Фарландер - Кол Бьюкенен

Он закричал.

Крик был дикий, первородный, могучий, как сама стихия. Ничего подобного Нико еще не слышал. Ничего подобного и не могло выйти из человеческой глотки. Сформированный и направленный волевым и физическим усилием Эша, он ударил в противника с такой силой, что тот опешил и выронил оружие, словно оно превратилось в раскаленный докрасна железный прут.

Воспользовавшись секундной паузой, Эш вскочил и схватил то единственное, что могло сойти за подобие оружия. Стул. От удара в лицо под маской хрустнули кости, а пострадавший отшатнулся и упал на тех, кто пытался протиснуться в комнату следом за ним. Продолжив атаку, Эш вытолкал алтарников в коридор и, навалившись на дверь, сумел ее захлопнуть.

— Нико... — произнес он с холодной сдержанностью, не столько успокоившей, сколько испугавшей юношу. — Брось мне монетку... быстро. — Чашка, в которой они держали мелочь для автоматов, стояла возле умывальника, и дотянуться до нее Эш не мог.

Пока Нико слезал с полки, дверь сотрясалась под ударами из коридора, и старик рошун удерживал ее из последних сил.

— Быстрее.

Опустив руку в чашку, Нико вдруг испугался, что не найдет ни одного четвертака, что он истратил последнюю монету, но тут пальцы нащупали заветный кружок, и он схватил его и бросил наставнику.

Поймав монету на лету, Эш изогнулся, бросил ее в щель на дверной раме и повернул ключ в замке. Дверь по-прежнему сотрясалась под градом ударов, и Фарландер не отходил от нее, по-видимому не полагаясь на крепость замка.

Нико шагнул к нему. Остановился. Повернулся. Подошел к окну. Что делать? Парализованный нерешительностью, он тупо смотрел на ставни.

Эш нахмурился, и в этот самый момент дверь с треском раскололась у него над головой, осыпав старика дождем щепок. Кто-то в коридоре взялся за топор.

— Окно, парень! Окно!

Повторять не пришлось. Окно оставалось их последним шансом. Нико толкнул ставни, и... ничего не случилось. Ставни даже не дрогнули. Требовалась монетка.

Он выругался и снова метнулся к умывальнику, хотя и знал, что в чашке уже ничего нет, что последний четвертак истрачен.

Нико в отчаянии повернулся к Эшу. Паника нарастала, и мысли разбегались.

— Кошелек! — рыкнул Эш. — Там! На койке!

И верно, кроме прочих монет, в кошельке нашлось две нужного достоинства. Нико вернулся к окну и попытался просунуть четвертак в щель, но пальцы дрожали, денежка выскользнула, упала и покатилась по полу к самым ногам Эша.

Старик что-то крикнул, но Нико не расслышал. Он подобрал монету и снова поспешил к окну. На этот раз все прошло как надо, ставни распахнулись, и в лицо ударил свежий ветер. Нико судорожно вздохнул. Снаружи было темно, в воздухе висел густой туман. Он высунул голову и посмотрел вниз — высоко. Ни пожарной лестницы, ни водосточной трубы поблизости видно не было.

— Мы в западне! — воскликнул Нико и отступил. Как оказалось вовремя, потому что в следующий момент оконную раму что-то раскололо. На пол упал обломок арбалетной стрелы. Кто-то стрелял в него с крыши дома напротив.

Нико отскочил в глубь комнаты.

Эш крикнул, что надо прыгать в окно напротив. Окно, о котором шла речь, было закрыто ставнями, а здания разделяло никак не меньше семи футов. Нико знал, что никогда и ни за что на такой прыжок не решится.

— Нико! — взревел учитель.

Дверь уже разваливалась под ударами топора.

Только теперь он заметил, что стоит возле стула. Нико схватил его, разбежался и швырнул стул в ночь. Бросок достиг цели.

— Откройте! — крикнул Нико, держась в стороне от окна. — Откройте!

Ставни чуточку раскрылись, и в щели между ними появилось сморщенное лицо. Самое странное, что Нико узнал соседа — это был тот самый старик, которого он увидел в первый день в Косе. Тот, который складывал что-то из спичек.

— Пожалуйста! — крикнул Нико и, подняв валявшийся на койке кошелек, швырнул его через переулок в комнату старика. — Возьми себе!

Ставни решительно захлопнулись. Нико едва не всхлипнул от досады, хотя, надо признать, испытал и некоторое облегчение. Вторая стрела расколола раму в дюйме от руки.

Внезапно ставни распахнулись во всю ширь. Старик беззубо ухмыльнулся, призывно махнул рукой и, чтобы не мешать, отступил в сторонку.

В животе у Нико похолодело. Он представил, как прыгает, и вспомнил свое падение с крыши таверны в Бар-Хосе. Точнее, не само даже падение — оно в памяти не сохранилось, — а мгновения перед ним, когда он, соскользнув к краю, повис, отчаянно шаря рукой и не находя ничего, за что можно было бы ухватиться.

В щели разбитой двери уже заглядывали алтарники. Эш рисковал головой, потому что каждый удар топора мог стать для него последним.

— Не могу, — выдавил Нико.

Эш не сразу понял, о чем речь, а когда понял, нахмурился.

— Мечи. Бросай их туда.

Нико растерялся, но сделал, как было сказано. Пошарил под койкой, вытащил завернутое в холст оружие и перебросил в окно напротив.

Дверь трещала вовсю, и Нико не услышал, как сзади подошел Эш. Рошун оттащил ученика от окна, а потом — чего Нико никак не ожидал — схватил его за пояс и шиворот, оторвал от пола и с воинственным рыком устремился к окну. Несчастный взвыл и замахал руками, но было поздно: Фарландер выбросил его из комнаты.

Пролетая над переулком на высоте четвертого этажа, Нико даже успел подумать, что у него получится.

Не получилось. Окно напротив вдруг подпрыгнуло, а Нико снова оказался в худшем из возможных кошмаров: он летел навстречу смерти.

На этот раз ему повезло больше. Раскинутые руки наткнулись на что-то, а пальцы ухватились. В роли спасителя выступил подоконник. Нико ударился о стену и повис, отчаянно скребя босыми подошвами по шероховатой поверхности.

Вверху, над головой у него, промелькнул и влетел в комнату, головой вперед, Эш. Выпущенная с крыши стрела разминулась с рошуном на считанные дюймы. А потом Эш снова возник в окне и, схватив Нико за запястья, рывком втащил в окно.

Пока Нико пыхтел и отдувался, лежа на полу, а старик, сидевший на койке рядом со сложенным из спичек домиком, шамкал беззубым ртом и радостно скалился, Эш, не обращая внимания на обоих, развернул мечи. Отбросив один Нико, он поднял свой ровно в тот момент, когда в окно влетел первый алтарник.

Эш оттолкнул Нико и пригнулся, уходя от бокового удара в шею. Его собственный клинок с быстротой молнии вошел и вышел из живота противника. Отпихнув ногой умирающего, он повел атаку на второго алтарника. Этот дрался лучше и, блокировав выпад Фарландера, ударил его кулаком в лицо.

Пока противники рубились, вынуждая Нико и хозяина комнаты отступать к двери и безжалостно круша мебель — удивительно, но домик из спичек оставался нетронутым посреди этого безумия, — пока звенела сталь и удары чередовались с блоками, а выпады с нырками, Нико добрался до двери и рывком открыл ее.