Гибель Богов - 2. Книга 2. Удерживая небо - Ник Перумов

Стражники переглянулись.

— Слово великого Одина — закон для нас, — наконец произнёс старший. Изукрашенные парадные алебарды разошлись, открывая дорогу. — Пусть он не гневается на простых воинов Альвланда. Однако, если так сложится, молю великого преклонить слух ко просьбам правящих сей страной.

— Если сложится… — милостиво кивнул Один. Слейпнир с вызовом заржал, ему ответил конь Райны — увы, самый простой, о четырёх ногах и без грана магии в оных.

Стражники расступились. Высыпавшие на парапет дозорных башен лучники дружно салютовали путникам. Белооперенные стрелы взмыли высоко в небо, вспыхивая, казалось, под самыми облаками многоцветными огненными букетами.

— Что они хотели, отец? — осторожно спросила Райна, когда пограничные башни остались позади, и тщательно вымощенная зеленовато-голубым искусственным камнем дорога приблизилась к тёмной арке туннеля. — Какая битва? Кто с кем сражается? Какие ученики? Какие быкоглавцы?

— Армия бога Хедина, Познавшего Тьму. А быкоглавцы… несчастные глупцы, подъятые на войну нашими врагами.

— Какими? — жадно выпалила Райна.

Отец Дружин пожал могучими плечами.

— Теми же самыми, что подстроили всю эвиальскую западню, где мы с тобой, дочь моя, и встретились. Дальние Силы Упорядоченного.

Глаза Райны сузились, валькирия явно вспоминала прошлые битвы.

— Бывало, мы переведывались, — медленно проговорила она. — Я помню, отец.

Старых Хрофт кивнул.

— Они явились незваными, но тогда мы устояли. Уверенные в себе, мы гордо ждали часа Рагнаради, так и не случившегося. Хаген, последний настоящий ученик Хедина Познавшего Тьму, носил меч, специально выкованный на погибель подобному врагу. И всё же, пока стоял Асгард, дочь моя, всерьёз нам с ними воевать не пришлось. Пришельцев удалось отбросить, а всерьёз они стали укрепляться в Хьёрварде и других мирах уже много позже Боргильдовой битвы. Так или иначе, сам Хедин поначалу считал их просто стражами Равновесия, ещё более рьяными, чем сами Новые Боги.

— А на самом деле?

— Никто не знает, — вновь пожал плечами Старый Хрофт. — Мы бились с ними насмерть, побеждали, но никогда не могли взять верх полностью и окончательно. У них множество форм и обличий, и какое истинно — опять же тайна. Если слуги Дальних явились с оружной силой к самым границам Альвланда, ничего удивительного, что поднялась тревога.

— Но надо, наверное, тогда спешить на помощь?

— Нет нужды, Рангрид. Армия Хедина не знает поражений. Их невозможно победить.

— Как так? — поразилась валькирия.

— Мощь бога Хедина велика, — проворчал Старый Хрофт. — Когда-то я считал сильным себя и других асов. Молот Тора… эх, да что говорить. Потом могучими представлялись Молодые Боги. Боргильдово поле… способно любого научить скромности. Но боги Хедин и Ракот совершенно, совсем иные. Познавший Тьму собирает лучших бойцов Упорядоченного, обучает их магическим искусствам, так что один способен сражаться с сотней, а двое — с тысячью. Они ещё ни разу не были побеждены. Ни разу, Рангрид.

— Непобедимых армий не бывает, отец, — осторожно сказала воительница. — Ты поведал мне о Ночной Империи Хедина, Познавшего Тьму, как она была повержена во прах…

— Он с тех пор очень многому научился, — нахмурил брови Отец Дружин. — Его полки теперь немногочисленны, но каждый воин, как я уже сказал, стоит целого множества.

— Разве не таковы были наши эйнхерии?

Один покачал головой.

— Нет, дочь моя. Воины Хедина стоят куда выше. Он отбирает магов, природных чародеев, сам обучает их высокому искусству, они сражаются как единое целое, и каждый знает свой маневр: иные отражают вражьи заклятия, иные плетут свои собственные, третьи прикрывают первых и вторых, четвёртые — способные летать — обрушиваются на врага сверху…

— Мы тоже могли летать, — проворчала Райна.

— Вас было всего тринадцать, — вздохнул Старый Хрофт. — И из-за каждой из вас у меня случалось… непонимание с Фригг.

Райна едва заметно улыбнулась.

— Но, великий отец, благодаря этому мы все были живы.

Старый Хрофт тоже улыбнулся в ответ.

— А теперь их никого нет. Ни сестёр, ни ревнивой Фригг. — Валькирия глядела в землю.

Отец Дружин не ответил.

Их кони вступили в тоннель, свет померк было, но по стенам тотчас засветились висящие словно в воздухе кристаллы.

— Хвастуны, — буркнул Старый Хрофт.