Капитан перехватчика - Наталья Бульба

— Стоп! — рявкнула я, вновь «раскручивая» сектор, как глобус.

Мой навигатор хмыкнул, но это были единственные изданные им звуки.

Зона, которую мы собирались инспектировать, уже давно привлекла внимание Службы. Основания на то были, еще в свою бытность перевозчицей я старалась обходить этот район стороной. Один раз едва унесла ноги, этого оказалось достаточно, чтобы присмотреться к статистике. Из десяти почивших моих собратьев по ремеслу, парочка заканчивала свой путь именно в его окрестностях.

Сектор был сравнительно небольшим, но если бы мне пришлось давать ему название, первым на ум пришло бы — мусорка. Две кратные звезды — одна двойная и система из четырех звезд, вносили определенный хаос в ту структуру, что установилась в этом районе. Астероидное поле высокой плотности и туманность, образованная взорвавшейся когда-то сверхновой, добавляли этой вакханалии своеобразную законченность.

А вот в условном центре этой области располагалась планетная система, которая нас и интересовала. По данным исследователей, которые имелись у Службы, одна из четырех вращающихся вокруг похожей на Солнце звезды, была вполне пригодна для жизни. Не без сюрпризов, конечно, но для базы на ней вполне годилась.

— Только ловить на живца, других вариантов нет. Выманить, а потом плотно сесть на хвост, заставив отступить. Если у них вот здесь, — я показала на то самое узкое горлышко, которое позволяло попасть внутрь зоны беспрепятственно, — и здесь, стоят заградители, то можем проскочить на минимальной дистанции и рассредоточившись среди их кораблей. Нарваться на залп можно, но я уверена, что особо бить не станут, легко ненароком долбануть по своим. Во всем этом есть только одно «но», но настолько значительное, что я прямо-таки чувствую себя девицей на выданье.

Тишина была до такой степени многозначительной, что я не нашла ничего лучшего, как повторить про себя то, что произнесла вслух. Ничего крамольного не обнаружила, если только последнее сравнение, но вряд ли задумчивый вид Шмалькова и несколько растерянный Стелькова, относились именно к нему. Виталий от меня и не такое слышал, уже даже привык. Раньше пытался напомнить, что я едва не стала женой канира — в его глазах данный факт требовал некоторой куртуазности в общении, теперь просто молчал.

— Я что-то не то сказала? — оглянувшись, уточнила я у Тараса. Этот тоже не торопился выдать что-нибудь язвительное.

Первым озвучил свое мнение не ангел, к которому я обращалась, а Костас. Мой навигатор оказался более подготовленным к очередной выходке своего капитана.

— Да нет! Просто все это выглядит как массовое самоубийство. Боюсь, такую операцию нам адмирал не утвердит.

Пришлось повернуться к Шмалькову.

— Что, все настолько плохо?

Тот посмотрел на экран, где кивал, подтверждая, Костас.

— Ты сначала скажи про свое «но».

Я пожала плечами — ну не буду же я с ним спорить.

— Мы так и не знаем, куда увел канир Сиеш своей щитоносец. А если он там?

Воображение было у всех хорошим, чтобы представить себе последствия. Три группы — девять звеньев по четыре перехватчика… Операция масштабная, но непосредственное участие будет принимать меньше половины, остальные встанут в прикрытие.

Для крейсера скайлов мы становились легкой добычей.

— А если обратиться к кангору? — предложил Стельков.

Шок прошел, появился азарт. Все, как всегда…

— А если мы ошибаемся? — вопросительно изогнула я бровь.

— Кто не рискует… — отозвался Виталий, кривой улыбкой намекая, что кое-кому известно о приветах, которые мне передаются из кангората.

Общаться с Аршаном мне после тех событий больше не приходилось, но, похоже, он обо мне не забывал. Впрочем, я — тоже. Играть с ним в паре было очень увлекательно.

— Готовьте план, — поставив точку в нашей пикировке, поднялся Шмальков. — А там посмотрим, кого и с чем стоит приглашать на эту пирушку.

Я удовлетворенно подмигнула Стелькову, тот ответил тем же. Дружба с Виталием была приятным дополнением к рутине службы. Наш с ним случай служил подтверждением мысли, что возраст, опыт и нашивки не имеют никакого отношения к взрослению. Спорить до хрипоты, доказывая друг другу общеизвестные истины и устраивать каверзы, мы с ним не уставали.

— А что вы хотели сказать, Владимир Валентинович? — остановила я Шмалькова уже у самой двери.

Тот посмотрел на оперативного дежурного, вернулся, и только тогда, склонившись к нам, тихо произнес:

— Именно эту схему использовали во время последней атаки на Самаринию. — Отметив, как я буквально закаменела — все, что касалось самаринян, отдавалось во мне тяжелыми воспоминаниями, продолжил: — Тогда она принесла нам успех.

— А кто…

Закончить вопрос я не успела, Шмальков ответил сам:

— Я.

В жизни встречались и такие совпадения.

* * *

— Алябьев, демоны тебя задери! Куда прешь?! Морду убери!

Стоило гаркнуть, как тот немедленно все осознал и ушел «в тень» вольного.

Мы вчетвером шли первыми. «Молния», «Варварушка», «Корвет» и Ван Хилд на старом корыте под многообещающим названием «Сорома», что в переводе символизировало быстрокрылую птичку. Про птичку говорить было трудно, обводы корабля смотрелись тяжеловесно, что намекало на люценианское происхождение, но вот в скорости он нам не уступал.

Держались мы под прикрытием четырех обманувшихся любителей легкой добычи. Ни о какой добровольности, естественно, речь не стояла. Те рыпались, пытаясь открыть нас расположенным на астероидах базам, но мы желторотиками не были. За нами следовали остальные, да и жить хотелось. Очень! У меня впереди все еще маячил отпуск, который я рассчитывала провести с размахом. Тем самым, после которого меня вполне могли лишить и звания, и крыльев.

— А слабо на бутылку шаре, кто первый?

О невозмутимости мы с Виталием забыли, как только была дана отмашка к началу операции. Это предложение поспорить было уже далеко не первым. Счет пока шел равный, но каждый из нас старался вырвать победу. Не принципиально, отмечать все равно будем вместе, но кураж требовал выхода, а этот способ казался не самым плохим.

— Принимаю, — усмехнулась я, — но только на орбиталку. С этой шушерой и птенец справится.

Я раззадоривала, преуменьшая опасность двух баз, между которыми нам предстояло пройти. Их можно было бы не принимать всерьез — три огневых точки под куполом на одной, и четыре на другой под данную классификацию подходили с натяжкой. Ситуацию менял калибр импульсных излучателей, установленных там. Рассчитан он был не на такую мелюзгу, как перехватчик, а на что-нибудь более существенное.

Так что нам попадать под его залп не стоило, могло хватить одного, чтобы наше путушествие по жизни закончилось. Мы и не собирались, не для того головы ломали.