Джейн, анлимитед - Кристина Кашор

Айви отворачивается, прежде чем Джейн успевает оценить всю лучезарность ее внезапной улыбки.

– Ему виднее, – отвечает она. – Увидимся позже, Дженни.

Джейн возвращается в свою гостиную. Зонтик для самообороны в коричневом и золотом цветах, над которым она так корпела, больше ее не занимает. Она уверена, что для кого-то важно, что Филипп сидел в засаде с пистолетом, Фиби и Патрик заняты Панзавекки, но волнует ли это мать Рави, у которой есть велоцирапторы?

В таких условиях нужно заняться либо чем-то очень скучным и кропотливым, чтобы позабыть обо всем остальном, либо, наоборот, чем-то настолько увлекательным, что перебьет все предыдущие впечатления, полностью захватив все внимание.

Джейн интересно, как может выглядеть зонт из параллельного измерения.

Он должен вливаться в любое окружение, в любой мир, не привлекая к себе внимания.

Раньше Джейн никогда не собирала простой черный зонтик.

Идеально изогнутый купол, конец каждого ребра и спицы должны быть безупречно ровными сверху. Никаких украшений или излишеств, которые могли бы отвлечь внимание от изъянов, имеющихся у каждого ее зонтика.

Это будет катастрофа.

Что бы сказала тетя Магнолия? «Может быть. Но ты сможешь узнать что-то новое, дорогая. Почему бы не попробовать?»

Значит, все в порядке.

По мере того как Джейн выравнивает стержень на токарном станке, мир начинает обретать смысл. Все становится на свои места. Конечно же, Пинки и Спотти – не велоцирапторы. В конце концов, Джейн ведь не знает всех животных, живущих на Земле? Почему не может быть маленького животного, похожего на ящерицу, которого первая миссис Трэш, будучи не в своем уме, нашла в Сахаре, или на Амазонке, или в пустыне Раджастан и заставила себя поверить в межпространственных велоцирапторов? Да, всего лишь земные ящерицы. С перьями.

Что она там говорила? Что-то о Доме из другого измерения, которому грозит «захват пиратами». Смешно. Пираты атакуют корабли, думает Джейн, а не дома. Дом нельзя взять на абордаж, как корабль. Как бы то ни было, пираты – герои нехороших выдуманных историй. Убедительное подтверждение того, что у миссис Трэш не все дома.

– Кто-нибудь должен помочь этой женщине, – бормочет Джейн. Забавно, что сумасшедшие люди могут изменить ваше собственное восприятие реальности. Великолепно, ей-богу, Джейн уже почти поверила во все это. Так приятно вернуться в свою гостиную со знакомыми вещами, с обыкновенным земным бассет-хаундом Джаспером, дремлющим под кроватью в другой комнате. Как замечательно создавать смертельно скучный черный зонт. Пальцы плавно скользят по коллекции бегунков.

Ту-Ревьенс издает очередную порцию звуков, пытаясь вывести ее из себя.

– Кто-то кричит? – спрашивает Джейн вслух, потому что трудно различить стоны Дома, его неясное жужжание и дыхание его тепла от других звуков. Ей кажется, словно кто-то кричит.

Когда крик приближается и превращается в гневные вопли Рави, Джейн идет в свою ванную комнату, выложенную золотым кафелем, и откапывает среди туалетных принадлежностей пару затычек для ушей.

В непривычной, будто подводной тишине Джейн выбирает бегунок для ручки зонтика. Она нанизывает прутья на вязальную проволоку; нарезает и сшивает выточки друг с другом. Медленный и кропотливый процесс.

Джейн нужно сосредоточиться, но она все еще витает в облаках. Стояла ли когда-нибудь тетя Магнолия в лодке, устремляя взор в глубокое холодное неизведанное пространство океана, пугало ли ее это? Терзалась ли она сомнениями: оставаться в лодке или прыгнуть?

Джейн знает, что тетя Магнолия предпочла бы прыгнуть. Посмотреть в лицо своему страху и открыть неизведанное.

«Почему бы не попробовать, Дженни?»

«Черт побери, – думает она про себя, бросая зонт на стол. Джейн закрывает лицо ладонями и повторяет про себя: – Черт побери». Хватается за стол. Когда кончики пальцев нащупывают шероховатую поверхность, она открывает глаза, ожидая увидеть резьбу в виде голубого кита и его китенка. По верхнему краю стола тянется рисунок: китовая акула и ее детеныши. Наверное, это Айви сделала этот мощный, красивый стол.

Джейн делает вдох.

«Тетя Магнолия? Поэтому ты хотела, чтобы я попала в этот Дом? Это то, что я должна испытать на себе?»

Вытащив затычки из ушей и выбрав два зонтика, Джейн выходит из комнаты.

Рави идет по коридору в ее сторону. Он разгневан.

– Ты куда? – с подозрением спрашивает он.

– Я еще не решила, – отвечает Джейн, и это чистая правда.

– Да ну? – Голос Рави становится мягче. Он стоит слишком близко к ней. Джейн отодвигается, пока ее спина не упирается в стену. Он так близко, что ей приходится немного откинуть голову назад, чтобы увидеть его лицо.

– Рави, – тревожится Джейн, не понимая, что происходит. – Что ты делаешь?

Он касается ее губ. Затем медленно и нежно сжимает ее верхнюю губу своими. У нее перехватывает дыхание; ее губы разомкнулись. У него грубая кожа, он настойчиво завлекает, и она отвечает. Он прижимает ее к стене, положив руки ей на тело. Ей хочется, чтобы Рави прижал ее к себе сильнее и повалил на землю. Это желание пугает Джейн, потому что Рави не тот человек, с которым следует такое делать. Для него это, может, и пустяковое дело, но для нее все не должно быть вот так.

Возможно, ее руки более разумны, нежели остальные части тела, или, может быть, весь ее рассудок перешел к зонтикам. Джейн протискивает их между собой и Рави, отталкивая его.

Он отступает, не настаивая. Изучает ее лицо, склонив голову.

– Извини, – говорит Рави. – Ты злишься на меня?

– Нет, – отвечает она. – Но, пожалуйста, не делай так больше.

– Ладно. Не буду. – Он говорит мягко и искренне. Но если он так легко соглашается, не захочет ли она, чтобы он снова ее поцеловал? Джейн захлестывает непонятное чувство. Что это? Обида? Нет. Зависть. Джейн тоже хотела бы, чтобы поцелуи и секс не были для нее чем-то из ряда вон выходящим. Наверное, приятно просто целоваться, не заморачиваясь. Продолжая идти по коридору, она слышит, как за Рави хлопает дверь.

Ей кажется забавным, что она сама отказалась от того, к чему так стремилась.

Джейн замечает фигуру в конце коридора у внутреннего двора. Это Айви, которая за ней наблюдает. На ней мешковатый синий свитер, за ухом – нарцисс. Она стоит неподвижно, видимо, уже некоторое время. Айви видела поцелуй.

Как это выглядело для нее?

Айви поправляет очки и приветственно машет рукой. Джейн перестает тревожиться так же быстро, как впала в отчаяние. Разве Айви не все равно, что Джейн просто поцеловалась с Рави? Это ведь не имеет к ней отношения?

Руки снова слушаются Джейн. Она перекладывает зонт из левой руки в правую, а затем поднимает вверх. Джейн надеется, что Айви не сможет прочитать по лицу, что она сейчас испытывает. Да она и сама не знает. Когда Айви поворачивается и уходит, Джейн стоит какое-то время неподвижно, удивляясь, как вполне земной поцелуй способен обескуражить не меньше, чем межпространственные велоцирапторы.