Академия попаданцев - Мария Боталова

— Извини, но поводов для радости я тебе не предоставлю, — хмыкнул менталист, продолжая неспешно обходить зал.

— И что же, ты намереваешься свалить отсюда до появления Ничто? — не унималась я. — А как же источник? Его-то ты с собой не прихватишь!

Ну, наверное. Лично я вообще толком не представляла, как этот самый источник выглядит.

Элимар улыбнулся, покачал головой и бросил на меня снисходительный взгляд.

— Источник? А кто сказал, что мне нужен источник?

Такого я уж точно не ожидала.

— Ну а ради чего тогда ты все это затеял? Тупо жажда разрушений? Погоди, может, ты и как-то Ничто спровоцировал?

Он расхохотался.

— Нет, Лика, за Ничто как раз тебе «спасибо» сказать надо.

— В каком смысле? — я окончательно запуталась.

— Всем известен закон, что людей нельзя допускать в академию. Да только никто уже не помнит почему. А я вот не поленился и выяснил. В то время как всех магических созданий наполняет магия, вы, люди, носите в себе частичку Ничто. Оно — неотъемлемая часть вашей сути! И видишь ли, какая ирония судьбы, оказавшись в академии, ты сама начала Ничто притягивать. Подобное стремится к подобному — это непреложный закон мироздания. Ты стала ходячим провалом в Ничто посреди осколка магического мира! Ты одним своим присутствием пошатнула его незыблемое основание! Ну? — он хмыкнул. — И кто из нас теперь главный злодей?

Я медленно опустилась на пол клетки, обхватив голову руками. Что же это получается… Это я во всем виновата…

— Но и это еще не все, Лика. — Элимар подошел к самым прутьям и опустился на корточки. — Ты сотворишь кое-что пострашнее, чем поглощение академии и всех ее обитателей Ничто.

— И что же? — бесцветным голосом спросила я, подняв на него глаза.

— Ты позволишь мне добиться цели. Не источник, Лика, нет. Мне нужно другое. Куда глобальней и страшнее, — он понизил голос и, явно наслаждаясь моей реакцией на эти слова, прошептал: — темный властелин.

Я будто бы враз онемела. Даже при желании что-либо сказать все равно не смогла бы. А Элимар продолжал меня добивать своими откровениями:

— Савельхей ним Шагрех. Само воплощение магии тьмы. Мощнейшей силы, какая только существует во вселенной! Даже природная магия источника и близко не идет с ней в сравнение. Вот и представь, какую мощь я получу. Опять же, благодаря тебе.

Элимар поднялся, бросил быстрый взгляд на равнодушную ко всему Николетту.

— Видишь ли, изначально я рассчитывал на избранную. Надеялся с ее помощью спровоцировать Савельхея на использование магии тьмы. Для него это был бы единственный способ защититься от атаки природной магии источника. Но тут оказалось, что ты вовсе и не избранная. Хотя ты так ловко умудрялась выжить во всех подстроенных мною покушениях, что сам бы я не догадался о твоем самозванстве. Все ждал, что перед лицом смертельной опасности ты свою силу проявишь. Но тебе хватило глупости признаться, что ты — человек, и все сразу встало на свои места. Потому я и не мог подчинить тебя своей воле, ведь люди, благодаря Ничто, невосприимчивы к ментальной магии. Тогда я разыскал Николетту, но и тут мой план оказался невыполним. Выяснилось, что даже сила избранной намного слабее тьмы Савельхея.

— Зачем тебе провоцировать Савельхея на использование тьмы? — я упорно не понимала. Вообще до конца поверить не могла. Слишком абсурдными казались слова Элимара.

— Затем, что он станет совершенным оружием против всех и вся. А благодаря кое-чему, что я позаимствовал у вампиров, именно я буду темным властелином управлять.

