Долгая дорога к трону - Татьяна Форш

Стянула короткие волосы в хвост и еще раз оглядела себя.

Теперь можно идти.

Когда я поднялась на палубу, небо усыпали яркие бусины первых звезд. Луны еще не было, но полумрак летней ночи не помешал мне увидеть ЕГО…

Впрочем, Лекс заметил меня первым.

– Ширин… – Он остановился в шаге от меня, глядя таким взглядом, что я смутилась. – Ты – прекрасна!

– Я знаю… Ты мне сегодня уже сообщил об этом…

Он улыбнулся и, прикусив губу, постарался придать себе серьезный вид.

– Если позволишь, буду говорить тебе об этом до утра…

– Лучше всю жизнь…

Лекс нахмурился.

Да, я напомнила ему о том, что он должен сделать выбор! Между своим братом, долгом и мной! Он должен! После всего, что сегодня произошло, он не сможет отдать меня другому! Не сможет!

– Пойдем? – Он протянул мне руку и повел к ярко освещенному квадрату люка, из которого доносились звуки музыки и голоса. – Танита и Дерран уже там… И… к сожалению, я был свидетелем их ссоры.

– Быть того не может! – усмехнулась я, но бросив на него взгляд, помрачнела. – Что-то серьезное?

– В этой жизни любая шутка может привести к чему-то серьезному… – вздохнул охотник и пояснил: – Дерран должен научиться ценить то, что ему дали боги, а Танита – прощать… И мы им в этом не помощники.

– Да-а-а… – протянула я, осторожно спускаясь вслед за ним по широким деревянным ступеням, и мысленно добавила: «Нам бы с собой разобраться…»

В зал мы попали, миновав устланный ковром коридор. Двери были распахнуты, словно нас ждали. В небольшом зале овальный стол, в окружении высоких стульев, буквально ломится от еды. В углу возвышение, где совсем юные менестрели радовали слух знакомыми с детства песнями. Сразу вспомнился Зарин, любивший напевать баллады Вселесья.

Отец…

Сердце стиснула тоска, возвращая меня из невероятной сказки в кошмарную реальность.

Я почти не вслушивалась в приветственную речь хозяина корабля, а когда он замолчал, прошла вслед за Лексом к столу.

Когда голод был утолен, я взяла предложенный бокал вина и стала наблюдать за подругой. От меня не укрылся взгляд сидевшего рядом с ней оборотня. Восхищенный и явно мечтающий о продолжении этого ужина. Неужели этого не видит Дерран?

Я взглянула украдкой на эльфира.

Он видел.

Он просто не сводил с этой парочки глаз… Но почему-то, кроме молчаливого наблюдения, он не предпринимал никаких попыток прекратить весь этот фарс…

Я наклонилась к Лексу и, указав взглядом на Таниту и Деррана, едва слышно прошептала:

– Почему они поссорились?

– Плата за гордыню… – Он даже не взглянул на них. – Кстати, если ты сыта… может, прогуляемся? Очень хочу побыть сегодня с тобой под звездами… Еще раз… Или не раз?

Я изумленно взглянула на него.

– Ты знаешь об этом древнем предложении?

Он едва заметно улыбнулся.

– Конечно. Ведь я тоже в каком-то смысле дитя Вселесья.

– Тогда не будем откладывать. – Я поднялась и, не спрашивая разрешения, направилась к двери. Почти сразу же меня догнал Лекс.

– Кажется, никто даже не заметил нашего бегства, кроме Кристиана, но он считает, что я твой телохранитель и обязан сопровождать тебя везде.

– Отличное оправдание! А сегодня ты будешь ночевать в моей каюте только потому, что мне страшно! – Я на миг прильнула к его губам и бросилась вверх по лестнице. Выбравшись на палубу, я восторженно вскинула голову, разглядывая темно-синий бархат раскинувшегося над головой неба, расшитого тысячами звезд и созвездий. – Какая красота!

Его руки обняли меня сзади за талию, а горячее дыхание обожгло затылок.

– Красота… Когда я был маленький, мой отец говорил, что звездное небо – это врата в мир ушедших. А звезды – это их глаза, с тоскою глядящие на потерянный мир…

– Наверное, и мои настоящие родители сейчас смотрят на нас… – Мои губы тронула грустная улыбка. – Я иногда думаю, как бы все обернулось для меня, останься они в живых…

– Да… когда-то и мне приходили такие мысли… – Его губы коснулись моих волос.

– Твои родители тоже умерли?

– Да… Давно… – Он вздохнул. – Так давно, что я даже не помню, когда это случилось.

– А… – Я развернулась и взглянула в его глаза. – Сколько тебе лет?

Лекс задумался и вдруг засмеялся.

– Забыл! Ты представляешь? Забыл!

– Так не бывает! – Я шутливо толкнула его и тут же оказалась в объятиях. – Каждый знает свой приблизительный возраст! Например, завтра мне исполняется двадцать лет!

– Боги, ты такая маленькая! Я чувствую себя преступником!

– Так! Прекрати! – Я заколотила ему в грудь. – Если ты сейчас же не скажешь, сколько тебе лет, мне действительно станет страшно! Вдруг тебе лет пятьсот?

– О! Нет! Боюсь, мой век окажется куда скромнее! Все-таки, помимо крови перевертышей, во мне течет и людская кровь.

– Людской крови уже давно нет! – Я вырвалась из его объятий и взбежала на корму. Облокотилась на невысокий бортик и принялась наблюдать, как Лекс неспешно идет ко мне. Высокий, статный. В волосах запутались блики золотисто-красной луны… На поясе клинки Тха-картха.

Охотник…

Вдруг мое внимание привлек какой-то шум. Две фигуры появились из люка, где проходил ужин, и принялись о чем-то спорить. Мне показалось, что я вижу золотистые волосы Таниты, и уже хотела направиться к ней, но меня удержали руки Лекса.

– Не надо. С ней Дей, и он все уладит.

– Лекс, но они же…

– Я знаю… Знаю! Но иногда лучше не вмешиваться… – Он заставил меня вернуться к бортику. – Поверь, мы только все испортим! Дей слишком долго был один. Он так же, как я, боялся впустить в свое сердце привязанность… Он должен сделать этот шаг сам… Понимаешь?

Лекс вдруг замер, будто к чему-то прислушиваясь, развернулся и, приказав мне: «Стой тут!», направился к спорщикам.

Я только кивнула. Если Лекс будет рядом с Танитой, мне не о чем волноваться.

И задумалась: «Так же, как я, боялся впустить в сердце…» Значит, он, в отличие от Деррана, уже преодолел этот страх? И значит…

Что это значило для меня, я так и не выяснила.

Танита вдруг бросилась бежать. Ее догнал какой-то мужчина. Кажется, Дей. Корабль качнуло…

Лекс остановился. Обернулся и бросился назад.

– Ширин!

«Берегись!»

Крик Лекса и вопль Хранителя заставили меня оцепенеть. Я все еще смотрела, как охотник бежит ко мне, когда море поднялось к небу и рухнуло, сминая меня своей мощью.