Королевская кровь. Скрытое пламя - Ирина Котова

– Ну и пусть, – прерывисто дыша, ответила Василина, – пусть. Я королева, мне все можно. А твоя, – она задрала ему футболку, лизнула грудь, царапнула зубами кожу, – твоя прямая обязанность… – Он сжал ее еще крепче, взял за подбородок и жадно, головокружительно поцеловал. – А-а-ах, Мариан… так вот… – Строгая юбка поползла вверх, обнажая стройные ноги в чулках и скромное белье. – …Обязанность…

– Ты слишком болтлива, моя королева, – грубовато сказал он, поворачивая ее к себе спиной. – Обопрись, милая. Вот так, василек, расставь ножки… Как ты хороша, Василина, как же ты хороша…

Он уже тяжело дышал сзади, покрывая поцелуями ее ягодицы, прикусывая и сминая их, лаская бедра широкими крепкими ладонями, и она задрожала, опустила голову, прогнулась.

Да, вот так, Мариан, именно так. Как же я люблю тебя.

Не сдержала стона, когда он вошел в нее, и он замер, легко гладя ее по спине, слушая ее дыхание. И начал движение, мощно и без всякой осторожности, сразу бросая ее в водоворот сладкой и нужной любви, такой ошеломляющей, что она закусила кулак, чтобы не кричать. И все равно кричала, глухо и страстно, и билась в наслаждении, и чувствовала его крепкое тело, и жесткие руки на бедрах, и неумолимое движение, и слушала его тяжелые, приглушенные порыкивания, как лучшую музыку в мире.

То, что мне было нужно, Мариан.

Знаю, моя королева.

Когда они вышли, занятия уже закончились, и на плацу никого не было. И хорошо, потому что каждый, кто увидел бы их затянутые любовной поволокой глаза, тут же бы все понял.

Хотя, наверное, и так все догадались.

Ну и пусть. Зато она успокоилась.

– Я согласилась дать бал на мой день рождения, – сказала Василина мужу все еще хрипловатым голосом, когда они подошли к семейному крылу дворца.

– Хорошо, – легко откликнулся он, открывая и придерживая дверь в покои, – тебе нужно будет немного развеяться. И отдохнуть.

– Да, – со вздохом согласилась королева, – вроде недавно вернулись от Талии, а будто и не было этой поездки. Тяжко мне, Мариан.

– Ты со всем справишься, – уверенно произнес муж, снимая футболку. – Раздевайся, Василина. Пойдем в душ. Мне нужно после тренировки и… наших упражнений. Побудь со мной.

Она успела подумать об оставленных отчетах, да и в теле еще чувствовалась сладкая дрожь от пережитого острого удовольствия. Хотелось лечь, вытянуться, потягиваясь и выгибаясь, как кошка. Но Мариан привлек ее к себе, запустил пальцы в копну кудрявых волос, тихонько сжал, заставив откинуть голову. Прикоснулся губами к щеке, постоял немного так, щекоча ее бородой, вздохнул тяжело. Отпустил и начал раздевать. Глаза его блестели, ноздри раздувались, и он улыбался. И она улыбнулась в ответ, позволив расстегнуть блузку, снять белье. Подождут эти бумаги.

После, когда он вынес ее, ослабевшую и окончательно успокоившуюся, из душевой, сам вытер, одел – потому что сил не осталось вообще, – укрыл одеялом и ушел, Василина лежала и лениво гладила подушку рядом. Мысли были тягучие, легкие. Она вспоминала все случившееся с момента коронации и, наверное, впервые не чувствовала себя так, будто ее нахождение на троне – чудовищная ошибка. Она справится, не может не справиться. Научилась же она управляться с силой – пусть неуверенно, но принцип поняла, а дальше – дело тренировки.

