Куратор Истории - Юрий Иванович

– Смотря когда нагрянешь. Может, успеем чего-нибудь вкусненького сготовить.

Хотелось его поразить, указав срок в минуту и пошутив, что умею телепортироваться, но я решил вначале осмотреться в квартире Софийки. При возможности подслушать соседей через знакомую мне щель. Мало ли что. Как говорится, бережёного Бог бережёт.

Поэтому обозначил несколько более растяжимый период:

– Минут через двадцать-тридцать зайду. А то и раньше… если никто не помешает.

– Заходи. У нас всё спокойно.

Утверждал он это безмятежно. Явно не врал. Лишний довод в пользу того, что засады на меня нет. Но я всё равно не отказался от идеи побывать в квартире своей пассии.

Там всё было спокойно, чинно, без изменений. Зато я не удержался и солидно так похулиганил. Собрал в холодильнике всё съестное, что можно было употребить холодным, набрал внушительный графин воды и со всем этим разместился на высокой стремянке под самым потолком в гостиной. Зачем непродуктивно тратить время, если можно совместить сразу два полезных дела? Так что я не только подслушивал, но и поспешно откармливал свою невероятно истощённую тушку.

И не переживал, что наверху интенсивно для меня готовят угощения. С недавними ранениями, повышенной регенерацией, бегом с интенсивными сражениями и превращениями следовало срочно восстанавливать силы. Я теперь сутки могу от пиршественного стола не отходить. Давно заметил, что при восстановлении резервов ускоренный метаболизм ох как помогает.

Ел и внимательно прислушивался к доносящимся сверху голосам:

– Ну и что мы за двадцать минут приготовим? – искренне сокрушался Магистр, напоминая мне своими интонациями хлопочущую вокруг стола хозяйку. – Консервы разогревать – моветон…

– Да ладно тебе метаться, – успокаивал его академик. – Нормальный он парень, можно утверждать, наш проверенный собутыльник… Забыл, как он может виски хлестать?

– А ты забыл, насколько он интеллигентно себя за столом ведёт? Чувствуется порода и воспитание… Так что надо самое лучшее открыть и поставить. Шевелись, старый сморчок! Ползаешь, как каракатица!

Голоса удалились в кухню, стали неразборчивыми. Но я уже успокоился окончательно. Если они так играют, зная о подслушивании мною, то лучших актёров я не встречал. Но из дальнейших подслушанных фаз я понял, что не всё так лучезарно в наших отношениях. И если учёным будет это выгодно, сдадут меня за милую душу. Слова до меня донеслись следующие:

– …конечно, жаль. Я тоже предпочитал бы о визите Вампира узнать не с его звонка, а просто считав информацию с экрана прибора.

– Но допустим, станем работать в предоставленной нам новой лаборатории. Ты сумеешь при этом создать устройство слежения за тиниглом. А есть уверенность, что само устройство не будет обнаружено нашим работодателем?

– Уверенность есть, – вещал Лажа менторским тоном, – но никак не стопроцентная.

– Ага! И тебе на это плевать?

– Естественно! Ну обнаружит Вампир, что мы можем за ним следить, и что? Сделаем ему второе устройство, такое же, и вся недолга. Ну и не факт, что все такие же умные, как я. Вон Шенски так и не догадывался о предназначении большинства имеющихся в лаборатории устройств. И ничего. Не обиделся. Даже в нынешнем положении сотрудничать пытается.

– Странное сотрудничество, – сомневался Магистр. – Такую инфу нам слил, что мне до сих пор не верится. То ли сам чего-то сильно боится, то ли нас хочет каким-то образом подставить. Слишком уж перчёное блюдо может получиться.

– Вот мы и посмотрим, что Вампир станет делать, когда мы с ним информацией этой поделимся. А уж если он подтвердит своё желание построить для нас лабораторию, то нам придётся ему и в прежних грешках признаться. Лояльность и доверие должны быть между нами стопроцентные.

В ответ его приятель что-то промычал утвердительное, вновь поспешив на кухню. Зато я понял, что помимо намеченных вскоре признаний некая важная информация поступила со стороны их нынешнего шефа, от Галиара Шенского. И касается она меня – непосредственно. Какая именно? Тоже скоро узнаю.

Как и возьму обязательно учёных «на пушку», потребовав сделать то самое устройство слежения за подаренными мне часиками (тинигл), с помощью которых я отслеживаю теперь вокруг себя все взрывоопасные предметы. Ещё и разыграю это требование так, словно давно знаю о подобном девайсе.

Не прошло и четверти часа, как я приговорил все принесённые продукты и выпил воду. Да и самое главное сумел подслушать. Так что пора и честь знать: идти отъедаться за чужим столом. Здесь я, правда, тоже не свои продукты подъел, но чего уж там, как-нибудь с Софи сочтёмся.

Покинул стремянку, выглянул на улицу. Там уже почти окончили устранять последствия катастрофы. Всё железо вывезли, начали замывать почерневший, залитый маслом и пеной асфальт.

«Надо же, какое совпадение! – удивлялся я мысленно. – Оказывается, на меня никто не покушался, просто так наслоились чьи-то печальные предназначения. А уж как угонщикам-то не повезло!.. Или это мне предупреждение? Мол, не воруй чужого, а то и тебя грузовик переедет? Упаси господь! Постараюсь так больше не хватать чужое добро…»

Но сам понимал бессмысленность подобного обещания. Когда пытаешься выжить, не до праведного бытия.

Пока поднимался по лестнице этажом выше, убедившись, что никого поблизости нет, сменил ипостась. И уже в облике Вампира коротким звонком оповестил соседей о своём приходе. С минуту мне не открывали, пыхтели за дверью, присматривались и наверняка пользовались тиниглом. Потом впустивший меня Лажа сразу же ворчливо поинтересовался:

– Чего это ты такой бледный да изрядно похудевший? Сложно узнать, настолько изменился. Перепил вчера? Или уже сегодня чрезмерно набегался?

– Бабы заездили, – несколько грубо соврал я. – От них – все беды!

Стоящий в засаде Магистр не выдержал и заржал:

– Смешно смотрится: этакий дохляк-малолетка рассуждает о своём сороковом разводе. Хе-хе! – После чего сам ушёл в гостиную и меня увлёк приглашающим жестом: – Заждались. Пока готовили, сами слюной истекли. Ну и у нас это… всё по-простому, не ресторан всё-таки.

Идущий сзади меня академик тоже хихикнул:

– Это он так на комплимент напрашивается. За полчаса ни одна хозяйка лучше стол не накроет. И всё-таки… – он перешёл на отеческий тон, словно родного внучка опекал. – Отчего такой некондиционный вид? Ты со страшной раной на ноге и то лучше выглядел.

– Лишь бы не хуже! – Всё равно мне не хотелось раскрывать тему сегодняшних событий по делу Кауфта. А вот глаза мои в самом деле разбегались от обилия наставленных на стол деликатесов, поэтому я решил начать с тех, что ближе. Ну и напомнил, перед тем как набить рот: – Это не я сюда отчитываться прибыл, а вы что-то интересное поведать собрались. Слушаю!

Пока я это говорил, Магистр, не спрашивая моего согласия, разлил солидными дозами виски по бокалам, пробормотал «За отпуск!», не дожидаясь нас, выпил, крякнул и набросился на закуску так, словно это у него последний раз в жизни.