Мой нежный хищник - Регина Грез

Брайану де Верта желчь бросилась в лицо, какая неслыханная наглость. Этот проходимец не только не собирается покидать холл замка, но ведет себя словно долгожданный гость, основательно располагаясь для отдыха.

— Убирайся вон, нечестивец, пока тебя не вытолкали мои люди! — зашипел Кантар.

— С каких это пор, интересно, хозяев выгоняют из своего жилища незванные гости, хотел бы я знать? Сейчас разве война и Тарлей захвачен врагами? Неужели за те долгие годы, что я был в Гиблом лесу, сменились законы Королевства и вернулись дни, когда Храмовникам было позволено все? Странно, Гальбо заверил меня в обратном…

— Что ты несешь, убогий?

Мужчина неопределенного возраста поудобнее расположился на высоком стуле, что стоял прямо у порога и сбросил тяжелую суму на пол.

— Я несу свиток с печатью Короля о назначении меня Смотрителем Тарлей и Опекуном его нынешнего хозяина по праву кровной родственной связи. Мое имя — Элизар де Альба, я — родной брат ныне покойного Сальмо де Альба и таким образом прихожусь… хах… бедному Никосу еще одним дядюшкой.

И клянусь всеми тварями Инсекты, я-то уж точно не собираюсь подыхать! Более того, я имею надежду даже поставить на ноги моего дорогого племянника, вернуть поместью Тарлей надлежащий вид и уважение всей округи. У меня достаточно для этого золота и милости Короля.

Я привез Гальбо знатное лекарство из самого сердца Инсекты и теперь дни нашего монарха продлятся на радость благодарным подданным. Да хранят Боги Короля и его маленького сына, ну и безутешную Королеву заодно, она все еще дуется, так кто ж виноват, что эта женщина умела производить на свет только писклявых девчонок? Если мужчина хочет сына и вдобавок сидит на троне, ему простят даже кухарку в постели.

Яркая эмоциональная речь незнакомца была встречена гробовым молчанием, но Брайан опомнился первым.

— Заявляю, что все сказанное тобой ложь и бред умалишенного! Элизар давно уже признан умершим и был оплакан Сальмо и моей бедной сестрой. И ты — наглый самозванец смеешь назваться его именем? Я отрежу твой поганый язык и брошу его голодным псам…

— Господин… это… и правда вы?

Из каморки под лестницей выбрался старый Ронсо. Его многочисленные ушибы и раны уже не мешали конюху выходить во двор и долго сидеть на солнцепеке, сетуя на людскую злобу и несправедливость. Неужели теперь Ронсо послана радость перед своей кончиной лицезреть прежнего Господина, что был младшим братом Храброго Сальмо.

— Э-э… да ты как я погляжу, тоже еще топчешь мою землю, старая развалина, что же так запустил некогда знатные конюшни? Не грусти… скоро я заведу здесь отличный выезд и тебе хватит работы, приглядывай пока помощника половчее, одному будет тяжко!

— Мой Господин… я так виноват… я считал вас пропавшим…

Ронсо добрел, наконец, до дверей, у которых расположился новый гость, и рухнул перед ним на колени. Марин облегченно вздохнула, поглядывая на Никоса, а тот вдруг, схватившись за сердце, прошептал:

— Дядя Лизаре… я помню вас… я был совсем юн, но вижу как сейчас — вы учили меня ездить верхом, вы всегда любили лошадей… дядя Лизаре, это и вправду вы!

Но тут случилось нечто совершенно непредвиденное… Раздался нечеловеческий вопль взбешенного Брайана, понявшего, что Тарлей уже навсегда ускользает из его рук и де Верта с обнаженным мечом кинулся в сторону обнявшихся супругов. Марин успела только негромко ахнуть и закрыть глаза, пытаясь крепче ухватиться за Никоса, а тот выпрямился, загораживая жену.

Храмовник попятился назад, Алонсо хотел было вцепиться в край взметнувшегося перед ним черного плаща, но его руки ухватили лишь воздух. И только один человек оказался быстрее разъяренного рыцаря. Элизар мгновенно вскочил на ноги и резко распрямил правую руку в сторону нападавшего. Брайан замер с поднятым мечом, а потом выронил оружие и попробовал зажать рукой кровоточащую рану на шее, из которой торчала рукоять маленького кинжала. Что-то негромко булькнуло в горле мужчины, а потом он плашмя свалился на пол, едва не повалив самого Никоса, что стоял в полутора метрах от него.

У Марины все поплыло перед глазами и она просто села на широкую ступень лестницы, обхватив руками голову. Возле госпожи тут же захлопотала Лисса, а Никос сделал несколько неуверенных шагов вперед и оперся руками о стол.

— Я всегда знал, что он плохой человек, но поднять руку на женщину, что ждет ребенка и на своего родного племянника… Пусть Боги решат его участь там, а я… не могу даже слов найти…

Алонсо медленно подошел к распростертому на полу человеку и вскоре заверил присутствующих, что Брайан де Верта мертв. Храмовник Кантар сжал мясистые губы в одну линию, свел руки перед грудью и обхватил одной ладонью сжатый кулак второй руки.

— В этом доме только что произошло убийство! И я готов это свидетельствовать даже перед Королем!

— Хоть перед самой Бессмертной Живиной, мне то что с того… — мрачно проговорил Элизар, приблизившись к умершему и вынимая орудие кары из неподвижного тела.

— Здесь множество свидетелей того, как этот Бешеный Лис хотел зарезать Хозяина Тарлей или его беременную супругу. А вы… привезли этого мерзавца сюда, а значит, вполне могли быть сообщниками возможного злодейства!

— Наше дело еще не завершено, мы не решили, как нам поступить с этой падшей женщиной…

— Как вы меня уже достали, ребята!

Марина подняла голову и шумно выдохнула воздух из груди:

— Хорошо, я сознаюсь… Никос не причастен к тому, что у меня будет ребенок. Но мужу своему я никогда не лгала, мы с самого начала обговорили все условия нашей женитьбы, брак сразу же был фиктивным, ну… то есть не совсем настоящим. А малыш нужен был мне для простого женского счастья и для того, чтобы отстал этот… вот этот самый.

Марина пренебрежительно кивнула в сторону лежащего ничком мужчины, которого Алонсо уже полностью накрыл плащом.

— Ия хочу вам сказать еще кое что: если вы попробуете меня обидеть, хоть кто-нибудь, вам точно не поздоровится! Надеюсь, слуги уже отправили посыльного к соседу в Эйрокс и тот передаст весть дальше кому следует. Не пройдет и пяти дней как Дагмар будет здесь и оторвет голову любому, кто посмеет…

— Дагмар… — задумчиво произнес Алонсо, потирая колючий подбородок.

— Рыцарь Дагмар? Кха… кха… — храмовник едва мог справится с приступом неожиданного кашля.

— Этот Брайан мне подло солгал! И его заслуженно постигло суровое возмездие… Я искренне надеялся, что в появлении младенца замешаны Темные Силы… какие-нибудь демоны и злые духи, но у меня нет ни малейшего желания ссорится с Рыцарем Черных камней. Я приношу вам свои извинения Леди и с вашего позволения немедленно покидаю ваш дом… кха… кха… гхм…

Марин с улыбкой наблюдала, как грузный мужчина в длинном одеянии тяжело перевалился за порог и тут же исчез из вида. Теперь же внимание на себя обратил Алонсо де Рилль. Он вежливо поклонился девушке и с достоинством произнес: