Порри Гаттер и Каменный Философ - Андрей Жвалевский

– Трубы! – скомандовала МакКанарейкл.

Порри – а секунду спустя и Развнедел – простейшим заклятием Отдай-сюда-сломаешь извлекли магоопасное оружие из рук домовых. Вторым эшелоном потянулись саперные лопатки.

Все было кончено.

– Мергиона, – сказала декан Орлодерра. – Душенька. Они твои.

Порри отвернулся, чтобы не видеть многообещающего выражения лица подруги… и столкнулся с не менее многообещающим выражением лица Рыжей Пеппи.

– А ты почему в шарики не играешь? – спросил бывший стажер Бэби-Сити и кивнул на группу деток, которые радостно пинали армейское снаряжение.

– Не хочу шарики, – заявила девочка. – Я хочу… Я хочу…

Гаттер не стал ожидать, пока ребенок определится. У него был кое-какой опыт в таких делах.

– Кисер! – попросил он, стараясь не обращать внимания на глухие удары из того угла, где Клинч, Мерги и Дуб… короче говоря, где они находились. – Кисеныш! А можно теперь всех назад? Первертсу и так уже досталось. Здравствуйте, дядя А! Как там Анечка? Ну Кисер же!

Дядя А улыбнулся.

– Приветствую, Порри. Анечка очень выросла. Собирается к тебе в гости. А нам, и правда, уже пора, – согласился он и обратился к коту, который был чрезвычайно занят вылизыванием передней левой лапы:

– Уважаемый Кисер, отбывая сюда, я случайно услышал, что Хитрая Мордочка собиралась купать котят. При этом она что-то ворчала по поводу отцов, которые ни разу не вылизали своих детей.

Кот застыл.

– Ну, допустим, – наконец произнес он. – Хоро всегошего.

– Я хочу, чтобы… – уверенно начала Рыжая Пеппи, но, к счастью, заканчивать фразу ей пришлось уже в Бэби-Сити.

Полосатый организатор спасательной операции махнул хвостом, и малолетние спасители вместе с воспитателем исчезли. Последней, как и положено в английских сказках, растаяла в воздухе хитрая кошачья ухмылка, которая сказала:

– Встрето скоримся.

Порри только покачал головой.

– Я сделал, – заявил Сен, – несколько очень интересных выводов.

Аесли-младший также избегал смотреть в ту сторону, где освобожденные, а затем закабаленные домовые получали по заслугам и другим незащищенным местам.

– Помнишь, – продолжал Сен, – все удивлялись тому, что вся магия Того-кто-потерял-всю-магию перетекла в тебя, а ты до сих пор не величайший колдун в мире? Так вот, я знаю, куда подевалась большая часть магических способностей, которые аккумулировал Мордевольт.

– В Кисера, что ли? – уточнил Порри. – Ну да, если он может запросто переносить людей из Бэби-Сити в Первертс и обратно… Но, по-моему, эта магия ему мозги немного повредила. Несет какую-то чушь. «Всегошего». «Скоримся».

– А что, – спросил Аесли, – раньше он декламировал Достоевского в оригинале[163]?

Гаттер промолчал. Раньше Кисер ограничивался утробным мурлыканием. Имел ли в виду кот Достоевского, Порри не знал.

– Второй вывод, – сказал Сен, – связан как раз с прощальной речью твоего кота. «Хоро всегошего» означает «Всего хорошего», а «Встрето скоримся» – «Скоро встретимся». Ничего не напоминает?

– Болгарский эмигрант? – вспомнил Порри. – Который следил за мной в Дутом переулке, а потом приходил к маме? А зачем он подсунул Развнеделу пугатор с Мордевольтом тогда, на картофельном поле?

– Может, предупредить хотел, – пожал плечами Сен. – А может, просто выделывался. Коты – существа непостижимые. Или как там их классифицировал Харлей? «Кошки. Кто они?»

– Ты еще скажи, что четверокурсник в поезде был Кисером[164]!

Важный гносеологический спор был прерван боевым кличем Лужжа:

– Держитесь! Мы идем!

Ночные небеса обрушились, и два великих мага обрушились на поле боя, готовые обрушиться на врага. Стоящая невдалеке башня Орлодерра зашаталась.

– А, – перевел дух Югорус, – уже все? А я думал, мы опоздали.

– Да нет, – успокоила его МакКанарейкл, кивнув на пытающихся уползти домовых, – кое-кого спасти еще можно.

– Может, не стоило так долго задерживаться в Гренландии? – спросил Браунинг, со священным ужасом наблюдая за неутомимой Мергионой. Клинч и Дубль уже сидели в стороне, вытирая трудовой пот.

– Не могли же мы бросить людей без Утепляющего заклинания! – возразил Лужж. – А то пришлось бы встречать Новый год на морозе.

– Да и пять тысяч Санта-Клаусов им не помешали, – признал Браунинг.

Маги хихикнули.

Тем временем произошло невозможное: Пейджер остановилась. У нее закончился фронт работ. Оглядев кучу поскуливающих ложных гномов, Мерги нахмурилась и заявила:

– А Бубльгум опять смылся! Ну что это за… Лихорадочный бой главных часов Первертса не дал Мергионе договорить. С последним ударом хриплый голос с часовой башни произнес:

– Небось, опять не успели желание загадать? Ничего, в следующем году попроворнее будете!

В недрах главного корпуса проскрежетало.

– Это же мое Охлопывающее заклинание сработало! – заволновался Лужж. – Браунинг, мы точно всех эвакуировали?

– Даже если кто-то остался, – сказал коллега профессора, – нормальный размер Зала Трансцендентальных Откровений вряд ли ему повредит. Кстати, а зачем вы вообще поставили таймер заклинания на полночь?

– Да это все ректор! Бывший. Он начал мне объяснять, что если площадь Школы в ноль часов первого января не будет соответствовать техпаспорту, его могут привлечь за приписки. Между прочим! С Новым годом всех!

– Кто родился в январе, вставай, наливай! – запел Клинч. – Тост. Сам придумал.

– С новым счастьем, – ответила Сьюзан, – пойду, прибью Бубльгума.

– Секундочку, мисс, – остановил ее Югорус, – с этим вполне справится и наша команда победителей. Я думаю, мистер Гаттер, вы знаете, где его искать. А у нас, профессор МакКанарейкл и профессор Развнедел, есть более важные проблемы.

– Например? – нахмурился декан Чертекака, который начал было незаметно левитировать в сторону столовой.

– Например, скорректировать учебные планы с учетом высвободившейся ставки. И организовать отъезд студентов на каникулы. И учесть при составлении расписания мудловские… то есть слабоволшебные предметы.

– Мне тоже нужно выполнить свой долг, – вздохнул Браунинг. – Навестить в лазарете моего собрата по несчастью Фантома Асса.

– По несчастью? – переспросила Сью, но святой отец уже улетучился.