Я вспомнила, что рассказывал Ийрилихар. Их пропавшая реликвия многократно усиливала способности любого мага. Получается, Элимар рассчитывал с ее помощью подчинить Савельхея своей воле! Но… но почему он не сделал этого раньше?

Словно в такт моим мыслям менталист самодовольно продолжил:

— Но чтобы взять его под контроль, сначала необходимо высвободить магию тьмы. А учитывая, что сам Савельхей делать это не спешит, надо ему помочь.

— Что ты задумал? — вот теперь, когда все кусочки мозаики сложились воедино, мне стало по-настоящему жутко.

— Я просто не оставлю темному властелину иного выбора. Ему придется использовать тьму. Это место, — он окинул взглядом зал, — теперь поглощает любую магию. А без магии тебя не спасти. Здесь я абсолютно неуязвим. Вот и придется Савельхею решиться на то, чего он так старался избежать.

— Ничего у тебя не получится! — закричала я в отчаянии. — Савельхея тебе не захватить!

— А я и не собираюсь его захватывать. — Элимар вновь приблизился к решетке и прошептал: — Он сам придет сюда. За тобой, — его ликующий взгляд на мгновение замер на метке тьмы на моем предплечье, губы тронула кривая ухмылка: — Избранница.

— Но Савельхей даже не знает, что я вернулась. Он не придет.

— Ошибаешься, Лика, — усмехнулся Элимар и убежденно добавил: — Придет. Тьма подскажет ему, что ты в опасности. А знаешь, что самое интересное, Лика? Ты, может, и избранница Савельхея, но тьма не обязана была принимать тебя. Метка — да, но не платье на балу. Просто Тьма знает, что именно ты поможешь ей высвободиться.

Я вспомнила свое удивление и краткое замешательство Савельхея. А потом и его туманный ответ: «Скажем, ты понравилась Тьме». Тогда я не придала особо внимания случившемуся. Но действительно — чем я могла понравиться Тьме, от которой пытается отказаться Савельхей, если не предназначением даровать ей свободу?

— В своем примитивном, а может быть, наоборот, намного более разумном, чем у живых существ, стремлении к разрушению, Тьма использовала тебя. Теперь хочет использовать Савельхея, чтобы наконец прорваться через него и уничтожить все вокруг. Нести Смерть, то, для чего она есть. Ну а я использую Тьму, — самодовольно улыбнулся Элимар. — Разве мой план не прекрасен, Лика?

— Ты… ты мерзок! — задыхаясь от потрясения, воскликнула я.

Элимар рассмеялся.

— Мы стоим друг друга, — весело произнес он. — Ведь именно из-за тебя Ничто поглотит академию. В моих планах были только небольшие пробные разрушения, а гибель ни в чем не повинных студентов будет именно на твоей совести. А теперь, извини, вынужден оставить тебя. Но можешь не беспокоиться, скоро твой спаситель составит тебе компанию. Ненадолго, правда, но ведь и мимолетная встреча с любимым перед смертью станет величайшим подарком? — в исполнении Элимара небрежно брошенная фраза прозвучала особенно отвратительно.

Как только менталист ушел, я попыталась воспользоваться магией. Ведь это обычная магия поглощается страшным заклинанием, а моя, из самого источника, непременно должна справиться! Однако искры, слетавшие с моих пальцев, на этот раз гасли еще до того, как касались прутьев решетки. Я не унималась. Обращалась к магии снова и снова, сбрасывая с рук зеленоватые брызги, но те, едва появившись, мгновенно рассеивались, будто тяжелая, густая, неправильная сила их поглощала. И постепенно я все отчетливее чувствовала эту силу, давящую, противоречащую живительной природе источника и вообще любой магии. Кроме магии смерти. Я взвыла и еще отчаянней продолжила атаковать свою клетку. Я не могу сдаться, не имею права! Я должна выбраться наружу, должна предупредить Савельхея! И все-все исправить! Может, если я вернусь на Землю, Ничто остановится и не поглотит академию. Я должна все исправить, должна…