Атака по правилам - Вадим Панов

— Я взял его, Кириллыч!

— Кого взял? — пробормотал Нытик, ошарашенно глядя, как массивный Шустов переваливается в воздухе, сантиметрах в тридцати от пола.

Тяжеленное тело придавило оглушенного Мохаммеда к ковролину. Тощий посетитель выбрался из кресла и, подойдя к негру, наступил ему на руку. Штык-нож выпал, стал видимым, и тощий ногой отбросил оружие в сторону. На его носу Мохаммед с удивлением увидел различитель.

— Денис Романович, что происходит?

— Босс, с вами все в порядке? В дверях появились привлеченные шумом секретарша и телохранитель.

— Вон отсюда! — взревел Нытик и, когда двери закрылись, повернулся к полицейским. — Это откуда взялось?

Нытик по очереди смотрел то на Шустова, все еще парящего над полом, то на грубую царапину, появившуюся на стене, при падении Мохаммед задел ее ножом, то на тяжелый клинок, который Андрей извлек из воздуха и отшвырнул в сторону.

— Сейчас объясню, — проворчал Корнилов, вытаскивая из кармана брошь в форме акулы.

— Они справились без нас, — Муба прилип к маленькой щелочке в двери. — Подождем.

Лека вернул пистолет в кобуру и с интересом покосился на аппетитную секретаршу Нытика.

Мохаммед попытался было вырваться, когда тощий поднес к его одежде артефакт, но придавивший его к полу толстяк, весивший, должно быть, целую тонну, надежно зафиксировал жертву.

— Будем знакомиться, — улыбнулся тощий, снимая различитель.

Когда в пустоте между полом и парящим в воздухе Шустовым появилась плотная фигура здоровенного негра, Нытик встал и, подойдя к бару, молча налил себе водки. Полицейские надели на Мохаммеда наручники и швырнули его в кресло. Корнилов заботливо поправил брошь на широкой груди арестованного, одернул рубашку и удовлетворенно хмыкнул:

— Ты кто такой?

— Это Мохаммед, шофер Кары, — негромко сообщил Нытик.

— Видимо, не только шофер, — Шустов осторожно поднял с пола штык-нож и положил его в пластиковый пакет. — Он приходил за тобой, Нытик.

Уголовник залпом выпил еще одну рюмку водки и посмотрел на негра.

— Это так?

Мохаммед угрюмо молчал.

— В принципе ничего удивительного, — усмехнулся Корнилов. — Ты больше не нужен, Нытик, но достаточно засветился, чтобы оставаться в живых. Тебе повезло, что мы с Сергеем оказались в кабинете.

— Не было бы вас, мы бы с ним разобрались, — буркнул Муба. — Даже лучше было бы.

Лека снова потянулся за пистолетом:

— Будем гасить полицейских?

Правой верхней рукой Муба отвесил молодому напарнику легкий подзатыльник, а левой нижней слегка приоткрыл дверь, чтобы лучше слышать то, что происходит в кабинете.

Секретарша подозрительно покосилась на дверь, но, подумав, решила не реагировать.

— Нытик, мне нужна Кара, — жестко проговорил Андрей.

— Я не знаю, где она живет, — хмуро проворчал уголовник.

— Как так?

— Вот так. Она сама приезжала.

— А номер телефона?

— Мобильник.

— Я тебя просто не узнаю, — с легкой издевкой произнес майор. — Где ваша осторожность, господин Фролов?

— Пошел ты, — Нытик уже собрался плеснуть себе еще водки, но передумал. — И так погано.

— Сочувствовать не буду, — Корнилов повернулся к пленнику. — А ты, значит, шофер? Не твоя ли физиономия мелькала при ограблении Сбербанка, шофер?

— I don't speak Russian.

— Мохаммед Али О'Брайен, — сообщил Шустов, изучающий документы негра.

— Дитя Олимпиады?

— Нет, гражданин США.

— У богатых свои причуды, — вздохнул Андрей, — скоро начнут горничных из Новой Зеландии выписывать. Слушай, шофер, мне нужен адрес Кары.

— I don't speak Russian.

— Это я уже слышал, — Корнилов закурил и пустил в лицо Мохаммеда струю дыма.

— Махмуд, хватит Ваньку валять, — Нытик вернулся в свое кресло, — или вспоминай русский язык, или я тебе отрежу, сам знаешь, что. Причем резать буду очень и очень медленно.

Негр с ненавистью посмотрел на уголовника и перевел взгляд на майора:

— Вы представитель власти и должны оградить меня от угроз этого бандита. Я гражданин США и требую встречи с консулом. Мое задержание незаконно. Это международный скандал, и у вас будут большие неприятности!

— Мне ваше гражданство до лампочки, Мохаммед, — признался Корнилов. — У нас тут свои законы.

— Я требую адвоката, консула и официального обвинения.

— Корнилов, отдай его мне, — попросил Нытик.

— А кто его потом склеивать будет? — подал голос Шустов. — Вдруг его и впрямь американское посольство начнет разыскивать?

— Долго придется искать, — скривился Нытик. — Так я зову ребят?

— Может, предложим свои услуги? — забеспокоился Лека. — Челы, они же безбашенные, порубят бедолагу на навский шуркь, ничего у него не узнают, а нам потом всю жизнь плантации от сосущих бабочек стеречь.

— Сейчас сломается, — уверенно ответил Муба. — Не такой уж он дурак.

— Видите, господин О'Брайен, сколько на вас претендентов, — улыбнулся Андрей. — Я, господин Фролов, а может… — Корнилов вплотную подошел к негру. — А может, отдать вас Великим Домам? Как насчет прогулки в Цитадель? Говорят, навы не в восторге от ваших милых шалостей.

Мохаммед молчал.

— Последнее предложение, — вздохнул Андрей. — У тебя есть возможность выбрать, с кем сотрудничать. Первый вариант — со мной. В этом случае я предъявлю тебе обвинение в ограблении банка, убийстве Валико Далеко («Правильно», — заулыбался Муба) и, может быть, в покушении на убийство господина Фролова. Нытик, будешь давать показания?

— Да иди ты…

— Причем если ты будешь себя хорошо вести, то обвинение насчет Далеко мы снимем, — майор приятно улыбнулся задумавшемуся негру. — Я же понимаю, что ты его не убивал.

— А какие еще варианты?

— Я отдам тебя господину Фролову, — Андрей помолчал. — А скорее всего, Темному Двору. Мы сможем договориться?

— Считайте, что уже договорились, — медленно кивнул негр.

— Адрес.

— Я сам покажу вам дорогу.

Секунду Корнилов размышлял, глядя на сверкающую на груди Мохаммеда акулу, затем кивнул:

— Хорошо. Нытик, мы поехали.

— Не так быстро, майор. — Хлипкий уголовник надел очки, и его глаза стали холодными. — Поедем вместе.