Отражение зла - Мишель Вико

– И в мыслях не было, но всё же, если вдруг, когда-нибудь с тобой произойдёт эта беда, то знай, что двери моего дворца всегда открыты для тебя и твоих слуг.

– Особенно для некоторых из моих слуг!

– Слуги без своей госпожи уже не слуги и здесь не может быть разделений.

– Зачем же ты тогда предлагаешь моим слугам работать на себя?

– Потому что у тебя они заняты делами, которые можно сделать и без них, поручив им куда более важные задания.

– И с этой целью, ты специально прибыл сегодня к моим слугам!

– Возле твоих слуг я оказался совершенно случайно.

– Поверю, если объяснишь мне, зачем ты вообще сегодня появился в моих владениях?

– Я пришёл, чтобы забрать свою шкатулку, – ответил колдун Идзивару, не снимая со своего лица простодушной улыбки. – Не будешь ли так любезна, вернуть её мне, согласно своему обещанию.

– В таком случае, прошу пройти со мной в мои покои, – ответно улыбнулась колдунья Акаи.

– С твоего позволения, мне бы хотелось остаться здесь, на свежем воздухе.

– И наедине с моими слугами?

– Если я просто, со стороны, понаблюдаю за их работой, неужели это сможет явиться предосудительным? – отобразив на своём лице маску удивления, проговорил колдун Идзивару, по-прежнему улыбаясь. – И к тому же так у тебя не будет повода, беспокоится насчёт пожара.

– Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не поверить последнему твоему объяснению, и особенно подозрения на тайный умысел, указывает твоя, чрезмерно добродушная улыбка.

– Что же, мне, по-твоему, и улыбнуться теперь тебе нельзя?

– Конечно можно, но при условии, что улыбка твоя будет поскромнее.

– Хорошо, – согласно кивнул головой колдун Идзивару, перестав улыбаться. – А сейчас всё же будь добра, верни мне мою шкатулку.

– Ты заговорил о добре?

– А разве между собою мы не можем быть добрыми?

– Покажи пример, – сделав пригласительный жест рукой в сторону ворот дворца, сказала колдунья Акаи. – Согласись пойти за своей шкатулкой вместе со мной.

– Я уже сказал, что имею желание остаться здесь, и поэтому у меня есть другое предложение: давай останемся под окнами твоего дворца вместе, а шкатулку пусть принесёт один из твоих слуг, например Такехико.

Колдунья Акаи молча посмотрела в лицо брата, затем переведя свой взгляд на людей, окрикнула Сузуме.

– Сузуме!

– Что будет угодно госпоже? – быстро подскочив к колдунье Акаи, спросил Сузуме, склонившись в учтивом поклоне.

– Отправляйся во дворец и найди там Кэраи! Пусть он тебе передаст волшебную шкатулку, с которой вы ходили к демону Дааку! Кэраи знает, где её взять! Как только он передаст тебе шкатулку, принесёшь её сюда! Ступай!

– Будет исполнено госпожа, – ещё раз поклонился Сузуме и тотчас отправился выполнять полученное указание.

– Смотрел и слушал затаив дыхание, – сдерживая улыбку, изрёк колдун Идзивару, как только колдунья Акаи повернулась к нему лицом. – Столько экспрессии в голосе, что ни будь я вашим братом, сам бы бросился выполнять сие поручение.

– Ну-ну, – посмотрела на брата, колдунья Акаи. – Что-нибудь ещё желает мой братец?

– Ответ у меня есть, вот только не знаю, смогу ли я также рассчитывать на исполнение нового моего желания, если скажу, чего желаю?

– Сначала надо спросить, а там и видно будет, – сказала в ответ колдунья Акаи, взглянув прямо в глаза брата.

Колдун Идзивару, хладнокровно выдержав на себе пронзительный взгляд сестры, не отводя своих глаз от её взора, тихо и спокойно ответил ей:

– Уступи мне Такехико.

– Нет!

– Заметь, я мог бы его похитить сразу, как только появился сегодня здесь, и этого разговора между нами уже не было бы.

– Был бы он или нет, этот разговор, гадать не стану. А только напрасно заводить его вновь вряд ли стоит, ведь я тебе ещё в прошлый раз всё сказала.

– Я тебе его верну сразу же, как только в нём отпадёт всякая надобность!

– Ты говорил, что он твой должник. И когда же это он успел тебе задолжать, а главное что задолжал?

– Ну, всего я тебе сказать, конечно, не могу, но и без ответа тебя не оставлю. Он без спросу, побывал в моём старом, прости, нашем, родительском доме.

– В таком случае он и мой должник!

– Ты давно покинула отчий дом.

– Ты тоже!

– Тогда прибавь сюда обстоятельства, суть которых я пока не смогу тебе поведать.

Колдунья Акаи уже было открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но вместо этого обратилась к Сузуме, который в эту самую минуту, подошёл к ней с волшебной шкатулкой в руках.

– Сузуме, передай эту шкатулку, моему брату, колдуну Идзивару.

– Повинуюсь госпожа, – с поклоном произнёс Сузуме, и тут же подойдя к колдуну Идзивару, склонив перед ним голову, протянул ему волшебную шкатулку.

Сурово взглянув на сестру, колдун Идзивару молча забрал свою шкатулку из рук Сузуме.

– Продолжай уборку Сузуме, – произнесла колдунья Акаи, глядя на брата.

– Слушаюсь госпожа! – воскликнул Сузуме и, поклонившись колдунье Акаи, вернулся к прерванному занятию.

– Кстати, когда я тебе в прошлую нашу встречу рассказала, о том, как твоя волшебная шкатулка вернулась ко мне, ты не услышал от меня самого главного, – повернувшись лицом к своему брату, сказала колдунья Акаи.

– Что же именно мне, к моему великому сожалению, не довелось услышать? Шкатулка была в другом месте?

– Нет, как я в первый раз и говорила, шкатулка была в подвале дворца демона Дааку, и её действительно мне принёс обратно, мой слуга монстр Каидзюу. А вот кого я там нашла, ты не знаешь.

– Боюсь даже подумать…

– Там оказался какой-то слуга демона Дааку, который, судя посему, открыл её случайно, и вероятнее всего, из-за собственного чрезмерного любопытства, когда неожиданно наткнулся на шкатулку, в подвале дворца своего господина. Ну а дальше, повторюсь, мне шкатулку принёс монстр Каидзюу, который думал, что в ней сидит демон Дааку.

– Где тот слуга?

– Я превратила его в пыль!

– Для чего нужно было так спешить?

– От него всё равно было мало толку и потом, я сомневаюсь, что демон Дааку стал бы рисковать своей жизнью из-за такого слуги.

– У каждого слуги есть своя цена!

– Вот именно! И цена обращённого мною в пыль, слуги демона Дааку, прямое тому доказательство.

– Вечно ты спешишь, – недовольно проворчал колдун Идзивару.

– Когда у тебя во дворце окажутся незваные гости, да ещё имеющие прямое отношение к твоим кровным врагам, я посмотрю, как ты будешь с ними церемониться.