Маг-новобранец - Людмила Горбенко

Мы с напарницей, в отличие от обитателей дома, прекрасно видели кто. Даже не включая сканер, мы наблюдали, как огромный, жирный уже не чертенок, а полноценный черт таскается за Лейлой как пришитый. В наушнике охнул куратор.

Не дожидаясь его объяснений, я ткнул пальцем «глаз», который летал неподалеку. «Глаз» обиженно заверещал, но после угрожающе направленного в самый зрачок длинного ногтя напарницы послушно выдал картинку.

Быстро проглядев запись, Вторая отшатнулась.

– Пятый! Они приворожили черта! – простонала она.– Хотя собирались присушить Хендрика к Лейле! Нет, что за люди, а?

Я согласно кивнул.

Лирическое отступление.

Я давно подметил, что женщины странные существа. Трепетно отсчитывая количество ложек соли, высыпаемой в похлебку, они тем не менее удивительно беспечны в отношении высоких материй. Взять хотя бы мамашу Лейлы: почтенная дама подхватила с пола прядь волос и даже не усомнилась в том, что она принадлежит Хендрику. В общем-то то, что локон оказался чертовым,– еще хороший вариант. Представьте, что случилось бы, таскайся за девушкой дворовый пес. Или родной дедушка.

Тем временем чертенок совершенно сбился с ног. На его лице застыло искренне изумление. Так как взбудораженная Лейла ходила, не церемонясь, бедный клон постоянно бился на поворотах об углы и обдирал кожу, теряя при этом клочья шерсти. Очередной отделившийся от тела клок падал на пол и, выйдя из зоны невидимости, окружающей клона, моментально становился видимым.

– Он линяет,– констатировал я.– Наверное, на нервной почве.

– Глупенький,– грустно возразила Вторая.– Процесс линьки закономерен. Он медленно, но верно превращается в САМОГО. До чего похож!

– Ты хочешь меня убедить, что САМ – это жирное лысое существо с бледной кожей и кривыми ногами?– изумился я.– Разреши тебе не поверить. Будь САМ до такой степени похож на обыкновенного человека, кто бы из людей его боялся?

– Человеку свойственно бояться больше всего самого себя,– с мефистофельской улыбкой на чужом лице заявила Вторая.

Как иллюстрация к этой высокопарной философской мысли дверь дома Чайхана широко распахнулась. В тесную прихожую вошли трое смуглых мужчин в тюрбанах, закутанных в серые от долгой носки одежды. Наполнив собой все свободное пространство и до смерти перепугав кошку Шиву тем, что почтительно по очереди приложились поцелуями к ее лапе, троица закружилась хороводом, окуривая прихожую дымом до состояния каминной трубы. Затем гости пали ниц и запели под монотонный аккомпанемент длинной тонкой дудки, вырезанной из тростника.

– Мы рабы, недостойные этого дома! Мы рабы, недостойные внимания!

Под пение, больше похожее на вой, порог переступил следующий гость.

Он был черный весь, до последнего кусочка кожи и до последней складочки на штанах. В темноте белели только белки глаз, зубы и тонкие ниточки шрамов, покрывающих щеки и лоб незнакомца тонким узором.

Скажу честно, я удивился.

Зато хозяин дома ничуть. Чтобы пробраться из гостиной к порогу, Чайхан был вынужден перепрыгнуть через коленопреклоненных рабов, с чем великолепно справился.

– Уважаемый Мас-Гел-Ордык! Вы точны как солнце!

– Дорогой Чайхан! Рад оказать услугу!

– Мас… кто? – уточнил Оскар, выглядывая из-за ковра.

– Откусывающий носы любопытным,– дружелюбно скалясь, перевел гость, плотоядно причмокивая губами.– Хорошо, что ты пригласил меня, Чайхан. Не годится перед свадьбой оставлять в доме старые грехи. Сейчас я найду их и – ам!

– И ведь не врет,– тихо сказала Вторая.– Энергетический каннибал, причем самоучка.

После официального представления интерес к чернокожему гостю как-то сразу угас, и члены семейства рассосались по комнатам. Лейла под предлогом головной боли ускользнула к себе, волоча на прицепе несчастного черта, Оскар, пробормотав дежурное «Извините, мне пора», понес никому не нужный поднос наверх, а жена Чайхана юркнула на кухню – якобы лично заваривать чай.

Скажу сразу – за то время, что она гремела посудой, можно было вырастить, собрать и заварить тонну чая. Но гость не жаловался. Он молча сидел и водил носом из стороны в сторону, как лисица, когда принюхивается. Причем что интересно: когда колдун поворачивался к нам, его короткий нос с вывернутыми наружу ноздрями прямо вытягивался.

Мы с напарницей переглянулись.

– Пора,– сказал я решительно.– Летим в девичью светелку, где и берем малыша, пока он приклеен к Лейле. Поддуй жилет, и приступаем.

Подавая личный пример, я одернул балахон и приготовил парализатор.

– О нет! – простонала сзади Вторая.

«О нет»? Сейчас догадаюсь. Наверное, жилет плохо сидит. Или обнаружила, что у личины губы не той помадой накрашены. Чтобы я еще раз согласился на напарника женского пола? Лучше в пекле угли лопатой разгребать.

– Что еще? – не оборачиваясь, прошипел я.

– Он нас опередил! – возмущенно пожаловалась Вторая.

– Кто?

– Мас-Гел! Чернокожий колдун вычислил черта!

Как ни прискорбно, напарница оказалась права. Пока я собирался с духом, гость прекратил молчаливую медитацию и без обиняков сообщил Чайхану, что в его доме было совершено колдовство. По команде Мас-Гела Чайхан пригнал из всех укромных углов членов семейства и выстроил их, как рабов на невольничьем рынке. Похлопывая себя по бедру тростниковой флейтой, черный колдун медленно двинулся вдоль ряда, закрыв глаза и прислушиваясь к чему-то, слышному только ему. Его сообщники молча подперли противоположную стену, монотонно раскачиваясь из стороны в сторону, как степные тушканчики.

– Может, этот Сам-Гел-Кирдык все-таки шарлатан? – с надеждой спросил я.

Но Вторая отрицательно помотала головой и перекривила губы чужой личины так выразительно, что маска отклеилась у виска. Одноразовое китайское барахло, одно слово. Вместо напарницы ответил куратор.

– Отбой! – Его голос прямо звенел от напряжения.– Пятый, временно приостановить операцию! Ничего не предпринимать! Ждите моей команды!

Пока Мас-Гел обнюхивал членов семейства как охотничий пес, мы с напарницей на всякий случай отлетели в сторонку и разбили временный лагерь на карнизе – в случае чего можно будет вылететь в окно. Под нервное сопение бабушки (знает кошка, чье мясо съела) и гробовое молчание остальных гость резко выбросил вперед руку и упер указательный палец в грудь Лейлы – она! Одержима бесом именно она!

Пикантная подробность: от девушки непроизвольно отшатнулись все, кроме жениха. Хендрик, наоборот, посмотрел на свою невесту с явным интересом и даже приобнял за талию.

Обряд изгнания описывать не стану. Отмечу только, что мавр провел церемонию мастерски: никаких лишних слов, ни одного случайного жеста. Чувствуется квалификация, что еще скажешь!

Очевидно, присутствующие думали, что Мас-Гел просто обмахивает девушку сковородкой, время от времени делая резкий выпад. Мы же с напарницей видели, как негр снайперски точно долбает бедного клона по темечку. Ни разу не промахнулся! И кажется, получал от процесса искреннее удовольствие!