Родиться надо богиней - Юлия Фирсанова

— Да! — радостно ответил ребенок. — Спасибо! Ты самая лучшая! — Мальчик нежно поцеловал Элию в щеку.

— Тебе постелют в соседней комнате, малыш. А чтобы ты ничего не боялся, Диад будет охранять тебя и прогонит все плохие сны. Согласен, солнышко мое?

— Спасибо! — еще раз повторил Лейм и довольно вздохнул.

Принцесса подхватила его на руки и, бросив Элегору:

— Подожди, я скоро! — исчезла на пятнадцать минут.

Вернувшись, она вновь села в кресло и сказала:

— Ну вот, с маленькими домашними проблемами покончено. Выпить хочешь?

Герцог молча кивнул, все еще пребывая в прострации. Элия подошла к бару, достала пузатую темную бутылку и наполнила бокал на два пальца какой-то сине-зеленой жидкостью. Юноша одним махом опорожнил бокал и судорожно вздохнул. Это был самый грандиозный вздох за всю его жизнь, зато в голове, где после пребывания на краю гибели стоял туман, ощутимо просветлело. Принцесса удовлетворенно улыбнулась, признавая, что лекарство оказало именно такое действие, какое нужно.

— Что это было? — выдохнул герцог, внимательно изучая несколько капель, задержавшихся на дне.

— Настойка «Тысяча травок». Рик подарил. Он ее в каком-то горном монастыре Тар-Шалиона раздобыл. Очень редкая штука. Монахи ею из верующих злых духов изгоняют. Не знаю уж, как насчет изгнания духов, но мозги она хорошо прочищает.

— На духов небось тоже действует, — с почтением покачал головой Элегор.

Выросший в винодельческом центре Лоуленда, а значит, и многих миров — великом Лиене, он научился ценить по достоинству не только виноградные вина, но и другие уникальные напитки. При всей своей бесшабашности юноша разбирался в спиртном не хуже бога виноделия.

— Теперь то, о чем я хотела поговорить с тобой… — начала было богиня, но, заметив, что собеседник все еще испытывает некоторое замешательство, спросила: — Что ты смотришь такими сумасшедшими глазами? У меня что, рога выросли или крылья?

— Это был твой сын? — брякнул герцог, не в силах бороться с обуревавшим его любопытством.

Глаза принцессы недоуменно расширились.

— И как ты думаешь, от кого? — ехидно поинтересовалась она.

— От Нрэна, — выдал самое очевидное, но смущавшее его объяснение юноша, передернув плечами. То, что воитель интересуется своей кузиной, было очевидно, но Элегор не заметил, чтобы интерес этот был обоюдным.

Элия беспомощно рухнула в кресло, и ее скрутил жестокий приступ смеха. Минут через пять, вдоволь нахохотавшись, богиня удивленно спросила:

— И что же дало повод для такой уникальной идеи?

— Как что? Поведение мальчика, — оторопело сообщил Элегор.

— Насколько я помню, ребенок не называл меня мамой.

— Мало ли, — автоматически ответил юноша, чувствуя себя законченным идиотом: он наконец вспомнил о существовании младшего брата Нрэна — Лейма. Лучше поздно, чем никогда! — Это был твой брат, — удрученно констатировал герцог, злясь на то, что опять сел в лужу.

— Смотри-ка, сообразил. Значит, в этой черепушке есть что-то, кроме одной извилины, отвечающей за инстинкт размножения и хамство. Или это продолжается благое действие «Тысячи травок»? — все еще веселилась принцесса.

На острых скулах Элегора выступили алые пятна, и он резко сбил тему:

— Так о чем ты хотела поговорить?

— О тебе, о выявлении божественной сути и твоих способностях к магии, которые при всем потенциальном богатстве никогда не разовьются как следует без инициации Сил, — пояснила Элия.

— Я слушаю, — перебил ее герцог, нетерпеливо подталкивая вредную ведьму к сути вопроса.

— Источник наотрез отказался принять тебя? — уточнила богиня.

— Да, все четыре раза, — обиженно вздохнул юноша, не понимая, что за корысть Источнику гонять его от себя.

— Такое бы упорство да в мирных целях! — Элия невольно посочувствовала Силам, не пожелавшим взвалить на себя ответственность за грядущие деяния герцога Элегора, и вкрадчиво предложила: — В таком случае, возможно, следует поискать покровительства в другом месте. Я могу тебе кое-что предложить, если, конечно, ты расположен меня слушать, а не рассыпать перлы оскорблений.

— Расположен, — отозвался заинтригованный герцог.

— Ты когда-нибудь слышал о Межуровнье?

— Конечно! И все — изумительно ужасное! — Серебряные глаза Элегора азартно разгорелись, он напружинился так, словно готов был сию секунду ринуться в это самое Межуровнье, только дорогу покажи.

— А что конкретно тебе известно об этом месте? — продолжала расспросы Элия.

— То, что о нем никто ничего не знает, кроме того, что это прослойка между мирами, что и следует из названия, и что там очень опасно. А ты?

— Маловато, — сдержанно призналась богиня, глядя куда-то в глубь себя.

— Сам схожу — узнаю побольше! — самоуверенно заявил юноша, надеясь хоть в чем-то обойти принцессу. Элегора бесила снисходительная манера поведения девушки, обращавшейся с ним так, словно он был несмышленым младенцем.

— И как же вы, великий герцог, безусловно владеющий всеми магическими силами Вселенной, что ускользнуло от моего скромного внимания, собираетесь туда попасть?

— Найду способ, — отрезал Элегор, абсолютно убежденный, что действительно это сделает, если по-настоящему припечет. Влезать куда хочется он уже научился, проблемы возникали на следующих этапах осуществления задуманного, тогда, когда нужно было вылезать.

— Уверенность в себе — замечательное чувство, особенно если имеет под собой твердую основу! — согласилась принцесса, и герцог почувствовал, что над ним опять посмеиваются. — Слушай, мальчик. Несмотря на то что Межуровнье служит прослойкой между Уровнями, оно составляет единое бесконечно огромное целое. Умея находить путь и ориентироваться, а торных дорог, проложенных раз и навсегда, в этом изменчивом месте нет, через Межуровнье можно попасть в любой мир на любом Уровне. Это уникальное свойство прослойки. Если на нижние Уровни мы можем спуститься и так, пользуясь Законом Желания или просто путешествуя по мирам, то верхние доступны лишь через Бездны Межуровнья. Но место это действительно весьма и весьма опасное.

— В этом-то вся и прелесть, — встрял юноша.

— Кому как, но глупые мальчишки, прущие на рожон, становятся обедом для демонов. В безопасности там себя не чувствует даже самый сильный бог, каким бы опытным воином и магом он ни был. Заклинания теряют силу в Межуровнье, зато там в изобилии витают потерянные души, водятся Кровавый Туман, Темный Ужас, Пожиратели Душ, даже Силы Смерти, чудовища и злобная нечисть всех мастей, изгнанные с Уровней ценой великих усилий. Межуровнье — родина злобных демонов: арады, смарзы, дагорты, шивены, всех не перечислишь. Я уж не говорю о самом Драконе Бездны, Повелителе Путей и Перекрестков — Повелителе Межуровнья и его Приближенных. Веселая там жизнь, правда, милый?