Повязанный кровью - Павел Корнев

Два весьма знакомых меча.

Потертые ножны, потемневшая от пота обмотка рукоятей. Клинков, понятно дело, не видно, но, без сочинения, на пятках выбит ухвативший змея орел.

Короче говоря – это были мои изъятые при аресте в Логваре мечи.

– Ну кто играет? – капризно протянула красотка, но все лишь отрицательно качали головами.

Даже Шутнику хватило ума понять, что дело нечисто, и ссыпать столбик остававшихся у него монет обратно в кошель.

– Каковы ставки? – осведомился я.

– Это подруга командира «Черных смерчей», – наклонившись, пробормотал мне на ухо наемник, который и уступил девице стул. – А Джимми Черныш отличается весьма дурным нравом.

– Хоть один мужчина среди вас нашелся! – весело рассмеялась девушка и бросила на стол зазвеневший кошель. – Называй сам!

– Деньги меня не интересуют. А вот на мечи я бы сыграл.

– Это подарок, – нахмурилась девица.

– О! Подарок – это святое! – Я ссыпал свои монеты в кошель и, не торопясь, поднялся из-за стола.

– Черт с тобой, играем! – махнула рукой эта весьма азартная особа. – Но твоя железяка мне не нужна. Что поставишь ты?

– Этого достаточно? – Я развязал кошель и высыпал все его содержимое на стол.

– Вполне. – Девица выложила к моим монетам мечи и потянулась за стаканчиком с костями.

Надо ли говорить, что спустя некоторое время я передвинул мечи к себе и вновь сгреб в кучу оставшиеся в неприкосновенности монеты?

Вот только все оказалось не так просто.

– Эй! Погоди! А отыграться? – завопила мне в лицо проигравшаяся девица.

– К сожалению, у меня совершенно нет времени. – Я сунул кошель во внутренний карман и встал из-за стола.

Наемники зашумели, но вмешиваться не стали. Тут все просто: решил человек из игры выйти – его дело.

– Я бы на твоем месте не спешил. – Раздавшийся за спиной тихий голос ножом разрезал висевший в кабаке гул, и у меня екнуло сердце.

– Почему бы это? – развернулся я.

– Невежливо не дать даме шанс отыграться. – Подбрасывавший в руке надкушенное яблоко светловолосый жилистый парень на фоне кряжистых наемников казался подростком, но чувствовавшаяся в его голосе сила ясно дала понять, что послать парнишку подальше будет очень большой ошибкой.

– Опаздывать на деловую встречу еще более невежливо, – старательно скрывая усмешку, ответил я и по реакции наемников понял, что большинство из них если и не на моей стороне, то уж в драку точно не полезет.

– Ну тогда, быть может, вы заглянете сюда позже? А мечи в знак доброй воли оставите до своего возвращения? – попытался загнать меня в угол командир «Черных смерчей».

– К сожалению, не могу знать заранее, чем закончится встреча и буду ли я в состоянии продолжить игру, – покачал головой я. – И, что самое печальное, мечи крайне необходимы мне при предстоящем разговоре.

– А разве вам не говорили, что эти мечи – мой подарок? – прищурившись, едва ли не прошипел Черныш.

– Я говорила, Джимми!.. Но он… – запричитала девушка и осеклась, поймав полный бешенства взгляд кавалера.

– И что это меняет? – поняв, что миром решить дело не получится, усмехнулся я и обнажил клинки.

Стоявшие вокруг наемники сразу же подались назад, освобождая пространство для схватки, но когда Джимми и трое сопровождавших его головорезов только схватились за мечи, весьма своевременно появившийся Бернард щелкнул по стоявшему на столе подсвечнику. В момент растянувшееся до потолка пламя свечи спрыгнуло с фитиля на пол и, став почти неразличимым, изогнулось в расплывчатый силуэт огненного демона.

– Повеселились и хватит, – безмятежно заявил тайнознатец, и побледневшие наемники мигом попрятали оружие.

Черныш хотел что-то сказать, но только заскрипел зубами и, схватив свою непутевую подругу за руку, поволок ее к выходу из кабака.

– Вас проводить до казармы? – убрав мечи в ножны, поинтересовался у Бернарда я.

– Именно об этом я и хотел попросить, – сухо улыбнулся в ответ тот. – Олаф и Габриель уже ждут на улице.

– И где вас черти носили, сучьи дети? – не то чтобы спокойно, но без особого раздражения в голосе поинтересовался капрал Линцтрог, когда мы переступили порог казармы.

– Мастеру Бернарду город показывали, – глазом не моргнув, соврал Шутник.

На наше счастье, мы из самоволки вернулись не последними, и медленно сатанеющий капрал остался караулить кого-то из особо отличившихся пехотинцев. Судя по неподвижно замершим у дверей Джонатану и Артуру, которые и почесаться лишний раз боялись, счастливчика ожидала полная неожиданностей ночь. Неожиданностей, надо полагать, не самых приятных, а скорее даже наоборот.

– Я одного понять не могу, – плюхнулся на кровать Шутник, когда мы поднялись в нашу комнату. – Как ты на глазах у всех сжульничать умудрился?

– Я?! – Удивление мне удалось на славу, но Габриеля провести не удалось.

– Ну не я же!

– Да с чего ты взял?

– Не могло тебе так повезти, просто не могло.

– Тем не менее – повезло.

Я повесил пехотный меч на вбитый в стену крюк и принялся внимательно осматривать нежданно-негаданно возвращенные клинки. Новых зазубрин не появилось, да и ухаживали за ними, похоже, не худшим образом. Но кое-что подправить все же придется.

– О чем это вы? – поинтересовался развалившийся на слишком короткой для него кровати Арчи.

– А, ерунда, – обернулся к нему Габриель. – Ты где пропадал?

– Дела были, – флегматично заявил здоровяк и широко зевнул.

– Да что ты говоришь?! – завопил Габриель и метнул в него сапог. Попасть не попал, но Арчи все же нашарил сапог и швырнул его обратно.

– Зараза! – выругался едва избежавший удара каблуком в лоб Шутник и, растянувшись на кровати, с головой накрылся плащом.

– Кейн, можно тебя? – позвал меня один из волонтеров.

Как его, Вилли?

– Чего надо? – раздраженно рявкнул на парня я и отложил в сторону точильный брусок.

– Да тут такое дело, – нерешительно замялся он. – Мы тут с мужиками чертов корень попробовать решили, скинулись…

– И что? Давай короче.

– Да как-то он не цепляет. Вообще.

– Вы его как употребили – дым вдыхали или пыль нюхали?

– Дым вдыхали.

– Дай посмотреть, что осталось, – тяжело вздохнув, попросил я.

Парень осторожно вытащил из-под куртки мешочек, сшитый из пропитанной чем-то ткани, и протянул мне.