Ложь в твоем поцелуе - Ким Нина Окер

– Если честно, нет.

Он кивает.

– Наши силы соответствуют природе наших сезонов. Весна, например, означает омоложение и воскрешение. Природа восстанавливается после зимних холодов и снежных сугробов. Таким образом, все представители этого Дома имеют ту или иную форму целительных способностей.

– Тут все ясно.

– Зимой развитие природы сведено к минимуму. У нее есть время, чтобы оправиться от всей работы, которую она выполняет в течение года. Весной и летом цветут цветы, вырастают и наливаются плоды и так далее. Зимой природа восстанавливает энергию, которую потребляла в предыдущие сезоны. Проще говоря, зима – пассивное время года.

Я задумчиво смотрю на Кево:

– То есть мои силы пассивны?

– Именно. На самом деле твои силы служат не для нападения, а для защиты. Ты направляешь энергию, чтобы укрепить себя. То, что ты при этом задействуешь других, – так сказать, побочный эффект.

– Хорошо, – медленно говорю я, вспоминая тот день, когда я пыталась убить маленький фикус в своей комнате, а вместо этого разрушила деревянную балку. В то время я думала, что могу направлять энергию в произвольном направлении и использовать ее против чего-то другого. Но это, скорее всего, была логическая ошибка. – Все это очень интересно, но что это нам дает?

– Нам нужно понять, как работает твоя магия, – объясняет Кево, начиная ходить вокруг меня. – Ты можешь использовать только определенное количество энергии, ровно столько, сколько нужно твоему телу. Вот почему ты можешь убивать растения, но не людей. Это шло бы вразрез с природой, так как Зима не является дегенеративным временем года. Я уверен, что симптомы истощения, которые у тебя проявились в переулке, являются своего рода естественным наказанием за то, что ты взяла больше, чем нужно. Это сродни тому, когда пьешь спиртное. Выпила чуть-чуть – и тебе весело, перебрала – и вот ты уже блюешь в унитаз.

Я хмурюсь:

– А разве ты не сказал только что, что я не могу взять слишком много энергии?

– Когда дело доходит до выживания, ты, безусловно, можешь взять больше. Но в переулке ты сделала это только для того, чтобы навредить нападавшим. Вот и получила наказание.

– Ого! – сухо говорю я. – Ничего не скажешь, хорошая основа для того, чтобы вступать в войну.

– Однако я думаю, что есть лазейка, – невозмутимо продолжает Кево.

Вопросительно смотрю на него:

– И что это за лазейка?

– Мы должны ослабить тебя, чтобы у тебя было основание ослабить своего противника.

Я начинаю смеяться, но быстро умолкаю, когда понимаю, что Кево говорит серьезно.

– И что, по-твоему, мне делать? Врезать себе перед тем, как нападать на кого-то?

– Ослаблять себя в бою физически просто не имеет смысла, – объясняет Кево очевидное. – Значит, нужно работать над эмоциями. Знаешь про заклинание Патронуса из Гарри Поттера?

– Надеюсь, это не серьезный вопрос.

– Представь себе. Чтобы создать Патронуса, нужны сильные эмоции. Рассматривай свою силу как своего рода патронус. С той разницей, что тебе нужны не позитивные эмоции, а негативные.

Я медленно киваю.

– Получается, мне должно быть грустно или я могу злиться или чего-то бояться.

– Верно. – Он удовлетворенно усмехается. – И эту эмоцию тебе нужно поддерживать. В бою тебе нужно разжигать свою ярость, чтобы она, в свою очередь, поддерживала твою силу.

Мои мысли обращаются к Элии, Уиллу, моему деду и тем людям, что напали на нас в порту. Ко всем, на кого я сейчас злюсь.

– Это не будет так уж сложно.

– Хорошо. – На миг взгляд Кево меняется, становится почти настороженным. – Не забывай об этом. Анатолий?

По команде Кево Анатолий, тоже одетый в спортивный костюм, выходит из кухни и встает рядом с ним.

Я недоверчиво перевожу взгляд с одного парня на другого. Когда я предложила потренироваться с Анатолием, я вовсе не хотела этого на самом деле. Просто хотела спровоцировать Кево.

– И что это значит?

Кево, защищаясь, поднимает руки.

– Если мы хотим добиться успеха, нам нужны негативные эмоции. Значит, тебе нужен противник, на которого ты можешь разозлиться.

Фыркнув, я подбочениваюсь:

– Думаешь, на тебя я злиться не могу?

Он широко ухмыляется:

– Можешь, но так я смогу наблюдать, как ты тренируешься с Анатолием. Он ведь ударил тебя, ну и так далее. Этого должно хватить.

Анатолий слегка смущенно пожимает плечами:

– Я извинился. Но можешь оставить это без внимания, если тебе это поможет.

– Спасибо за предложение, – пожав плечами, с сарказмом отвечаю я, а затем выжидательно смотрю на Кево.

– Готовы? – спрашивает он, и мы с Анатолием киваем. – Хорошо. Тогда отбери у него всю энергию.

– Что? – туплю я.

– Вытяни из него все, что только сможешь, – спокойно повторяет Кево. – Нам нужно выяснить, сколько ты сможешь сделать, не рухнув без сознания.

Честно говоря, я ожидала, что мне придется убить еще несколько растений или использовать энергию старых деревянных половиц, чтобы стать быстрее или сильнее.

Кево, кажется, читает мои мысли.

– Энергия элементов не поможет тебе победить противника, – объясняет он. – Нужно нечто большее.

– А вот и нет. Я могу лягнуть его между ног со всей своей силы.

Анатолий бледнеет.

– Мы еще поработаем над твоей техникой рукопашного боя, Блум. Но сейчас будет более эффективно, если ты научишься выкачивать из плохих парней энергию, чтобы иметь возможность на время их задержать.

В этом он прав. Если честно, я и сама не очень-то заинтересована в том, чтобы сражаться со взрослым мужчиной в ближнем бою. По крайней мере, пока. Хочется, конечно, стать этакой боевой машиной, но сейчас у нас нет на это времени. Для того, что мы задумали, нужно действовать быстро. Чтобы лишить кого-то энергии, мне просто нужно прикоснуться к нему. Я знаю, что могу вытягивать энергию даже на расстоянии, но не уверена, что эффект от этого будет тем же.

Поэтому я предпочитаю действовать наверняка и делаю робкий шаг навстречу Анатолию, который едва заметно напрягается.

– Ты не против? – спрашиваю я, хотя чувствую себя довольно глупо, спрашивая у него разрешения.

Когда парень храбро кивает, я протягиваю руку и кладу ее ему на грудь. Он слегка вздрагивает, будто ожидая боли. Но через несколько секунд расслабляется, а я закрываю глаза. Я концентрируюсь на своей руке, призываю силу внутри себя и мысленно обращаюсь к энергии юноши, стоящего передо мной. Мои пальцы начинает покалывать, и я чувствую, как сила вытекает из тела Анатолия, словно горячая кровь, и течет по моим венам – через ладонь, вверх по руке и прямо в сердце. Чем больше энергии я забираю, тем сильнее оно бьется. Я пытаюсь думать о том, что сказал Кево. О той ночи в парке, когда Анатолий ударил меня. О страхе, который я испытала, когда поняла, что задумали эти парни. И об Анатолии, который сидел за моей дверью и охранял меня, когда я была в плену у повстанцев.