Путевой светлячок - Ольга Гусейнова

— Как видишь, брат, в жизни бывают и такие сюрпризы. Если бы ты шел по их следам вместе с нами и видел все, что им пришлось пережить, то подобный вопрос тебе в голову даже не закрался. У твоего сына рано полезли рога, изначальная привязанность оказалась столь сильной, а любовь Хель — столь щедрой, что привязка состоялась. И ничего не изменить.

Повелитель яростно ощерился:

— Ты в этом уверен. Обобщающий?

Рейн пожал мощными плечами, все сильнее расслабляясь, хотя я не поняла почему и не видела тому причины. Мой избранный закончил пояснения:

— Твой наследник, брат, не менее силен, чем ты. Магия проснулась слишком рано, и Хельвине пришлось потрудиться, чтобы мальчик не «выгорел» — нам всем повезло, что успели вовремя. Самое удивительное, его привязка к новой матери столь сильна, что… когда мы немного с Дартваалем поспорили и… Хель испугалась… Короче, младший Хемвааль прошел полную боевую трансформацию и гонял нас по поляне добрых полчаса, пока моя избранная не уговорила его вернуть прежний облик.

Демоны вокруг громко изумленно выдохнули, а Повелитель заметно побледнел, хотя, может, мне и показалось. Но теперь он пристально смотрел на меня своими пугающими, изучающими, оценивающими глазами.

— Мама Хемвааля, значит?! Темная эльфийка?! Высшие — великие насмешники! — с мрачной непонятной насмешкой, словно смеялся над самим собой, произнес Повелитель, а потом громко захохотал.

Я ощутила, как рядом со мной напрягся Рейн, а остальные демоны, разинув рты, смотрят на Владеющего.

Хохот прекратился так же резко, как и начался, а черные жуткие глаза снова уставились на нас. Я успокаивающе гладила Хема по голове и неожиданно обратила внимание, что Повелитель вновь следит за моими движениями и будто тянется к чему-то. И снова он моргнул, убирая наваждение. Посмотрев на Рейна, произнес:

— Поздравляю тебя, брат, с обретением семьи! Твоя избранная невероятно красива, смела и сразу заметно, что любит тебя… а это така-а-ая редкость по нынешним временам. Если исходить из сюрприза, который мне так неожиданно свалился на голову, то я даже рад, что она — твоя избранная и приемная мать моего сына. А главное, любит и его, давая дополнительные гарантии, что моя увеличившаяся семья будет крепкой, сплоченной и… более защищенной. Ведь теперь и ты заинтересован в этом… Не так ли, аро Рейнвааль?

Последний вопрос был задан с нескрываемым сарказмом, давая понять, что Повелитель тоже догадывается о мыслях Рейна по поводу трона, мальчика и о возможном, даже чисто теоретическом, предательстве. И теперь в моем лице видит способ предотвратить опасность и защитить своего сына. То есть получается, что старший Хемвааль уверен в том, что Рейн не тронет Хема, пока я люблю ребенка и он мне дорог, а также будет защищать его, чтобы я нечаянно не расстроилась. И для них это естественно!

У меня внутри расправило крылья чувство острой нежности: выходит, Рейн любит меня настолько, что готов плюнуть на трон. Просто чтобы мне не было больно из-за потери приемного сына… Вспомнились гномы, говорившие о том, что демоны верны и преданны лишь избранным и матерям, остальное — по интересам и степени алчности. Я пыталась осознать, каково это — быть центром мироздания такого мужчины, как Рейнвааль. И чувствовала, что все тревоги и страхи уходят, а меня буквально затопило любовью к нему.

С небес на землю вернули слова Повелителя:

— С завтрашнего дня я начинаю сам тренировать и учить своего сына! Его встречи с приемной матерью мы согласуем отдельно!

— В каком смысле — согласуем? — не удержалась и выпалила я. — Он маленький, привык спать рядом со мной, и я не могу позволить, чтобы в чужом — пока — дворце мой мальчик остался один… в одиночестве.

— Ты забываешься, девочка! — холодно, бесстрастно заявил Хемвааль, а маленький Хем, понурив голову, стоял рядом со мной, и его опечаленный вид заставил возмутиться.

— Но у нас с Рейнваалем целое крыло, как я поняла?! Почему Хем не может жить в соседней комнате, чтобы всегда, когда захочет, мог увидеть меня? Чтобы я могла заботиться о нем вечером или утром, а…

— Защитники смогут организовать более совершенный, безопасный контур вокруг этих покоев. Слабые места обоих Владеющих будут под надежной охраной, — уверенно предложил голос Дартвааля за нами.

Повелитель на мгновение задумался, бросил взгляд на Рейна, который чуть кивнул, и в итоге мне дали добро:

— Через три дня будет официальное представление моего сына и избранной аро Рейнвааля высшим кланам. Позаботьтесь об этом! — сухо приказал Повелитель сидящим на стульях высшим демонам, затем обратился уже к нам с Хемом:

— Сегодня отдыхайте с дороги, а завтра начнем более близкое знакомство и общение.

Благодарно улыбнулась… отцу моего ребенка, порадовавшись, что этот мужчина, наделенный огромной силой и властью, согласился дать сыну возможность постепенно привыкнуть к новой жизни и к посторонним пока для него демонам. А потом мы вновь откланялись и, развернувшись, удалились.

* * *

— Ну как, тебе нравится? Если нет — переделай по своему вкусу! — проурчал над головой мой любимый демон.

Рейн, положив руки мне на плечи, прижимал к себе, пока я рассматривала центральную комнату апартаментов северного крыла Преисподней, принадлежащего нам. Помимо этих покоев есть еще и другие, расположенные вдоль длинного коридора на этом этаже и на трех этажах ниже.

Гостиная выдержана в фиолетовых и золотых тонах — цветах моего нового клана. Как я поняла, теперь в моей одежде тоже должны постоянно присутствовать фиолетовый и золотой, тогда уж точно ни один из демонов не ошибется, кому я принадлежу.

Отстранившись от Рейна и выпустив руку Хема, которую держала все это время, отправилась рассматривать свой новый дом в сопровождении последовавших за мной обоих любимых мужчин. А я скользила взглядом по длинным диванам с бархатной и парчовой обивкой, глубоким низким креслам, мозаичным полам с изображением батальных сцен, высоким лепным потолкам, восхищаясь замысловатыми и в то же время уютными интерьерами.

Зайдя в очередную комнату, смутилась: огромная светлая спальня, наполненная розовым светом заката, который только добавлял уюта, красоты и интима. Бросила быстрый взгляд даже не на кровать — на ложе королевских размеров, застланное нарядным фиолетовым покрывалом. Захотелось разбежаться, прыгнуть и… уснуть наконец-то на простынях, а не под открытым небом на коврике. Я устала, очень устала. А уж как устал мой малыш — даже думать боюсь, так что дальнейший осмотр, думаю, можно отложить на завтра. Повернулась к Рейну и, улыбнувшись, попросила:

— Мне здесь все слишком нравится, чтобы сразу что— либо менять. Может, потом, по мелочам, как освоюсь. А сейчас хочется есть, мыться и спать. А Хем — тот вообще, сегодня столько пережил, что его срочно нужно отправлять в постель.

Хем забрался на кровать и довольно распластался на покрывале, но Рейн, смеясь, предупредил:

— Племянничек, это не твоя постель! Теперь я сплю с Хель, а твоя комната — следующая! Думаю, нам с твоей мамочкой смежные спальни ни к чему. Мы и в одной хорошо устроимся! Ты пока можешь пожить там, а дальше посмотрим — вдруг ты себе лучше покои найдешь… в южном крыле?