Мысли плавно перетекли на одну из бесед с Иппоталией. Королева позвала Василину на массаж, и они лежали рядом, пока массажистки разминали их тела, поливали горячей водой, терпко пахнущей травами, снова мяли, обливали ледяной, потом опять горячей. Серенитка, правда, настаивала на массажистах, но Мариан один раз сказал «нет», и она почему-то не стала упорствовать.

– Объясни мне, – блаженно прикрыв глаза, спросила Василина, – про эти ваши нейтрализаторы и стабилизаторы. Для меня это загадка, а ты обещала рассказать.

– Да-а-а, – простонала царица, когда массажистка перешла к пояснице. – Ох, спина моя, спина. Ну ты понимаешь. После родов я постоянно разогнуться не могла, до сих пор вот страдаю.

– Нейтрализатор, – напомнила молодая королева, послушно переворачиваясь на спину и закрывая глаза – в очередной раз ее облили горячей водой, и в воздухе еще некоторое время стоял пар. Массажистки, тела которых блестели от пота, трудились и словно не слышали их.

– Никак не можешь отдохнуть? – укоризненно проворчала Иппоталия, отфыркиваясь от воды. – Расскажу я, не переживай. Тем более что тебе знать необходимо и пользоваться уметь.

Ты знаешь, что мы могли бы жить очень долго, если бы не держали землю? Сила уходит туда, в почву, в воздух, поэтому и жизнь наша так же коротка, как и жизнь обычных людей. Хотя резерв наш почти в тысячу раз больше, чем у магов.

Василина удивленно посмотрела на нее, и царица вздохнула.

– Бедные мои девочки, всё растеряли, а все дед ваш, тоже бедный. Он неплохой был мужик, Константин, но никак со своим огнем справиться не мог, вот и пил по-черному. И умер, когда матери твоей было пятнадцать. Ничего передать не успел, да и не пытался, честно говоря. То веселился, то тосковал, баб греб под себя, как кот; удивительно, что у него одна Ирина родилась. Супруга его ушла в мир иной вскоре после родов, да и не женился никак после. Неприкаянный он был какой-то, метался постоянно.

Василина историю своей семьи прекрасно знала, но терпеливо слушала, не перебивая старшую.

– Все дело в нашей крови, в божественной ее части. Боги, да простят они меня, как мифы наши говорят, что-то напортачили на заре времен, так, что земля взбунтовалась. И к людям относились высокомерно, помыкали как могли. Вот творец и рассердился и наказал мир менять лишь руками людей. И только в особых случаях могут они напрямую вмешиваться – и то после этого несут наказание.

– Это какое? – Василина не представляла, чем можно наказать бога.

– Да кто же знает? – отмахнулась Талия, поднимая руку, чтобы массажистка промяла бока. – Об этом не говорится. То ли сила уходит, то ли обязаны жизнь прожить в человеческом теле. Много домыслов, а правду и не знаем. Но не об этом речь. Творец, значит, рассердился и велел воплотиться в людей, и прожить жизнь с людьми, чтобы понять их, и дать продолжение своей крови в человеческом теле. Вот ваш Красный жил на территории Рудлога под именем Иоанн, жил с человеческой женщиной, и от него пошел ваш род. И он сделал вашу землю стабильной, потому что спокойно тогда было только в долинах между горами.

– И тело его захоронено в кургане на фамильном кладбище, – тихо сказала Василина, у которой от этих разговоров мурашки бежали по телу, несмотря на горячую воду и сильные руки массажисток.

– Да, да. Пахарь воплотился в Бермонте, который тогда почти весь был покрыт ледником. А он заставил лед отступить, вырастил лес, и до сих пор Бермонты сдерживают холод на всем континенте, не дают вернуться вечной зиме. Но там вообще история таинственная, потому что, по слухам, он овладел своей женой в обличье медведя, поэтому аристократия там и сами Бермонты – оборотни-берманы. И наш милейший Демьян – тоже. И твой Мариан, кстати. Суровый он у тебя. Как терпишь?