Огненный шторм - Дмитрий Янковский

– Тогда полетим на модуле к этому поселению, возьмем пленных и допросим. Дальше будем действовать по обстоятельствам. Главная задача – найти и захватить склад ядерных бомб. Затем капитан Володаров посадит корабль на планету. Мы перегрузим бомбы на судно, поднимемся и с орбиты разнесем планету. Потом улетаем. Всем быть предельно внимательными, мне не нужны потери. Миша, постоянно будь на связи, возможно, нам придется отступать прямо из пекла.

– А что делать мне? – раздался шутливый вопрос Шишкиной.

– А вы, Анна, – я улыбнулся, – приготовьте что-нибудь вкусненькое к нашему возвращению.

– Так точно, товарищ маршал! – подражая военному тону, ответила девушка.

18:53:45

Удивительно, до чего похожи друг на друга планеты вроде Земли! Даже период оборота у них сходен. Сейчас, когда по земному времени вечер, на этой планете начинался закат. Мы спускались в корабле, пилотируемом Горюновым. Это был маленький двенадцатиместный модуль, больше напоминавший президентский челнок.

– Какой красивый закат, – будто прочитав мои мысли, сказала Тигренок.

– Да, очень, – подтвердила Игнатьева. – Представляете, когда измученные длительным перелетом эти люди увидели тут закат… – Игнатьева замерла, судя по всему пораженная новой мыслью. – А представляете, как долго они сюда летели?

– По моим расчетам, двести шестнадцать лет с небольшим, – сказал Белкин. – При средней скорости в двести пятьдесят километров в секунду.

– Двести шестнадцать лет, – эхом повторила Тигренок. – А ведь бессмертия тогда не было. Те, кто улетел с Земли, умерли почти в начале полета.

– Это не самое страшное, – сказала Игнатьева. – Представь тех, кто родился и умер в полете. Они не видели за свою жизнь ничего, кроме этого корабля.

– Да, это ужасно. Только далекие потомки тех, кто был на Земле, прилетели на эту планету.

– Минимум шесть поколений, максимум – одиннадцать, – вновь подал голос Белкин. Похоже, что разговоры о такого рода вещах не трогали его. – Но мне кажется, что наиболее вероятно от семи до девяти поколений.

– Но ведь прошло более тысячи трехсот лет, – Игнатьева повернулась ко мне. – Вы уверены, что они по-прежнему наши противники? Столько времени, столько новых впечатлений.

– Сомневаюсь, – сказал я. – Иначе они уже давно начали бы искать Землю или хотя бы подали сигнал о своем существовании. Наша Служба Поиска Планет наверняка засекла бы их: Но они не хотят, чтобы их обнаружили.

– Почему?

– Понимаешь ли, Катя, – я впервые назвал девушку по имени, – американцы по менталитету – это не русские, не украинцы и не белорусы. Возьми, к примеру, Берсерка. Он родился и всю жизнь прожил на далекой от Федерации планете. Но для него существуют ценности, важные и для нас, – верность, честь, отвага. Потому что У всех народов СВСН, да и не только, имеется внутренняя культура. То, что поддерживает человека независимо от того – живет он в Федерации или совсем один на заброшенной станции. У американцев этой культуры нет и никогда не было. Вся их цивилизация материальна. То есть достаточно разрушить их социальное устройство, государственность, отнять символику, и американец перестанет быть таковым. Поэтому они поддерживают устройство таким, каким оно было тысячу лет назад. Иначе их ждет коллапс от внутреннего вакуума. От пустоты в душах.

– Глубокомысленно, – изрек Белкин.

– Приготовиться к посадке, – сказал Горюнов. – Мы находимся на высоте сто метров, ближайшее здание расположено в трех километрах на юго-запад.

Пилот начал снижение. В иллюминаторе были видны серые приземистые строения, сгрудившиеся невдалеке. Каких-то серьезных оборонительных сооружений я не замечал.

– Подъем! – Я встал со своего места и прошел в хвост модуля, к люку.

Челнок мягко опустился на грунт, люк открылся. Раздалось шипение воздуха. Он выходил из модуля, значит, на планете давление было меньше земного.

Шагнув сквозь проем, я оказался на ковре мягкой травы. Впереди расстилалась такая же зеленая равнина до самого горизонта. Сейчас она еще не погрузилась в сумерки, и необходимости в «ПНВ» не было. Взяв на изготовку «Аллигатор», я обошел модуль и присел на колено в точке, откуда были видны ближайшие строения. Вскоре остальные бойцы встали рядом со мной.

– Мне остаться у модуля или идти с вами? – спросил Горюнов.

– Ну, ты же не сторожем корабля с нами летел. Конечно, идти. На твоих модулях есть какая-нибудь защита? – спросил я Белкина.

– А как же. Модуль с помощью камер запоминает всех, находящихся рядом, а потом не подпускает к себе никого, кроме этих людей. Снимается эта защита паролем.

– А какой пароль ставить? – задал вопрос Горюнов.

– Поставь… – я задумчиво посмотрел на Игнатьеву, – поставь пароль «Катюша».

– Понял, – улыбнулся парень и скрылся в модуле.

Через несколько секунд мы уже шагали по направлению в зданиям. Наше вооружение состояло из образцов взятых из арсенала корабля. Только Берсерк вооружился своими классическими автоматами. У остальных было по «Аллигатору» с четырьмя батареями, «ЛПМ» с двумя батареями, шесть гранат и нож. Из оборудования – «поводырь», аптечка, «ПНВ» и электронный бинокль. Помимо этого, у меня, Игнатьевой и Белкина были противотанковые реактивные гранатометы «РПГ-367». Берсерк и Тигренок несли ракетницы «АТ-40», у Литовченко был переносной зенитно-ракетный комплекс «Шпага»-5МО. Горюнов имел помимо лазерной винтовки еще и крупнокалиберную снайперскую винтовку «ТСВ-800». Таким образом, мы были готовы встретиться с любым противником.

Легким бегом мы за двадцать минут почти преодолели три километра до зданий. До ближайшего строения оставалось не более двухсот метров, когда из него в нас открыли огонь. Мы залегли. Я хорошо знал звук оружия, из которого по нам стреляли. Пулемет «М60».

– Ребята, это неплохой шанс взять пленного! – крикнул я спутникам. – Как только побегу, прикройте меня из винтовок, но не попадите в стрелка.

– Понял, – ответил Горюнов.

Я снял с плеча гранатомет, откинул сошки и установил его для стрельбы лежа. Вставив пятизарядный магазин с зажигательными ракетами, нажал на гашетку. Граната, наполненная зажигательной жидкостью с очень высокой температурой горения, полетела к цели. Как только она врезалась в стену, пламя охватило фасад дома и полностью скрыло меня от стрелка. Я подхватил винтовку и, вскочив с травы, побежал вперед. На преодоление двухсот метров до строения мне понадобилось не более двадцати секунд. Я прислонился спиной к стене и осторожно выглянул. Все чисто. Тогда я аккуратно приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

И тут же дверь с силой распахнулась, едва не сбив меня с ног. На пороге стоял стрелок с «М60». Он уже наводил на меня оружие. Я рванулся вперед, вскидывая винтовку. Сокрушающий удар прикладом пришелся прямо в грудь противнику. Его отбросило назад, пулемет выпал из рук и с грохотом упал на землю. Но боец устоял на ногах. Я даже удивился скорости, с которой он пришел в себя.