Одна на две жизни - Галина Львовна Романова

За шесть лет, которые он провел в столице, изучая ее второе дно и ведя двойную жизнь, Ариэл успел узнать не только расположение улиц и адреса обитания воротил преступного мира. Он был вхож во многие особняки и пользовался определенным влиянием — особенно в дамском обществе. Но здесь и сейчас все эти знания оказались бесполезны. Не побежишь же в будуары графинь и герцогинь и не станешь расспрашивать их о женщине, которую могли содержать в подвалах их особняков!

— Ой, смотрите! Смотрите!

Блеяние сатира нарушило ход его мыслей. Тот задергался в лапах ликантропов, подпрыгивая на месте.

— Вон она!

— Что?

— Карета! Вон она стоит! В парке! Возле того дома!

— Стой!

Троица остановилась. Отпущенный на свободу Марилий ткнул пальцем в каретный сарай, возле которого стояла одна из карет. Присмотревшись, Ариэл вспомнил, что промелькнувшая на Капустной улице карета действительно была похожа на эту — и формой, и цветом, и наглухо закрытыми окошками. И даже вроде как колеса новые, недавно поставленные, как показала соседка-купчиха. Одна из служебных карет… музея?

Убрав шпагу в ножны, Ариэл направился к сараю и примыкавшей к нему конюшне.

— Ты, — кивнул Марилию, — ищи лошадей, которые были запряжены в ту карету. Приметы помнишь?

Сатир кивнул.

В сарае было немноголюдно. Три кучера отдыхали в подсобке, возле одной из карет возился плотник. Карет — одинаковых, но с номерными знаками и эмблемой музея на боках — было штук пять, не считая трех частных, принадлежавших директору музея и двум его ближайшим помощникам. У этих на дверцах красовались гербы, увенчанные графскими коронами, но два из них Ариэлу были практически не знакомы.

— Чего надо?

— Тайная канцелярия. Эти кареты куда-нибудь уезжали?

— Да постоянно. Но только по приказу. У нас распорядок!

— Понятно. А та карета, что на дворе, вчера куда-нибудь ездила?

— Это номер шестнадцатый-то? А как же? В университет. Тамошним алфизикам чего-то надо было перевезти.

Значит, университет? Цель была близка. Правда, храм науки находился в другой стороне — как раз надо было доехать до конца набережной, там свернуть на улицу Роз и далее.

— А кто возил?

— Да никто. Алфизики своего человека присылали. Пришли, заплатили честь по чести… Потом и лошадей, и карету в целости вернули. А чего такого-то? Это разве не алфизики были?

— Нет, — коротко ответил Ариэл, выходя.

Ликантропы и сатир ждали на пороге. Марилий опознал гнедую пару, которая была впряжена в карету. Раздумывал Ариэл недолго.

— Вот что, — распорядился он. — Один из вас возвращается к Лохматому и говорит, что за мной — долг. Он знает. А второй бежит в следственное управление на площадь Справедливости. Пусть отыщет там следователя-рогача по имени Холодный Туман и передаст ему…

Ликантропы переглянулись.

— Ну ты даешь, человек, — прорычал один. — Мы тебе что, щенки на побегушках? Пусть вот этот побегает! — Они кивнули на Марилия.

Сатир весь съежился под их взглядами.

— Я задолжал Лохматому. — Ариэл крепче стиснул рукоять пистолета. — Это в счет долга.

— Ну если долга… А с нами там захотят разговаривать?

Ариэл почувствовал настоятельное желание кого-нибудь убить. Просто так, в целях профилактики.

— Спросите имя того, кто станет вам мешать, чтобы мне знать, кого потом отправить в Тайную канцелярию для дознания.

Ликантропы переглянулись. На их физиономиях появилось одинаковое мстительное выражение. Человек догадался, что полузвери поспешат воспользоваться представившейся возможностью свести старые счеты, но отбросил эту мысль. Главное — спасти Агнию. А там будь что будет. Университет, конечно, занимает огромную площадь, но он не зря почти полтора года был там студиозусом, а потом — вольным слушателем и, нелегально проживая в комнате Марека, изучил все вдоль и поперек. Даже спросонья среди ночи он мог назвать пять или шесть укромных местечек, где могли незаметно спрятать человека. Дело было за малым — прочесать их все и найти Агнию до того, как похитители что-нибудь с нею сделают.

Агния сидела в шкафу. Разум подсказывал ей, что надо отсюда выбираться, но тело не слушалось. Она пребывала в каком-то оцепенении, находясь где-то на грани между сном и явью. И совершенно не испугалась, когда воздух перед ее носом внезапно засветился и появилась прозрачная фигура.

— Марек… Ты нашел меня?

«У-у-у…» — тихо завыла фигура.

— Боггарт, — так же тихо, одними губами, прошептала Агния. — Ты — боггарт?

«У-у-у», — повторил он, но уже с другой интонацией, утвердительно. Страха не было, и пленница вспомнила, что боггарты не опасны, если их не бояться. Наоборот, они питаются чужими страхами и слабеют, если не получают эмоциональной подпитки.

— Мне страшно, — сказала она. — Мне очень страшно.

Светящийся силуэт еще несколько секунд висел в воздухе, а потом растаял, оставив пленницу в одиночестве.

Слезы сами полились из глаз, хотя, казалось, взяться им неоткуда. Ее все бросили. Даже боггарт, бесплотный дух, лишенный мыслей и чувств, сбежал! Она совсем одна, в окружении врагов. И никто, совсем никто не придет на помощь… Уткнувшись носом в коленки, Агния еле слышно всхлипывала, забившись в дальний угол шкафа.

Университет жил своей жизнью — студиозусы, завершив на сегодня все дела, разбегались кто куда. Мастера и подмастерья запирались в лабораториях. Те немногие, кому нечего было там делать, спешили вместе со студиозусами и вольными слушателями по домам. Где-то в учебных корпусах еще горели огни в лекционных аудиториях, но многие окна уже погасли.

— И куда дальше? — поинтересовался Холодный Туман.

Он чувствовал себя не в своей тарелке — присутствие рогача среди людей всегда было заметно. Тем более здесь, где из нелюдских рас встречали только сатиров-рассыльных. А тут еще и пять констеблей рядом и ликантроп в придачу… Они тут заметнее, чем черная ворона на белом снегу. Даже сейчас, вечером, когда вечерний сумрак скрадывает очертания предметов. Такая группа не могла не привлекать внимания, но польза от них была. Именно присутствие констеблей заставило привратника вспомнить, что вчера около полудня в ворота проезжала наглухо закрытая карета без гербов, запряженная парой гнедых. Но вот куда она направилась дальше?

— Дайте подумать.

Ариэл покрутил головой, отчаянно жалея сейчас, что у него нет опыта настоящей войны. Ну разве назовешь таковым пару карательных акций в местных деревеньках! Хотя когда военные врывались в те поселения, жители тоже встречали солдат чужой армии таким вот показным спокойствием. И надо было вовремя разглядеть, угадать момент, когда из-за глинобитных хижин в его людей полетят отравленные стрелы… А если учесть, что где-то тут находится женщина, ради которой он готов убивать… Он не сомневался, что ее держат где-то тут. И даже был уверен, что знает, кто мог отдать приказ похитить вдову Марека. Ну, старый пень, это тебе так даром не пройдет! Если это действительно ты, то надо благодарить судьбу за предложение императора вернуться на службу в Тайную канцелярию.