Гость из пекла - Илона Волынская

– Вообще-то, я не имела в виду… что решать, как нам жить дальше, ты будешь исключительно в свою пользу, – сгорбившись на кухонной табуретке, словно на плечи ей давила невыносимая тяжесть, горько сказала Ирка.

– Я думала, мы уже все обсудили! – вырвалось у мамы, и в глазах промелькнуло глубочайшее разочарование. Ну да, она считала, неприятный разговор позади, но противная девчонка снова заартачилась, и вместо приятного вечера у телевизора приходится объяснять, улещивать, уговаривать… Все эти мысли стремительно пробегали по маминому лицу, как тени летних облаков по воде, и каждая откликалась тягучей болью в животе у Ирки. Точно туда загнали длинную толстую щепку и теперь ворочают ее там. – Как ты можешь так говорить, Ира? – мама вернулась к столу. – Разве я не о твоем благе думаю?

Видно, «нет, не о моем» было написано крупными буквами у Ирки на лице, потому что мама поглядела на Ирку неприязненно и процедила сквозь зубы:

– И это благодарность за все, чем я для тебя пожертвовала?

Теперь Ирке казалось, что ее пилят тупой пилой. На две части. В одной оставалось ее желание быть рядом с мамой. В другой – обида, жгучая, как полная ложка красного перца!

– Чем пожертвовала? – хрипя, словно связки и впрямь обожгло перцем, спросила Ирка.

Мамин взгляд окрасился растерянностью, тут же сменившейся раздражением.

– Если ты даже не помнишь, то ты еще более неблагодарная девчонка, чем я о тебе думала!

– Вот уж не думала, что ты обо мне думала! – выпалила Ирка, как делала при разборках с обнаглевшими одноклассницами. И тут же испуганно зажала себе рот ладонью. – Ой, мамочка, я не хотела… Я не хотела тебя обидеть!

– А обидела! Вот так, походя, взяла и обидела, как ногой пнула! – Мама атаковала мгновенно, точно как девчонки у Ирки в школе. Только дай слабину – сожрут!

Ирка отняла ладонь ото рта… И уставилась на маму, словно видела ее впервые. Может, и впрямь – впервые. Не ту придуманную маму, которую она вымечтала себе, а вот эту, реальную, настоящую, живую женщину! Ирка сказала соседке Ладе, что пришла ей на помощь, потому что Лада похожа на ее маму! Но ведь и мама тоже похожа на Ладу! Больше всего похожа на шестнадцатилетнюю девчонку, не привыкшую и не умеющую отвечать за кого-то – даже за себя! А только требующую и требующую, чтоб пришел кто-то сильный и взрослый и враз решил все ее проблемы, как Тео решает мамины.

Но… если мама до сих пор маленькая, то выходит, Ирка в свои тринадцать – совсем взрослая?

– Мама, он тебе не нужен! – выпалила Ирка. – Я имею в виду – Тео… Я позабочусь о тебе не хуже… Лучше, чем он, честное слово! Мы с бабкой небогато живем, но у меня есть деньги! И еще будут! Я все для тебя сделаю, мама!

– Прекрати молоть ерунду, Ира! – оборвала ее мама. – Я, конечно, понимаю, для такого ребенка, как ты, и сто евро – уже огромные деньги…

«Сейчас надо завопить – я не ребенок!» – подумала Ирка… и не завопила. Очень уж звучало… по-детски. Когда ты на самом деле не ребенок, это совсем не нужно доказывать.

– Не сто евро, – устало сказала она. – У меня несколько счетов в разных банках – надежных, не то что у Тео. – Она криво усмехнулась. – И скоро будет еще.

– Откуда у девочки могут быть счета в банках? – закричала мама, чуть не в панике.

– Мама, я долго жила без тебя…

– Теперь ты меня всю жизнь будешь этим попрекать?

– Я не попрекаю, я объясняю. Я совсем неплохо справлялась – я могу позаботиться и о себе, и о тебе…

– Глупости! – Мамины глаза вдруг сузились в злые прицельные щелочки. – Я не могу позаботиться о себе, я, взрослая женщина, а ты, девчонка, можешь? Ты что, думаешь, какая-то особенная?

– А тебе не нравится, что я особенная? – растерялась Ирка.

– Почему мне должно нравиться? – взвилась мама.

– Ну… наверное, потому, что ты моя мама. А я – твоя дочка, – пробормотала Ирка. Всем родителям нравилось, что их дети – особенные, и Танькиным, и Богдановым, и Иркиных одноклассников…

– Ох ну конечно! – процедила мама, и лицо ее вдруг стало совсем некрасивым. – Чтоб нас все время сравнивали? Чтоб говорили – у такой дуры-мамаши такая замечательная девочка? Ты этого для меня хочешь, да?

– А чего ты для меня хочешь, мама?

– Добра, глупая девчонка! – завопила мама так, что со двора раздалось встревоженное меканье козы. – Как ты не понимаешь! Если ты сделаешь, что требует от тебя Тео, нам всем будет хорошо – и тебе, и мне!

– Мама, а что требует от меня Тео – он тебе сказал? – заорала в ответ Ирка. – Ты хоть знаешь, чего ты сейчас от меня добиваешься?

– Я знаю, что Тео взрослый, умный и успешный, а ты – сопливая упрямая девчонка! Я совершенно ему доверяю!

– А я – нет! – отрезала Ирка.

– Какое имеет значение – доверяешь ты ему или нет? Ты – глупый маленький ребенок!

– А такое – что это не я к вам, это вы ко мне приехали! Хоть я и ребенок! Приехали только потому, что я понадобилась Тео, иначе ты бы обо мне даже не вспомнила! – проорала Ирка, вскакивая и нависая над мамой.

Мама отшатнулась, едва не упав со стула. Ирка остановилась, тяжело дыша и опираясь на стол костяшками пальцев.

– Это несправедливо, – прошептала мама. – Я о тебе вспоминала.

– Легко и просто – вспоминать! – согласилась Ирка. – И больше ничего не делать! – Она повернулась и отошла к окну – смотреть на маму у нее не было сил. Раньше она стыдилась плакать, а теперь хотела бы, но глаза сухие, на душе пусто и как-то… бессмысленно.

– То есть ты отказываешься помогать своим родителям, которые тебя родили и воспитали! – жестко отчеканила у нее за спиной мама.

– Ага, причем Тео родил, а ты воспитала! – горько хмыкнула Ирка.

– Тогда нам больше не о чем разговаривать, – столь же горько сказала мама.

– Я тоже так думаю, – устало кивнула Ирка.

– Неужели все так и закончится? – прошептала мама. – Ты… Я… – И по щекам у нее покатились слезы.

Ирка почувствовала, как внутри у нее сжимается, так что трудно становится дышать.

– Хорошо, – выдавила она. – Только ради тебя… Можешь передать Тео…

– Ты ему поможешь! – радостно вскинулась мама, и слезы на ее глазах мгновенно высохли.

– Я позволю ему уехать. Живым-здоровым, – сурово ответила Ирка. – Это больше, чем я имею право… и больше, чем я собиралась для него сделать.

– Ты говоришь, как… какая-то киллерша! Или еще хуже, как… как полисменша! – испуганно посмотрела на нее мама. – Ты меня прогоняешь?

– Что за глупости! – жестко хмыкнула хортицкая ведьма. – Ты, естественно, никуда не поедешь. Ты совершенно не понимаешь ни во что вляпалась, ни с кем связалась. Ничего, не волнуйся, я обо всем позабочусь.

Мама подалась еще дальше от Ирки: