Магистры пятого знака - Николай Степанов

— Тебе и не придется. Прощай, милый!

Неожиданный толчок Соньки опрокинул меня на землю, а когда я поднялся, моя любимая держала рукоять кинжала, пронзившего ее грудь. Тоненькая струйка крови побежала по подбородку девушки.

«Что это? Как? Моя Сонька? Зачем?» — Голова готова была взорваться от нахлынувшей тоски.

— Ничего не поделаешь. Чему быть — того не миновать, — безжизненно прошептали ее губы.

В следующую секунду ларец исчез вместе с телом принцессы. Только кинжал лежал возле моих ног. Последняя память. Я бережно прицепил его к поясу.

— Вранк!!! Я УБЬЮ ТЕБЯ!!!

Эхо многократно повторило слова, отражая их от стенок Купола. Что-то внутри сломалось вместе с исчезновением любимой, и теперь в голосе звучала сама смерть в чистом виде.

— Ты сначала попробуй одолеть моего воспитанника, а потом поговорим, — злорадно отозвался убийца.

В эту минуту было абсолютно все равно с кем сражаться. Внутри сплошная пустота — и в голове, и в сердце. Я мог в одиночку напасть на сотню врагов, на гигантского монстра, на гору, в конце концов. Результат боя потерял для меня всякий смысл. Горечь утраты непроницаемой пеленой сковала душу, не допуская в нее ни единого проблеска теплоты, словно и мое сердце стало жертвой магии замерзания.

«Отставить! — внутренний голос взбунтовался против чувства обреченности. — Теперь ты просто обязан довести дело до победного конца. Ради Соньки и тех людей, которые доверили тебе свои жизни!»

«Ну что же, разберемся с воспитанником». — Я и в былые времена не спорил с внутренним голосом, а сегодня — тем более.

Могучий воин в чешуйчатых доспехах мышиного цвета вышел прямо из стенки Купола Власти. При полном безветрии у него за спиной развевался серебристый плащ, а на фоне доспехов яркой полоской выделялась отполированная сталь прямого меча. «Интересно, каким манерам нынче обучают сигамы?» — нелепая мысль окончательно вернула меня на грешную землю.

Не утруждая себя предварительными формальностями поединка, рыцарь бросился в стремительную атаку, проведя парочку весьма опасных приемов. Вот же наглец! Даже не стал тратить время на разведывательные действия. Словно перед ним совершенно не заслуживающий внимания соперник. Хорошо, мы тоже не сегодня взяли меч в руки.

У противника явно не было позади нескольких часов изнурительного боя. Он, как из пулемета, строчил хлесткими выпадами, иногда заканчивающимися ударами лезвия по доспехам. И все ему было мало. Воин серьезно вознамерился подправить мне физиономию, пытаясь частыми уколами достать до лица.

Я защищался. Старался экономить силы, но уже через минуту почувствовал, что мои превосходные доспехи не представляют серьезной преграды для его оружия. Скорее всего, меч противника был выполнен из необычной стали с сильным магическим наполнением. Еще пару минут такого боя — и царапин на теле станет гораздо больше. А мне и нынешних хватало по самое «не могу».

Не ослабляя внимания за действиями противника, я провел контратакующий каскад приемов, комбинируя выпады на верхнем и нижнем горизонте с вертикальными и косыми ударами. Мои старания не прошли бесследно. Результатом молниеносного нападения стали срезанный плащ, царапина на лице и небольшая вмятина на шлеме.

Рыцарь не ожидал такого поворота событий, он явно не привык получать оплеухи от кого бы то ни было. Воспитанник, а воспитан плохо, не знает, что поражения закаляют волю.

Рыцарь опустил забрало шлема и начал приближаться левым боком, держа меч горизонтально над головой. «Не обращай внимания на оружие соперника, читай его действия в глазах, походке, мельчайших движениях рук и головы», — вспомнились слова Сашки Березина, когда я заметил неестественное движение левой руки неприятеля. Интуитивно почувствовав, что основная угроза сейчас будет исходить не от меча, я осторожно отцепил дорогой кинжал, стараясь не показывать его противнику.

Верхний горизонтальный удар и почти выстрел привязанного на стальном шнуре ядра боец Вранка произвел одновременно. Отбить этот выпад можно было только вертикальным блокирующим ударом, что я и сделал. С помощью шнура враг хотел вырвать меч и лишить меня оружия. Однако на пути шнура стал кинжал, и вся домашняя заготовка соперника провалилась.

Кого он хотел провести, одного из лучших учеников Нгбанги? Нужно срочно заканчивать схватку: в голове уже ощущалось предательское головокружение. Все-таки какие-то из полученных царапин оказались глубокими, я почувствовал липкую жидкость на левом боку.

Этот каскад приемов мы с Сашкой Березиным разработали перед турниром на Шаркусе. Он требовал от спортсмена умения сражаться левой рукой не хуже, чем правой, и мало кто мог его реализовать. Сейчас самое время воспользоваться давним подарком.

Атака начиналась с правосторонней стойки и велась на верхнем уровне, затем плавный переход к самурайской технике оглушал противника мощными ударами с использованием двух рук, но самым коварным был выход из двуручного боя. Замах — и все движения тела показывали, что предполагается мощнейший удар правой, а на самом деле следовал не менее могучий удар левой. То ли меч попал между пластинами доспехов, то ли я действительно вложил в этот удар все свои силы, лезвие пронзило доспехи от шеи до грудной клетки. И в этот момент от тела поверженного плотной желтой дымкой отделилась человеческая фигура. Призрак отвесил мне благодарственный поклон и испарился в воздухе.

Для кого смерть, а кому и освобождение. В голове смутно припомнились слова Абыра о неуязвимом духе.

С трудом вытащив свое оружие, я огляделся. Два десятка измученных бойцов стояли вокруг. Не густо.

«И где ваш хваленый Вранк?» — В глазах закружились черные точки. Я едва не отключился, сделав пару шагов, как вдруг непонятные звуки снова привлекли внимание.

«Да что б тебе…» — мощный приток адреналина отогнал предательскую тошноту. Где он их откопал? На меня смотрели пять арбалетчиков. И не просто из любопытства, а сквозь прицельные планки взведенного оружия.

«Тут уж точно не спасут никакие доспехи», — отметил я про себя в полной уверенности, что это моя последняя мысль. Уже раздавался неприятный звук спускаемой тетивы, как вдруг я оказался вместе с Абыром среди своих воинов, а в землю, где мгновение назад я находился, вонзились стальные стрелы, подняв вверх притоптанный песок. А стрелков уже не было. Тарг и Лурн воспользовались своим умением растягивать время, соединив его с умением размахивать боевыми топорами.

— Снимите с Сержа кольчугу, — врач внимательно осматривал красные пятна, проступившие сквозь доспехи.

На перевязочный материал снова пошла моя рубашка, а точнее, все, что от нее осталось.

— На, держи, — ворчливый голос крогула возвестил, что малыш не сгинул в этой кутерьме. — Это мазь моей прабабушки. Жутко целебная.

Насчет целебности я пока ничего не мог сказать, зато запах… Не поднял бы на ноги разве что мертвого. Жжение снадобья и его бронебойный аромат слегка прочистили мозги и вернули зрению прежнюю резкость, когда до слуха донесся безрадостный голос Абыра: