Инстинкт гнева - Вячеслав Шалыгин

- Если я правильно понял его жест, нам придется дождаться особого приглашения.

Чесноков действительно не спешил начинать разбирательства. Он подошел к лестнице в подвал, коротко переговорил с несколькими людьми из группы несостоявшихся линчевателей, а затем отошел в сторону и сделал пару довольно продолжительных звонков. Напряженное ожидание явно затянулось, но Чесноков будто бы специально трепал нервы проштрафившимся подчиненным. Только минут через двадцать после прибытия в офис он наконец взглядом разрешил Островскому и Джонатану подойти для официального доклада. Затерявшийся в дальнем углу холла Мартов также был вынужден подойти. Как он ни старался сделать вид, что увлечен беседой по телефону, обратить внимание на прибывшее начальство ему пришлось, и подойти тоже…

* * *

Туманов чувствовал себя отвратительно. Как и было обещано мастером, он не болел с похмелья и не маялся от недосыпания. Физическое самочувствие было очень даже хорошим, а вот морально Виктор страдал, будто старшеклассник, устроивший пьяный дебош в учительской. Только приложив титаническое усилие, он сумел заставить себя явиться в офис и предстать перед ясными (и слегка насмешливыми) очами новых сородичей. Виктор не собирался каяться, посыпать голову пеплом и публично признавать, что был неправ. Он был прав. Немного резок, но прав. Приехал он вовсе не для этого, первоначальной причиной возвращения в Цех была тревога за безопасность Жени и желание поучаствовать в операции по переводу девушки из Конторы в Цех. То есть Туманов был намерен гнуть свою линию до конца… и все-таки смотреть в глаза Островскому, Джонатану и даже Мартову ему было стыдно. Не за «содержание», так сказать, а за «форму».

Троица Вечных правильно восприняла невнятные извинения типа: «Я вчера там наговорил… не надо было так круто… но вы же понимаете…». Мартов, как лицо незаинтересованное, кивнул и промолчал, а Островский и Джонатан высказали удовлетворение прямотой и честностью нового товарища. После чего, правда, вежливо отправили его «на полчасика» попить кофе в бар, а сами вернулись к какой-то напряженной беседе с адвокатом. Как понял Туманов, бригадир и разведчик пытались «навесить» на Мартова «всех собак», а тот пытался отнекиваться. Видимо, тема была затронута не впервые. Островский предъявлял адвокату обвинения в некомпетентности на грани саботажа: «И не в первый раз, Андрюша!», а Мартов критиковал бригадира и разведчика за некие разбирательства на месте, которые, по его мнению, были сродни суду военно-полевой тройки. Островский его сопротивление игнорировал и продолжал атаковать, правда, вяло, явно коротая за этим развлечением время до приезда Чеснокова - об этом он вскользь упомянул уже после того, как Туманов вошел в бар: «Вот сейчас приедет мастер, и разберемся, кто тут снова напортачил и почему!»

Так долго пить кофе было скучно, но Туманов мужественно вытерпел полчаса безделья, затем сделал круг по просторному холлу и вернулся к троице. Судя по выражениям их лиц, вот только что они побеседовали-таки с Чесноковым - его спину сыщик успел приметить в проеме двери, ведущей в дежурное помещение. Скорее всего, мастер вставил всем троим по самую гайку - только неясно, за дело или для профилактики, - и отправился «смотреть кино», снятое камерами наблюдения. Для чего еще ему наведываться в «дежурку», сыщик вообразить не мог.

- Я хотел спросить, - Туманов дернул за рукав Джонатана. - Вы когда за Женей поедете?

- А? - разведчик притормозил. - За Женей? А-а, за ней мы съездили. Она теперь тут гостит… в подвале. Ты хотел повидаться?

Он почему-то ухмыльнулся - загадочно и не слишком-то весело.

- А что, нельзя?

- Нет, - Джонатан сделался серьезным и покачал головой. - Нельзя.

- Даже мне?

- Даже тебе. Прости, Витек, но это ради твоей же безопасности.

- Да перестань! Что она мне сделает? Она же девчонка совсем. Да и друзья мы вроде бы. Ну, не враги - точно.

- Кое-что изменилось, Виктор, - вмешался Островский. - Серьезно изменилось. Ваша знакомая теперь опасна для любого Вечного. Для вас в том числе.

- Оптимум? - догадался Туманов.

- Он самый.

- Не вовремя, - сыщик потер затылок. - У меня одна мысль возникла. Женя могла бы помочь. Насчет ее братца. Даже через дверь нельзя поговорить?

- Не услышит, - Джонатан похлопал Виктора по плечу. - Ты не спеши, Витя, времени у нас теперь много. Спросишь. Не сейчас, так через месяц, какая разница?

Туманов поднял на разведчика удивленный взгляд, потом спохватился и кивнул:

- А, ну да, целая вечность впереди. Нет, погоди, ты меня разыгрываешь, да? Шутник нашелся! Я же серьезно. Насчет Хамелеона хочу у нее спросить, а не размер колечка.

- Нельзя, Витя, потому что твоя подружка…

Закончить фразу Джонатану помешал резкий сигнал тревоги, зазвучавший откуда-то из подвала. Разведчик резко сунул руку в карман и на секунду замер огромным изваянием. Секундой позже он выругался неподобающими его возрасту словами и ринулся к двери в подвал.

- Витя!

Кричала Женя. Виктор решил, что ее голос доносится из подвала, и бросился следом за Джонатаном, но у самой лестницы он вдруг снова услышал Женин голос. Правда, теперь она не кричала, а мычала, будто ей зажали рот. Туманов резко затормозил и оглянулся. Звук доносился с улицы. Брыкающуюся Женю, ухватив за шею, тащил за угол какой-то мужчина. Разглядеть его лицо не получилось, но достаточно было и того, что он тащит Женю куда-то против ее воли. Виктор сорвался с места и побежал к стеклянным входным дверям. Туда же быстрым шагом направились Островский и Мартов.

- Заблокировать вход! - крикнул мастер Чесноков охранникам в пультовой комнатке.

- Нет! - Туманов замахал руками. - Нет, не запирайте, они снаружи!

Охрана игнорировала вопли сыщика, и Виктор распластался по толстому стеклу, наподобие бабочки.

- Откройте! - он ударил по двери кулаком. - Вы ослепли, что ли?! Вот же они! Уходят!

- Кто уходит? - рядом остановился Мартов. - Где?

- Хамелеон и Женя! Вы не видите?

- Нет, - Мартов повертел головой. - Вам не показалось?

- За угол свернули! Он девчонку на плечо закинул и ходу, - Туманов обернулся. - Да откройте же двери!

Из подвала появился Джонатан. Он махнул рукой мастеру, и тот переадресовал жест охране. Двери открылись, но когда Виктор выбежал на офисную парковку, никакого Хамелеона там не оказалось.

- «Шевроле»! - появляясь из «дежурки», крикнул мастер всполошившимся подчиненным. - Небольшой седан, серебристый, темные стекла, номер грязный, плохо читается. Что-то вроде 382, регион 177.

- По коням! - рявкнул Джонатан. - Сыщик, в лимузин!

Виктор не заставил себя упрашивать и в три прыжка очутился рядом с «Тахо» разведчика. Все остальные бойцы и охранники во главе с Островским «оседлали» белый микроавтобус и три черных внедорожника. Последним к кавалькаде присоединился «Порше» адвоката. Виктор успел заметить, что за руль сел Мартов, а на пассажирском сиденье устроился сам Чесноков. Лично участвовать в погоне целому мастеру было необязательно, но Чесноков почему-то решил иначе.