Наложницы ненависти - Вадим Панов

Сантьяго поднялся из кресла.

— Я все равно вернусь, — прохрипел Азаг-Тот. Морок спадал. Коба аккуратно выбил трубку и дружелюбно улыбнулся хмурому вождю:

— Теперь, дорогой, давай обсудим, когда тебе лучше умереть…

И в самом сердце древнего города…

И в самом сердце столицы некогда православной империи…

… С соблюдением всех языческих обрядов была возведена гробница. Город, обитатели которого некогда называли его Третьим Римом, украсился уродливой мумией. Украсился стеклянным ящиком, в котором гнила воплощенная ненависть мира.

«Срочно! Сенсация! Невероятное развитие событий вокруг Бастиона Лучников! Хваны снимают осаду тварей Кадаф! Как сообщают наши корреспонденты, мятежные Горностаи, с трудом отбивающие штурм гиперборейцев, совершенно неожиданно получили подкрепление в лице маршалов хамелеонов!! Семья Хван выступила на стороне Франца де Гира!! Это событие способно резко изменить расстановку сил, и теперь положение бывшего мастера войны не кажется сомнительным. Де Гир уже заявил, что…»

(«Тиградком»)

Зеленый Дом, штаб-квартира Великого Дома Людь.

Москва, Лосиный Остров, 5 августа, воскресенье, 00:42

Закутанная в темный плащ с капюшоном, королева медленно поднялась на площадку главной башни дворца и, увидев собравшихся по ее приказу военачальников, остановилась.

— Воевода, доложите обстановку.

Милана сделала шаг вперед.

— Как вы и предсказывали, ваше величество, противник произвел смену войск. Сейчас дворец окружает гвардия великого магистра, усиленная рыцарями лож.

— Всех лож?

— Нет. Видны штандарты Драконов, Саламандры и Мечей. Горностаев нет.

— Что происходит сейчас?

— Обычная активность. Никаких признаков подготовки к штурму. — Воевода Дочерей Журавля помолчала. — Может, великий магистр сдержит свое слово и, удостоверившись, что мы отдали лабораторию, не будет штурмовать дворец?

Каждое слово, каждый звук этой фразы ломали гордость Миланы, рвали на части ее самолюбие, но уж слишком непростым выдался день, и хотя последние атаки гиперборейцев не отличались особой яростью, воевода понимала, что против гвардии у потрепанных дружинников не остается шансов.

— Нет, — покачала головой королева, — чуды атакуют нас сразу же, как только будут готовы. В противном случае Леонард отвел бы войска.

— Он вынужден бросить на нас гвардию, — спокойно добавил барон Мечеслав. — Чтобы отвлечь Орден от мятежа Франца. Ему нужна победа, чтобы не допустить раскола.

— Значит, штурм, — подвела итог Милана. — Признаться, воевать с самими рыцарями мне нравится куда больше, чем с этими ублюдками Кадаф.

Она рассмеялась, но все прекрасно понимали, что воевода храбрится. Она была воином и не могла вести себя иначе, но в бездонной глубине ее глаз королева прочла смертельную усталость и… Не отчаяние, нет, но понимание неотвратимости поражения.

И не только у Миланы.

— Они подтянули боевых драконов, — добавила красавица воевода. — Планируют использовать их вместо птиц Лэнга.

«Пришло время открыть карты», — поняла Всеслава и тихо проронила:

— Штурма не будет.

— Но вы же сами… — вскинула голову Милана.

— Я сказала, что они планируют пойти в атаку, но это не значит, что мы позволим им это сделать, — четко произнесла королева. — Собери у главных ворот свою дружину, воевода, всех, кто остался.

— Сделаем вылазку? — Несмотря на откровенную самоубийственность затеи, в голосе Миланы не было ни тени сомнения.

— Дополнительно я передам в твое подчинение всех боевых магов, — продолжила Всеслава. — И сформирую вспомогательный отряд из наиболее боеспособных дружинников. Их возглавит барон Мечеслав.

— Дадим открытый бой? — Барон расправил плечи. — Безнадежно, но красиво. Мне это нравится.

Всеслава внимательно поглядывала на Милану. В бароне королева не сомневалась, но хотела окончательно удостовериться, что не ошиблась в выборе, рекомендуя в свое время белокурую красотку на пост воеводы Дочерей Журавля. И Милана оправдала надежды ее величества.

— Надеюсь, вы не забыли отдать соответствующий приказ морянам? Их удар извне может нам помочь. Мы успеем положить больше рыцарей.

Голос красавицы воеводы не дрожал, лицо оставалось бесстрастным.

«Мы успеем положить больше рыцарей, прежде чем они перебьют нас», — хотела сказать воевода.

Королева поняла это и улыбнулась.

— Разумеется, Милана, я предупредила морян, — медленно ответила она. — И ты права, мы положим много рыцарей. Очень много. — Она выдержала паузу. — Всех, кто стоит под стенами Зеленого Дома.

Тонкая бровь воеводы Дочерей Журавля удивленно изогнулась. Барон недоуменно покосился на повелительницу.

— Не буду вас томить, — извиняющимся тоном произнесла Всеслава. — Несколько минут назад Зеленый Дом заключил военный союз с Темным Двором. Гарки ударят по рыцарям одновременно с нами.

— Гарки?! — Глаза воеводы вспыхнули.

— Дорогая, я знал, что ты неспособна на самоубийство! — И барон, нисколько не стесняясь присутствия Миланы, обнял королеву. Впрочем, их взаимоотношения давно стали секретом Полишинеля. — Как тебе удалось сломать навов?

— Неважно.

— Гарки! — Воевода Дочерей Журавля посмотрела на огни лагеря чудов. Посмотрела уверенно, по-хозяйски, взглядом мясника, пришедшего в загон. — Гарки! — По губам Миланы скользнула холодная улыбка.

* * *

Даже в окутавшем Лосиный Остров мраке летней ночи, даже в прерывистом пламени факелов и разожженных, в бочках костров это было величественное зрелище. Величественное и легендарное. Давно, очень давно регулярная армия Ордена не выступала во всей красе. Давно, очень давно сектор Зеленого Дома не подвергался нашествию блистательных рыцарей. И никогда раньше положение людов не было столь отчаянным. У зеленых не было шансов, и каждый солдат Ордена, начиная от мастера войны и заканчивая последним. оруженосцем, знал это. Гиперборейцы сделали все, чтобы грозная гвардия с минимальными потерями поставила Людь на колени.

— А если королева выбросит белый флаг, мы отменим штурм? — осведомился командор войны Теодор ле Ман.

— Зачем? — рассмеялся Гюнтер, бросив на начальника штаба гвардии удивленный взгляд. — Мы должны победить.

— Аналитики считают, что Всеслава может попытаться избежать ненужных жертв…

— И добровольно признать протекторат Ордена? — Шайне отечески потрепал ле Мана по плечу. — Теодор, не будь наивным, ты же мой начальник штаба! — Мастер войны сделал шаг вперед и причмокнул: — Посмотри, Теодор, какая сила! Какая мощь! Мои рыцари готовы убивать, разве мы имеем право отказать им в этом удовольствии?