И в аду есть герои - Вадим Панов

– Пустынно тут у вас.

– Лето.

– Согласен. – Наемник уселся напротив девушки и улыбнулся. – Работы сейчас мало.

Какое-то время секретарша рассматривала широкоплечую фигуру Кортеса, а затем скривила маленький рот:

– Вы тоже из полиции?

– Неужели похож? – удивился наемник.

Девушка устало вздохнула:

– Значит, тоже.

– Судя по всему, я не первый.

– И даже не второй.

– И вас не удивит, если я спрошу о Веронике Пономаревой?

– Ничуть.

– Замечательно, – рассмеялся наемник. – Вы ее знали?

– А полиция всегда проявляет такой интерес к погибшим в результате несчастного случая?

– Почему вы решили, что Вероника Пономарева погибла в результате несчастного случая? – поинтересовался Кортес.

– Ваши же и сказали! Сразу заявили, что у нее в квартире взорвался газ. – Девушка посмотрела на «полицейского». – Или это не так?

– Так, – согласился наемник.

– Тогда чего вы ищете?

– Заурядное расследование.

– Ваши предшественники были более лаконичны.

– И что они сказали?

– Что это не мое дело.

Красные Шапки, которых Кортес заметил на улице, не отличались большой сообразительностью, предпочитая действовать грубо и нахраписто. Хорошо еще, что у них хватило ума представиться полицейскими и навести на девчонку морок.

– Как вас зовут?

– Валя. – Девушка поправила жидкие волосы. – Валя Пенкина.

– Подрабатываете здесь?

– Приходится. – Валя рассеянно провела рукой по столешнице. – Работаю на кафедре, а летом еще и в деканате. За это институт вдвое уменьшает плату за обучение.

– И еще зарплату платит.

– А как же.

– И Вероника работала?

– Нет. – Валя помолчала. – Я очень плохо ее знала, извините. Сейчас в деканате никого нет, каникулы, так что до свидания.

В принципе можно было уходить. Своей цели Кортес достиг – засветился у института, обозначив свой интерес к поискам Вероники Пономаревой, но наемник не умел работать плохо. Девчонка наверняка знала больше, чем пыталась показать: уж слишком откровенно она хотела избавиться от полиции. Чего она боится?

Наемник рассеянно взял валявшуюся на столе авторучку:

– Милая Валя, я думаю, вы меня обманываете.

– Почему? – вскинулась девушка. В ее голосе проскользнули истеричные нотки.

«А она на грани».

– Потому что я давно живу на свете, – мягко, очень мягко объяснил Кортес. – Если я сейчас проверю список группы Вероники Пономаревой, я отыщу в нем фамилию Пенкина?

Девушка покраснела.

– Значит, отыщу. Почему вы не хотите говорить со мной?

– Мы не дружили с Вероникой.

– Но ее гибель расстроила вас гораздо сильнее, чем вы пытаетесь показать.

– Если я не выказываю свою радость, это еще не значит, что я…

– Вы не просто не радуетесь, Валя, вы расстроены, – с плавным нажимом произнес Кортес. – Почему?

– Мне, знаете ли, нечасто сообщают о гибели по… знакомых.

Появление этого полицейского вогнало Валю в панику. Все остальные были проще: поверхностные вопросы, пренебрежительное отношение, а этот здоровяк «копает», именно «копает», теперь Валя хорошо представляла себе смысл этого слова.

«Господи, они наверняка нашли в квартире этой дуры наркотики и теперь проверяют ее связи! Что же делать?»

– Вы дружили с Вероникой?

– Это преступление?

– Почему вы не сказали об этом сразу?

Девушка отвернулась, ее руки чуть заметно подрагивали.

«Да она же наркоманка! – с презрением догадался Кортес. – Кололась вместе с Вероникой и теперь трясется от страха!»

Наемник бросил авторучку на стол. Девушка вздрогнула.

– Валя, меня не интересуют ваши дела, – негромко произнес Кортес. – Да, да, те самые, о которых вы сейчас думаете. – Валя удивленно приоткрыла рот. – Мне безразлично, чем вы колетесь и где берете наркотики. Меня интересует исключительно Вероника, и, если вы ответите на мои вопросы, я просто уйду, и вы никогда не услышите обо мне. Обещаю.

Девушка продолжала колебаться.

– Поверьте мне. И поймите, что так будет лучше. – Кортес был по-прежнему мягок, но в его голосе зазвенели тончайшие, почти незаметные стальные струны. – Гораздо лучше, чем быть подвергнутой официальному допросу. Тогда вам придется ответить на массу дополнительных вопросов. Скорее всего, в присутствии родителей.

Теперь Валя задрожала:

– Что вы хотите?

– Для начала очень простой вопрос: когда вы видели Веронику в последний раз?

– Вчера.

– У нее с глазами было все в порядке?

Удивленная девушка позабыла даже о страхе.

– В смысле?

– В прямом смысле. Как выглядели глаза Вероники Пономаревой, когда вы видели ее в последний раз?

– У нее… они были как золотые.

– Полностью?

– Белка не было видно.

– И как Вероника это объяснила?

– Контактные линзы.

«Умно».

– Зачем вы встречались?

Девушка замолчала.

– Вы встречались здесь?

– Нет.

– Где?

– У меня дома.

– Зачем она приезжала?

У Вали выступили слезы.

– Она попросила у меня бронзовые таблички. Старинные бронзовые таблички… Скажите, они сохранились? Их нашли в квартире? Родители меня убьют!

«Родители меня убьют». Кортес уже понял, как Веронике удалось уговорить эту худосочную девицу отдать раритеты, и его наполнило… Нет, даже не презрение, скорее брезгливость. Но демонстрировать свои чувства наркоманке наемник не стал.

– Увы, Валя, таблички мы не нашли.

Девушка издала протяжный стон. Кортес поморщился.

– А теперь постарайтесь вспомнить, где именно Вероника любила проводить время. Клуб, кафе, компания. Если не знаете сами, назовите тех, кто может владеть этой информацией. Для нас это очень важно.

– Чаще всего она бывала в «Лунной заводи».

– Там она покупала наркотики?