Серый ворон. Книга 1. Прорыв в Пангею - Михаил Атаманов

– Мы поможем, – ответила Каришка, выходя из тени.

Василий уставился сначала на два кинжала в руках Каришки, а затем перевёл взгляд на хвост девушки-тайфлинга, заметный из-под короткой ночной рубашки. Каришка смутилась и накинула длинный халат.

– Мы поможем, – подтвердил я. – Покажешь колодец, где играли дети. И мне нужна какая-нибудь ношеная вещь твоей дочки – ботинки старые или одежда нестираная. Иди, спроси у жены. А мы пока подготовимся.

Через пять минут я и Каришка в полной экипировке спустились вниз. Нас уже ждали Василий и его заплаканная жена.

– Одежды нестираной нет. Как на грех, сегодня вечером всё перестирала. Может, вот это сойдёт? – Хозяйка протянула измятую наволочку.

Я взял наволочку и спросил Неведомого Призрака, сохранился ли запах девочки, и сможет ли он найти человека по запаху? Крысёныш осторожно выполз из кармана моей куртки, вскарабкался мне на руку и перебежал на ладонь. Жена трактирщика испуганно закрыла глаза и явно изо всех сил старалась не завизжать. Неведомый Призрак принюхался и подтвердил, что он хорошо ощущает запах.

Мы вышли в тёмную прохладную ночь, миновали несколько домов и завернули в огороженный дворик. Василий указал на колодец, где в последний раз видели Милю. Крысёныш побегал вокруг и подтвердил, что услышал запах девочки.

– В какую сторону пошла твоя дочка?

– Дети сказали, в сторону улицы Звонарей, это вон туда, – указал направление хозяин гостиницы.

– Ступай домой, Василий, дальше мы сами справимся.

– Можно я с вами? Помогу в чём-нибудь, – на трактирщика было больно смотреть, появившаяся надежда и страх за дочь разрывали его на части.

– Мы не знаем, что нас ждёт. Ты не сможешь подкрасться незаметно. Если похитительница нас заметит, то может скрыться вместе с твоей дочкой. Так что иди домой и помолись за нас богине смерти Моране, – сказал я, надевая тёмную маску и капюшон.

Каришка последовала моему примеру. Василий с надеждой посмотрел на нас, очевидно пытаясь найти новые аргументы, но потом опустил плечи и безропотно поплёлся домой.

– Василий, – окликнул его я. – Про тайфлинга, про крысу и вообще про нас никому не говори и жену предупреди.

Расстроенный отец кивнул и побрёл, вытирая проступившие слёзы. Вряд ли наши тайны имели для него сейчас хоть какое-то значение. Мы же отправились на улицу Звонарей. Впереди белым пятном мелькал Неведомый Призрак, за ним беззвучно скользили мы с Каришкой.

– Ты сердишься на меня, Серый Ворон? Сердишься, я это чувствую. Это за то, что я за нас двоих решила? – спросила Каришка.

– За это не сержусь. А вот то, что ты без лишней необходимости вышла из тени, причем хозяин заметил, что ты не совсем человек, – это плохо. Мы и так ведём себя странно, по местным меркам. Привлекаем ненужное внимание, а при нашей профессии этого делать как раз не стоит.

– Просто я хорошо помню дочку хозяина и не смогла сдержаться, когда узнала, что девочка пропала. Думаешь, Василий разболтает всем, что у него живёт тайфлинг?

– Не думаю. Знаю. Не сразу, но обязательно проболтается, такой уж у него характер. Мы серьёзно наследили в городе – в игорном доме посетители запомнили девушку-тайфлинга с парнем из Гильдии Воров. У городской стражи есть свои информаторы, и наверняка на девушку-тайфлинга и молодого вора с двумя мечами уже заведено досье. И как только Василий проболтается, через день-два отряд стражников придёт арестовать нас.

– Что будем делать? – испуганно спросила Каришка.

– Пока живём, как жили. Место уж очень хорошее, не хочется переезжать. Тихое, удобное. Но уже стоит начать подыскивать другое жильё.

Тут Неведомый Призрак внезапно остановился.

– Здесь след обрывается, – в писке слышались неуверенность и удивление.

– Посмотрите, что я нашла! – Проявившись из тени, Каришка указала на валяющийся возле обочины грязный детский ботинок.

– Это обувь Мили, – подтвердил Неведомый Призрак.

* * *

Вокруг располагался безлюдный складской район. Узкая тёмная и грязная улица, зажатая с обеих сторон высокими глухими заборами. Отличное место для преступления без свидетелей. Наверняка девочку похитили здесь. Надо теперь выяснить, куда могли скрыться похитители?

– Неведомый Призрак, когда ты вёл нас по следу девочки, ты должен был уловить и другой запах – запах незнакомой женщины. Постарайся его ощутить и определить, куда она ушла.

– Нет никакого запаха женщины. Есть мужской запах, я чувствовала его от самого колодца. У этого мужчины кожаные сапоги, натёртые салом. Здесь этот запах тоже остался. Искать его?

– Конечно. Посмотрим, куда отправился этот обладатель начищенных кожаных сапог.

Неведомый Призрак побегал кругами и поскакал в обратную сторону. Метров через двадцать он повернул к деревянному забору высотой в два моих роста и остановился.

– Следы ведут сюда, – уверенно сказал крысёнок.

В ограждении я не заметил никаких признаков двери или щели, в которую можно хотя бы заглянуть. С той стороны забора раздавались лишь редкие трели ночных сверчков. Однако я не сомневался в нюхе крысёнка.

Что же, придётся перелезать. Из рюкзака была извлечена кошка с длинной верёвкой, короткий замах – и металлические крючья почти беззвучно зацепились за верх забора. Через минуту Каришка и я уже сидели на самом верху, всматриваясь в темноту. Перед нами простирался заросший сорняками некогда ухоженный сад. Посыпанная песком дорожка вела к высокому двухэтажному зданию, окна которого были заколочены досками. Когда-то здесь хорошенько погулял пожар – вокруг окон виднелись следы копоти, крыша почти полностью обвалилась, обнажив обугленные брёвна, выпирающие словно ребра скелета.

С внутренней стороны забора располагалась невидимая с улицы дверь с внушительным деревянным засовом. Мы осторожно обошли мрачное строение в поисках входа. Парадная дверь и черный вход были намертво заколочены досками, как и все окна. Я уже собирался запустить крысёнка в щель между оконными досками, как вдруг мы расслышали приглушенные голоса.

Земля на одной из заросших сорняками грядок зашевелилась и приподнялась, обозначив потайной квадратный люк. Сквозь образовавшуюся щель брызнул яркий свет фонаря. Две человеческие фигуры вылезли из-под земли, негромко переговариваясь между собой. До нас доносились обрывки фраз:

– …по двадцать цехинов, это хорошая оплата… ещё три до завтрашнего вечера нужно… хозяин должен быть доволен…

В свете фонаря я разглядел двух грязных обросших типов в рваной одежде. Когда видишь таких на улице, стараешься отвести взгляд – опустившиеся, спившиеся бомжи, роющиеся по помойкам или выпрашивающие милостыню. Таких немало в Холфорде в портовом районе, однако я не думал, что они могут промышлять похищением детей. Между тем бомжи подошли к забору, приоткрыли скрытую дверь и вышли на улицу.