Одержимый. Рыцарь Империи - Андрей Буревой

«Коготь и хвост? – кривовато усмехнулся я и с сомнением почесал в затылке. – Ну разве что…»

Впрочем, проблема дележки добычи недолго занимала меня. Ну не получается концентрироваться на делах, когда впереди вышагивает эдакая цаца…

«Какие же ножки у ди Мэнс… Ну просто загляденье, – умилился я, откровенно пялясь на девушку, и украдкой облизнулся. – За такие можно простить ей многое… Если не почти все…»

Миновав пару выжженных до земли черных пятен, мы добрались до склона и начали подниматься наверх. Хоть и непросто это оказалось сделать в нашем состоянии… Подъем-то довольно крутой да протяженности немалой – ярдов под двести. Пока до вершины горного отрога добрались, подустали. Я уж дышать начал, как загнанная собака, а Кейтлин… Кейтлин оступилась и едва не покатилась кубарем вниз, да я спас. Подхватил за руку и удержал, не дал упасть.

– Спасибо, – обретя равновесие и высвободив свою руку из моей, буркнула леди, не глядя в мою сторону.

– Спасибой не отделаетесь! – не иначе как сдуру ляпнул я и великодушно разрешил обернувшейся девушке: – Можете меня в благодарность поцеловать!

– Что?! – вспыхнула она. Негодующе сверкнув темно-изумрудными глазами, гневно выдохнула: – Ну знаешь ли!..

Но мне не суждено было узнать, что она хотела этим сказать, ибо Кейтлин резко замолчала. Лицо ее исказилось, и глаза вновь стали темнее темной ночи.

– Ах, значит, ты теперь еще и поцелуев моих возжелал?.. – совершенно по-змеиному прошипела демоница.

– Ну да, – признал я очевидное, хотя после случившегося миг назад с Кейтлин преображения эта идея мне уже не казалась столь уж заманчивой. Такое выражение лица у нее стало… Словно желает наброситься и покусать.

– Вот, значит, как?.. – прорычала ди Мэнс и растянула губы, превращая возникший на ее лице кровожадный оскал в какое-то подобие насмешливого. – А не передумаешь? Зная о том, что за один-единственный поцелуй придется заплатить жизнью?

– Да хоть и так – все равно обеими руками за, – храбро ответил я. Ну а что еще остается делать? Отступиться же невозможно – сам предложил. Пойду на попятную – сочтут за трусость… Но крутящийся на языке вопрос все же задал: – А вы всех, кто решается вас поцеловать, убиваете, леди?

– О нет, – отрицательно покачала головой Кейтлин и выдохнула: – Их убиваю не я… Их губит собственная наглость…

Расценив это заявление как явную подначку, я решил не сдаваться. Подумал еще о том, что, похоже, моя догадка насчет сходства характеров Кейтлин и Ночной Тени была верна… Из-за присущей им излишней самоуверенности, вспыльчивости и упрямства их обеих так легко развести на «слабо»… что только успевай пользоваться выпадающими возможностями.

Само собой, я не удержался. Сразу же подступился к девушке, осторожно опустив ей руки на талию и заверив:

– Так я же ну нисколечко не нагл…

– Это твоя жизнь, твой выбор и твое решение, – равнодушно-холодным тоном молвила она, и ее заполненные мраком глаза опасно блеснули. Но вот отстраниться от меня или надавать по наглым лапам Кейтлин и не подумала.

– Ты права – это мой выбор, – согласился я. И, бережно притянув к себе эту провокаторшу, прильнул к восхитительным устам. Поцеловал… С упоением… И прямо-таки воспарил от неземного удовольствия на небеса. Ошеломленно подумав еще: «Кажется, совсем не тех девушек я прежде целовал…» Умопомрачительно сладки оказались нежные девичьи губки… Я буквально задрожал от наслаждения, а в глазах помутилось… Будто ночь вдруг настала… Ноги мои подкосились…

– Это твой выбор. На меня не пеняй, – прошептала Кейтлин, делая шаг назад от безвольно упавшего наземь меня, силящегося выдавить хоть слово. Развернулась и, не оборачиваясь, побрела прочь.

А у меня окончательно свет померк перед глазами, и тело мое охватило странное оцепенение…

«Бес! – ощущая, как мертвеют конечности и придя от этого в неописуемое отчаяние, обратился я к рогатому. – Что со мной происходит?!»

«Ну а что ты хотел, чтобы с тобой происходило, осел, когда лез демоницу целовать?» – удивленно вопросил этот паршивец, явно не испытывая ко мне никакого сострадания.

«Да к ним что, нельзя и прикоснуться, что ли?!» – нашел в себе силы возмутиться я.

«Можно, – осклабился бес и ржанул. – Но зачастую только один раз! Вот, помню, водил я как-то дружбу с одним помешанным графом-стихоплетом… С рифмой у него, правда, напряженно было, но кое-что он сумел сочинить, призвав к себе в качестве музы суккубу… – Мечтательно закатив глазки, он продекламировал:

Прелестные уста их источают сладкий яд,

Что, наслаждение даруя, в то же время убивает.

А жить так хочется…

Да только невозможно, воспарив на небеса,

О смерти не забыть и поцелуй прервать!

Но, даже пожелав, не вырваться из их объятий страстных,

Что обратились гибельною хваткой…

Не хватит сил…

И не попортить нежной кожи шелк – скользит по ней клинок

кинжала…»

«То есть губы суккуб источают смертельный яд?» – вычленил я самое главное из повествования нечисти.

«Ну не совсем яд, – почесал рог бес. – Это эдакий дурман сладострастия… Позволяющий суккубам одним мимолетным касанием губ затуманивать разум своих жертв. – Он скорчил рожицу. – Проблема только в том, что мало кто может удовольствоваться столь малым! А в слишком больших количествах и лекарство – яд».

«Да мы же с Кейтлин целовались всего ничего! – вознегодовал я на такую несправедливость. – А отдельные счастливчики, по слухам, по нескольку дней кряду с суккубами развлекались! Причем не довольствуясь одними лишь поцелуями!»

«Наверное, они были пьяны, – пожал плечами рогатый. – Вино неплохо связывает дурман суккуб, оттягивая момент пресыщения им».

«А вина у меня с собой и нет, – упал я духом. – Да даже если и было – что толку, если уже не только руки-ноги отнялись, но и губы не шевелятся?..»

«Могу малость посодействовать», – вкрадчиво молвил рогатый и предвкушающе потер лапки.

«В излечении от смертельного яда? – с сарказмом осведомился я и фыркнул. – Спасибо, ты меня уже от смертельной заразы лечил! – Да так и замер, осознав, что ляпнул. А сердце сразу быстро-быстро заколотилось. – Бес! – гневно обратился я к поганцу. – Так, может, я и не умру в самом деле? Чуть поваляюсь да отойду? Если уж меня зараза ваша демоническая не взяла, то что мне какой-то дурман?»

«Ну… – заюлил бес. – Это уж как сложится. Может, помрешь, а может, и нет. Хочешь попробовать?» – съехидничал он.

«Вот гад! – обозленно подумал я. – Хорошенький выбор предложил! Прямо-таки подталкивающий к необходимости принятия практически безвозмездной бесовской помощи!»

Но сразу решил не сдаваться. Как станет совсем худо, тогда к нечисти и обращусь. А прежде надобно проверить одну идейку… Не поможет ли мне нечеловеческая ярость, в результате которой начинается частичная трансформация тела? Может, я-чудовище лучше смогу противостоять демоническому яду?..