Магия госбезопасности - Ярослав Коваль

Впервые за все время своей чародейской практики она поняла, что такое «тяжелый труд» в плане магии – расслабиться или хотя бы чуть ослабить напор нельзя было ни на минуту, ни на секунду. Стоило ей хоть чуток сконцентрироваться на каком-то конкретном уголке будущего замка, другие немедленно начинали рассыпаться. А ведь еще предстояло заняться соединением отдельных камней между собой, и на это тоже требовалась толика внимания. Ей стало страшно.

– Возьми себя в руки, – шептал Варлок. Впервые в его голосе не осталось ни единого намека на ту сладострастную плотоядность, которая так характерно отличала манеру его разговора и вообще взаимодействия с окружающими, так пугала каждого, кто впервые начинал с ним диалог. Чародею было не до излюбленной маски. – Сконцентрируйся. Начинай… Если трудно, положи руку на валун, почувствуй его структуру, станет проще.

Кайндел сумела взять себя в руки и изгнать мерзкий привкус страха, который сбивал ее и кружил голову. Какой-то частью своего сознания она понимала, что держится лишь благодаря поддержке своего наставника, однако, даже ощущая эту поддержку, не собиралась расслабляться. Постепенно ей удалось перестроить свое внимание, и, высвободив какую-то его часть, взяться за другую половину своего плана. Угловатые очертания отдельных булыжников поплыли, будто девушка строила не из щебня, а из ледяных обломков, и стали сплавляться в единое целое, будто кусочки металла в слиток.

Стены медленно росли ввысь, и вскоре уже стали различимы идеально ровные куртины, круглые барбаканы, угловые башни, нависающие над пространством под стеной, и контрфорсы. Когда дело пошло, девушка приободрилась и куда увереннее взялась за формирование ворот, бойниц, очертаний каменных галерей, зубцов стены и мерлонов[2]между амбразурами. Оживившиеся «дозорные» подкатили по проложенной временно ветке железной дороги еще несколько вагонов со щебнем, и их содержимое тоже пошло в дело.

– Ты забываешь гнезда под балки оставлять, – подсказал Варлок, у которого руки дрожали от напряжения.

– Ой, да, – вспомнила девушка и поспешила исправить оплошность.

И когда над землей вознеслась и обросла машикулями[3]каменная галерея донжона, она вздохнула с облегчением и опустила руки.

– Я уж решила, что камня не хватит, – выговорила она с удовлетворением.

Варлок, не обращая внимания на ее слова, выдохнул и опустился прямо на землю, с трудом утер лицо.

– Это же что-то с чем-то, – пробормотал он.

Таким усталым Кайндел его еще не видела. Только сейчас она начинала понимать, какой ценой достигнуто успешное завершение магической системы, обратившейся замком. И осознала, что ей одной этот труд был бы не по плечу.

Или, по крайней мере, потребовал бы чрезвычайно много времени и усилий. Гораздо больше, чем полдня.

– Если ты каждый раз будешь настолько глобально вмешиваться, я так ничему и не научусь, – сказала она. – Может, теперь позволишь мне самой?

– Да с удовольствием. Давай трудись, – Варлок взглянул на одного из оэсэновцев, куривших у машин, и тот поспешно приволок ему бутылку воды. – Если что, я подстрахую.

На этот раз она взялась за дело в одиночестве, но и задача оказалась намного проще предыдущей. Аккуратно сложенные штабелями бревна, уже обтесанные под предполагаемые балочные гнезда, вспархивали в воздух с легкостью птичьих перышек, воспаряли над стенами. А потом аккуратно опускались туда, где их подхватывали мастера, уже успевшие притащить в новенький замок заранее сколоченные козлы – долго ли, если есть возможность похалявить в куда более трудном деле?! Не каждая балка должным образом входила в пазы, но их прямо там обтесывали и опускали на место. Девушка же тем временем подняла в воздух заготовки под строительные леса, без которых нечего было и думать возвести крыши у башен и тем более донжона.

Замок постепенно обретал традиционный вид.

– Надеюсь, выходы в подземелья я не завалила ненароком? – громко спросила Кайндел, заметив, что к ней направляется сам Скорпион.

– Нет, там все в порядке. С балками тоже все в ажуре, спасибо, – озабоченно ответил глава Дозоров. – И с лестницами. Единственное – не могли бы вы завтра поднять на крыши башен шифер? Чтобы мои мастера сразу же его прикрутили на место?

– Разумеется. А ваши ребята успеют до завтра с балками?

– Куда они денутся? Ночь поработают – все успеют. Им же хуже, если не успеют, самим придется поднимать.

– Еще такой вопрос. – Она, завершив работу, чувствовала удивительный душевный подъем. Ничего удивительного, прилив энергии на время вызвал у нее второе, а заодно третье и четвертое дыхание разом. Конечно, умом девушка понимала, что лучше бы поберечься, но удержаться от соблазна не могла. – Ров-то рыть будете?

– Конечно. Обязательно. Весной подгоним экскаватор и без всякой магии…

– А где он пройдет? И на каком расстоянии? – И, выслушав пояснения, закивала. – Угу… Понятно… Слушай, – обратилась курсантка к Варлоку. – Вынь мне хризопразы, а…

– Это еще зачем?

– Так… Есть одна мыслишка…

– Слушай, ты того… не перетруждайся. Это может весьма печально закончиться.

– Я помню. Я осторожна. – Приняла в ладони поданные ей камни, но один, помяв в пальцах, брезгливо отшвырнула. – Это не хризопраз, это стекло.

– Я нашего специалиста пущу на материал для магических экспериментов, если и дальше будет так лажать, – усмехнулся чародей. Он явно приходил в себя, улыбка у него получилась «фирменная», вампирская.

– Между прочим, выпускники Вейовии очень хорошо разбираются в минералах и свойствах трав, – произнес Скорпион. – Они и нам помогали, и, видимо, теперь будут помогать вам. За толику энергии из Михайловского средоточия их директор очень многое может уступить вам…

– Да, мы в курсе, – согласился Варлок, щурясь от солнца. Теперь, когда напряжение отпустило его, он, казалось, принялся наверстывать упущенное, так что прищур получился опасным. – Как я понял, этот самый директор уже плясал чечетку и перед Одином, и перед Роннаном. Уверен, мы столкуемся. Интересные у них, у этих «школьников» разработки.

– Да? – равнодушно переспросила Кайндел, сосредотачиваясь.

Под ее пальцами округлый хризопраз повлажнел, потом мигом высох и рассыпался пылью. Зато, раздвигая покров из побуревших листьев, веточек, старой травы и хвои, к небу потянулось сразу несколько ростков. Это были разные деревья – и ели, и осинки, и березки, и даже пара дубков, аккуратных, словно декоративные бонсаи. Правда, они недолго оставались маленькими, и уже через какие-то полчаса, развернув веточки во все стороны, под изумленными взглядами оэсэновцев и «дозорных» близ замка вытянулась целая цепочка молодых деревьев.