Меньшее зло - Алексей Фомичев

Новая волна взрывов легла ближе, но менее кучно. Часть снарядов ушла дальше площадки, часть рванула на прежнем месте, но два или три снаряда бабахнули практически вплотную к навесу.

Мы снова попадали на бетон. Где-то неподалеку заработали пушки самоходных установок. Видимо, стояли на закрытых позициях рядом с космодромом.

– Они бьют не прицельно, а по данным разведки. Та обнаружила скопление техники и навела, — продолжал анализировать ситуацию Марк.

– И что? — спросил Антон.

– А то, что сейчас разведка обнаружит транспорт. Он побольше, чем вся бронетехника!

– И?

– И е... анет по нам! Тикаем!

Но вскочить мы не успели. Новый залп, правда, не такой дружный, пришелся по самому навесу. Громыхнуло так, что у всех заложило уши. Однако мы расслышали, как свистят расколотые листы брони, отлетевшие от навеса. Теперь они долетали и до нас.

От транспорта побежали люди. Санитары катили носилки почему-то под навес, хотя тот уже зиял рваными дырами размером с теленка. Кое-кто из ходячих раненых спешил к лазарету. Несколько человек без движения лежали на бетоне. Видимо, задело осколками. Сам транспорт выглядел невредимым.

– Эй, глухие! Я кому говорю? Освободите площадку!

Мы дружно повернулись на голос. Прямо на нас из глубины навеса катил грузовой кар. На передке восседал чумазый техник в спецовке и каком-то дурацком колпаке на голове.

– Уматывайте! Раздавим.

Мы поспешно отскочили в сторону.

– Уходите дальше.

– А что такое?

– Здесь будут ставить «Балетту».

– Чего?

– Курьерский корабль.

– Да вы охренели! — воскликнул Марк. — Обстрел такой, а вы корабль вытаскиваете. Разнесет же.

– Медлить нельзя. На нем отправят на Логошет коронера, он в тяжелом состоянии. Отойдите же!

Мы переглянулись. Курьерский корабль! Мать его, я и забыл совсем. Маленький шустрый кораблик, способный взять на борт не больше десяти человек. И груз до двух тонн весом.

Кар развернулся на месте и поехал задом. А за ним из нутра навеса выплывала «Балетта». Видимо, курьерский корабль делали на основе боевых космических машин. Зализанные формы, невеликие размеры, стреловидные крылья. Вооружение с него сняли, а на месте ракетных установок, пушечных спарок и контейнеров с боезапасом сделали небольшой грузовой и пассажирский отсеки. А вот броню оставили.

«Балетта» замерла на месте, где-то в центральной части днища открылся люк и вниз пополз трап. Рядом с ним медленно падал лифт.

Пальба вдруг стихла. Или Датлай уже сделал, что хотел, или его батарея меняла позицию. Пользуясь затишьем, медики продолжили погрузку на транспорт. Со всех сторон к кораблю покатили носилки. Те, кто мог ходить, спешили на своих двоих.

– Вот когда надо было подходить, — с досадой произнес Марк. — В суете и спешке могли проскочить.

– Поздно, — ответил я. — Если и успеем, то только на курьерский.

– Не успеем, — вдруг сказал Антон и ткнул пальцем в небо. К космодрому со стороны юга буквально на бреющем летел цуфагер. Шел он на приличной скорости. А чуть выше и сзади летел истребитель. Прикрывал, видимо. Судя по всему — везли раненого коронера.

– Если только захватить комбрига...

Я напряженно следил за посадкой цуфагера. Он резко сбросил скорость, пошел вниз и сел метрах в тридцати от «Балетты». Десантный люк открылся, из него выпрыгнули два солдата. И сразу начали вытаскивать носилки, на которых лежало крупное тело, укутанное покрывалом.

Солдаты только начали выгружать коронера, когда космодром накрыла очередная волна взрывов. На этот раз датлайцы взяли более точный прицел. Или просто чуть изменили наводку. Два снаряда в клочья разнесли строительный кар на дальнем конце поля. Еще один повалил на бок кран. И еще один жахнул метрах в ста пятидесяти от цуфагера.

Мы услыщали свист снарядов и попадали за несколько секунд до взрывов. Нас обдало горячей волной, забросало землей и мелкими осколками бетонного покрытия.

«Вот теперь точно контузия, — мелькнуло в голове. — Мозги отшибло напрочь...»

Кашляя и моргая, приподнялся на локтях и глянул по сторонам. Черт, ничего толком не видно. Дым, гарь. И воняет чем-то. Горелым мясом!

Возле цуфагера лежали солдаты. У одного из проломленной головы вытекала кровь. На втором горела куртка, а в спине зияла приличных размеров дыра. Видно окровавленное и обгорелое мясо, куски ткани, кости... Прилично приложило.

– Эй, кто-нибудь! — заорали из цуфагера. — Сюда! Кто-нибудь!

– Тьфу, твою мать! — заворочался рядом Антон. — Мы свалим отсюда или нет? Марк, ты цел?

Тот помотал головой и кивнул. Говорить не мог — усиленно отплевывался. Похоже, успел хапнуть дыма и пыли.

– Эй! — Крик повторился. Из цуфагера выпрыгнул незнакомый лейтенант без оружия и без брони. — Эй, вы! Ко мне!

– Принесла нелегкая, — чертыхнулся Антон. — Говорил, уходить надо...

– Рядовой Шевалган! — отчеканил я, вскакивая на ноги. — Со мной Торпер и Канн.

– Наемники?

– Да. Загружались на транспорт.

– Ко мне быстро! — махнул рукой лейтенант.

Мы нехотя побежали. Точнее, побежали мы с Марком, Антон пошел. Едва приблизились к машине, космодром опять накрыло залпом. Попадали на бетон, прямо на убитых солдат. Мордой в кровавое месиво.

– Солдаты! — лежа командовал лейтенант. — В цуфагере командир бригады коронер Твилд. Он тяжело ранен. Надо перенести его на корабль. На «Балетту».

– Можем не донести, — сказал Марк, вытирая рукой кровь с лица. — Бьют точно, суки!

– Что с тобой? — заорал Антон. — Ранен?

– Не моя кровь.

– Надо! — с нажимом повторил лейтенант. — Надо срочно поднять корабль в воздух. Иначе его накроют. Вы сможете донести?

– Попробуем, — быстро ответил я, пока парни не разинули рты. — Но мы сами ранены.

Лейтенант скользнул взглядом по Антону и Марку. Заметил повязки и кивнул.

– Не успели сесть на транспорт.

– Ничего. Улетите на «Балетте». Транспорт уже готов к старту, туда не успеете.

Не знаю, что толкнуло меня сказать о ранениях. Интуиция, хитрость, смекалка... Просто сказал. И этот офицер теперь — наш билет на Логошет. Сейчас под огнем, в сутолоке боя он принимает решения и отдает приказы. И никто не будет начинать спор из-за трех наемников. Тем более они действительно ранены...

Теперь бы успеть.

– Взяли! — крикнул Марк, уже понявший мою игру. — Носилки!

Носилки стояли на краю отсека. Покрывало наполовину слетело с коронера, представив нашим взорам заключенный в белоснежный кокон корпус. Ранение в живот и грудь. Чем же его так?..