ноги и даже не пошатнулась.

Дух превратился в черное, метающееся за преградой, бесформенное пятно. Я обвела взглядом вокруг — бескрайний простор, острые черные скалы, тянущиеся вверх, как будто ставшее ярче небо, теплый ласкающий ветер и наполняющий меня энергией, укутывающий жаркий свет. Не отдам.

— Здесь я хозяйка!

Голос прогремел оглушительно.

Дух ответил неразборчивым воем.

А я вдруг четко поняла, что ему здесь нет места и не могло быть. И почему я отступала раньше от этого жалкого комка?

— Пошел вон.

Земля и небо сомкнулись, отрезая постороннее существо из моего мира, выбрасывая его за пределы моей жизни, а я успела улыбнуться, прежде чем окончательно погрузиться в темноту.

Первое, что я почувствовала, когда вернулась способность чувствовать — впившиеся в лопатки камни. Первое, что увидела, открыв глаза — крючковатый, хищно выступающий вперед нос, темные глаза, сверкающие под капюшоном и осунувшееся лицо, нависшее надо мной.

— Вы?! — перепугано выдохнула я и приподнялась на локтях, готовая отползти назад на безопасное расстояние.

— Мы, — поправил знакомый голос. — Извини, мне пришлось многое рассказать…

Лорд Тиан проворно оттеснил некроманта в сторону плечом, наклонился ко мне ближе. Я была рада ему, рада как никогда и, наверное, глупо улыбалась.

— Спасибо! — магистр с силой пожал костлявую руку декана некромантов.

— Впервые вижу, как перерожденный становится обратно черным, — задумчиво проскрежетал Ринтан Сонер. — А с черным справиться здесь намного проще, чем на поверхности.

Естественно, я не стала сообщать, что однажды превратила черного в бесцветного, так почему бы и не превратить наоборот? Все равно не поняла, как именно. Может, у духов на меня своеобразная аллергия?

Вдали лежали дымящиеся останки некогда страшного монстра, вокруг него сновали темные маги и некроманты в плащах — настоящие, я не разглядела ни одного адепта. Почему-то чудище стало жалко.

Темный проследил за моим взглядом, за моим раскисшим выражением лица.

— Вот только не говори… — несчастно скривился он.

Я шмыгнула носом, но промолчала. Существо, которое с легкостью может открывать проход из нижнего мира в наш, опасно по определению, а уж если оно обладает такими размерами и агрессивное… Все-таки я недостаточно кровожадна ни для темной, ни для ведьмы. И, как оказалось, недостаточно сильна…