Единственная для оборотня и теща в нагрузку - Франциска Вудворт

– Люциан! – тут же бросилась я к нему. Ничего не было видно, но я чувствовала металлический запах крови. Он пошевелился, приходя в себя.

– Как ты? – услышала я.

– Цела. Мы где?

Он произнес какое-то заклинание и с его руки сорвался огненный шар, зависнув под потолком. Мы находились в большом зале со множеством ходов. Потолок находился метрах в семи. Хорошо хоть просевшая земля смягчила наше падение. Одна из плит находилась под наклоном. Как бы она на нас не упала. Такая мысль пришла в голову и Люциану, так как он быстро скатился с земляной насыпи, увлекая меня за собой.

Сделали мы это вовремя. Сверху раздался рев, посыпалась земля и на место где мы только что лежали упало чудовище.

– Беги! – крикнул мне Люциан, разворачиваясь к нему.

Я дернулась и тут же остановилась. Куда беги? По темным туннелям? Неизвестно, что меня там поджидает. С ним же было безопаснее. Он уже схватился с чудовищем, удерживая его руки и уклоняясь от ударов острых рогов. Оружия при нем не было. Они кружили вокруг меня, и рев чудовища заглушало рычание оборотня. Вот только почему-то Люциан не перешел в боевую форму.

– Почему ты не изменишься? – крикнула я.

– Нне хххочу тебя пугать, – напряженно ответил он. Чудовище мотнуло головой и лишь быстрая реакция спасла его от ранения рогом.

– Ты больной?! – взвизгнула я. – Меняйся!

Тут я вспомнила о кинжале у себя на поясе. Вытащив клинок, начала ждать удобного момента. Когда чудовище оказалось ко мне спиной, я вонзила клинок в его спину. Раздался рев и оттолкнув от себя Люциана, оно повернулось ко мне.

Так и хотелось закричать: «Мамочка!». Клинок так и остался в его спине, и я оказалась безоружной. Но прежде чем оно бросилось на меня, на его спину прыгнул Люциан, перешедший в боевую форму. Он вытащил из спины кинжал и перерезал чудовищу горло. Фонтан крови брызнул мне в лицо, заливая глаза, и я завизжала. Она была горячей, и мне показалось, что лицо обожгло.

– Тихо, он мертв. Все хорошо. – Я оказалась в руках Люциана. – Ольга, ты же не хочешь, чтобы на крик сюда еще кто-то свалился?

Эти слова меня мгновенно отрезвили и я заткнулась.

– Глаза жжет, – пожаловалась я.

– Идем, – он меня куда-то потащил. Потом вообще подхватил на руки и побежал.

До меня донеслось журчание воды. Он усадил на что-то каменное. Раздался треск материи. Я напряглась, но видно Люциан оторвал что-то у себя, и вскоре на мои глаза легла намоченная холодной водой ткань. Я тут же взялась за нее, протирая глаза и лицо.

Разлепив склеенные кровью ресницы, первое что увидела, обеспокоенные глаза Люциана.

– Ты как?

– Нормально. Просто кровь горячей была, – содрогнулась я от воспоминаний, а он облегченно выдохнул.

– Умойся, – сказал он мне и принялся обследовать помещение.

Я сидела на крае каменной плиты, упавшей с потолка. Часть помещения была завалена землей, но сверху по стене стекала вода, собираясь в ручеек на расколотой плите, на которой я сидела, стекала на пол и убегала ручейком в темный коридор. Я умыла лицо и смыла кровь с рук, мокрой тканью постаралась оттереть пятна крови с платья.

– Где мы? – спросила я вернувшегося Люциана.

– Похоже на старые заброшенные постройки дроу. Часть помещений обвалились, некоторые затоплены. Я слышал рассказы о том, что когда-то эти земли принадлежали дроу и под холмами целые города, но считал это сказкой.

– Как мы выберемся?

– Я могу попробовать допрыгнуть до дыры, через которую мы сюда попали и привести помощь, но это лучше сделать утром.

– Почему?

– Неизвестно, кто бродит поблизости, а напавшие на нас твари боятся солнечного света.

– А как же остальные?

– Продержатся, – уверенно ответил он.

Было тревожно за всех наверху, но безумием было бы выбираться отсюда сейчас. Даже если он допрыгнет до потолка и сможет выбраться, то я останусь здесь одна до прихода помощи. А вдруг сюда упадет еще одно чудовище, пока его не будет? Или вдруг там всех убьют, и никто за мной не придет? Может это и плохо, но здоровый эгоизм победил. С Люцианом я чувствовала себя в безопасности, и остаться одной в этой дыре было безумно страшно.

Он вернул себе человеческий облик, но после изменения рубашка висела на нем клоками. Похоже, именно от нее он оторвал кусок материи, чтобы промыть мне глаза. Каким-то чудом на плечах сохранился плащ, но я заметила окровавленный бок.

– Ты ранен? – всполошилась я.

– Ерунда. Зацепило, когда…

Я подошла к нему и сдвинув плащ, осмотрела рану. Кровь еще текла и пропитала брюки. Ранение было глубоким, если с регенерацией оборотней кровь еще не остановилась.

– Надо промыть и перевязать, – сказала я и повела его к воде. – Ты не мог бы? – указала я на рубашку, которая была безнадежно испорчена. Он оторвал кусок ткани и протянул мне.

Я промыла рану, но с этим надо было что-то сделать. Неожиданно мне пришла в голову идея, и я достала из-за ворота платья цепочку с флаконом, который носила всегда с собой. Сняв его, я отвинтила крышку и хотела капнуть на рану, но мою руку перехватил Люциан.

– Что это? – напряженно спросил он.

– Кровь Айка. Она затянет рану. – По крайней мере, я на это надеялась. Ведь когда он пил кровь у меня, то залечивал рану каплей своей крови. Пусть здесь рана больше, но и у меня еще более чем полфлакона осталось.

– Почему ты носишь ее с собой, – он так и не ослабил хватку на моей руке.

– Пью ее, – нехотя призналась я.

– Зачем?

– Давай сначала залечим рану, – произнесла я, освобождая свою руку.

– Я не хочу, чтобы его кровь касалась меня.

– А я не хочу, чтобы ты истек кровью, или не смог победить чудищ, которые надумают сюда свалиться. Запах свежей крови может их привлечь.

Мои аргументы заставили его заколебаться, а я не стала ждать разрешения и плеснула на рану из флакона. Люциан зашипел, но на моих глаза края раны стянулись, и остался лишь розовый рубец.

– Еще ранения есть? – подняла я на него глаза.

– Нет! – поспешно ответил он.

– Люциан! – Мой взгляд стал подозрительным, и я пыталась понять насколько он со мной искренний. От него пахло кровью, но это могло быть и от одежды.

– Только царапины. Почему ты пьешь его кровь?

– Отвечу, если позволишь осмотреть тебя.

– Я цел!

– Тогда ничего страшного, если я лично посмотрю. – Устав спорить, я сдвинула плащ в сторону, осматривая его тело на предмет ранения. На бедре были вспороты брюки, и там запеклась кровь, но только я хотела плеснуть из флакона, как он от меня отскочил, уверяя, что кровь уже остановилась и все в порядке.