Смертельный контакт - Андрей Ливадный

— Смотрим, — Пурга включил миниатюрный, встроенный в систему скафандра проектор, и во тьме возникла миниатюрная трехмерная модель астероида. — Считаем взрыв.

— А что считать? Вот тут точно снесет ворота, пойдет удар декомпрессии, сработает система защиты, видишь, на схеме обозначена глухая плита, полностью перекрывающая вакуум-док?

— Ну. Дальше?

— После тарана ворот взрыв самого корабля произойдет в замкнутом, загерметизированном аварийной переборкой пространстве. Помещения складов и ангаров быстро наполняться газовой смесью продуктов горения. Вот тут, согласно данным, расположены емкости с компонентами реактивного топлива. Утечка из них произойдет наверняка, задержка взрыва — три-пять минут. Ударная волна пройдет вот по этим тоннелям, — световое стило обозначило вероятную зону поражения, уходящую вглубь астероида на полтора километра.

— Ты уверен во взрыве емкостей?

— Уверен, — ответил Барс, погасив голограмму. — Я видел подобные танки на станциях «Н-болг».

— И?

— Отсканировал толщину стенок, так на всякий случай. Мало ли понадобилось бы? — Барс коротким включением фонаря обозначил перекресток тоннелей, и направление, куда следовало двигаться, чтобы избежать катастрофических последствий взрыва. — Три-пять минут требуются для смешения компонентов топлива в достаточном объеме и пропорции. Затем неизбежно произойдет самовозгорание смеси.

— Пятерка по взрывотехнике, наверное, была?

— Ага. И по разведывательно-диверсионной работе тоже. Я вообще учился прилежно…

* * *

Андрею не спаслось. Что-то тревожило в душу. Рассудок так же протестовал против сна, — не шел из головы образ женщины, мельком увиденный в тоннельном переходе.

Почему ее лицо показалось мне знакомым?

Ответ на мысленный вопрос пришел внезапно: сеть микромашин, приняв многократно повторяемый мысленный образ за алгоритм поиска, начала его, достав необходимые данные из глубин подсознания капитана Логинова.

Он даже ничего не почувствовал, просто внезапно вспомнился последний разговор с генералом Юрановым:

— Задача перед твоей группой стоит нелегкая. Вот, — Николай Арсеньевич положил на стол перед Андреем несколько обыкновенных фотографических снимков. — Запомни имена и лица. Мужчины — командиры сменных экипажей «Первопроходца».

Логинов кивнул.

— А женщина?

— Лада Дмитриевна Колвина, офицер военно-космических сил России.

Память у Андрея была отменная.

— Та самая Колвина, что принимала участие в операции на Ганимеде? Она в экипаже «Первопроходца»?!

— Да. И хочу, чтобы ты знал: я лично зачислял ее в экипаж. Действовать твоя группа будет в полном отрыве от цивилизации. Может возникнуть ситуация, когда тебе трудно будет принять решение, не с кем посоветоваться. Рекомендую, — он коснулся фотографии. — Ей ты можешь доверять, как мне.

…

Андрея будто обдало жаром.

Воспоминание оказалось столь четким, явственным, что у него не возникло и тени сомнения — в тоннельном переходе он видел именно ее — Ладу Колвину!..

На миг помутился рассудок, потом пришло сонмище противоречивых, раздирающих разум мыслей.

Она тут? Что это значит? «Первопроходец» в руках Эшрангов?!

— Эрг!

Он бросился к противоположной стене камеры, растолкал дремавшего Умра, заставив того от неожиданности вздыбиться и зашипеть.

— Эрг мы должны действовать немедленно!

Взаимный обмен данным между двумя микромашинными сетями произошел спонтанно и мгновенно, Логинов еще тряс Эрга, когда тот неожиданно спросил:

Ты с ума сошел из-за своей самки?

Логинов не стал ничего объяснять. Пусть думает, что пожелает.

Метнувшись к дверям камеры, он отчаянно замолотил в них.

Со стороны могло показаться, что Логинов действительно обезумел, но на самом деле с момента своего рокового пленения он еще ни разу не действовал столь уверенно, как сейчас.

— Я хочу видеть Ролга! Мне необходимо срочно поговорить с ним!

Очевидно охранникам, дежурившим в тюремном блоке, потребовалось несколько минут, чтобы связаться по инстанции, затем подле камеры раздались вкрадчивые шаги, с головой выдававшие Хонди, замок двери открылся, и из коридора раздался предупреждающий окрик, из-за жуткого акцента больше похожий на хрип:

— Отойти к дальней стене камеры. Умр, шевельнешься — убью. Хомо, выходи медленно. Ролг согласился тебя принять.

Андрей обернулся, взглядом дав знать Эргу — действуем.

Нужно отдать должное, — тот не стал более задавать вопросов.

— Выхожу.

Голос Логинова уже звучал ровно. Дыхание успокоилось, хотя внутри он ощущал себя абсолютно иначе: организм как сжатая пружина, вставшая на боевой взвод, был готов к моментальному физическому действию, мышление вдруг стало кристально — ясным, словно именно сейчас наступил тот самый миг, ради которого была прожита целая жизнь.

Не ради убийства, но ради свободы.

Он шагнул вперед, оказавшись в тесном узком коридоре.

Слева метрах в трех от дверей камеры стояли двое Хонди, направив на него лазерные излучатели, слева, выстроившись в шахматном порядке в небольшом расширении коридора, выстроилась группа из пяти сервомеханизмов.

Присутствие последних оказалось для Андрея полнейшей неожиданностью.

Нужно было срочно решать, что делать, потому что Эрг уже изготовился к прыжку, Логинов чувствовал его напряжение, и…

Эрг осторожно, слева сервы. Бери на себя Хонди. Я займусь механизмами.

Логинов сделал шаг влево по коридору, что собственно и ожидали от него конвоиры. Сервы не шелохнулись, а Хонди двинулись следом, по ходу намереваясь закрыть дверь камеры.

Два метра… Полтора…Сервы очень продуманные, эргономичные, — корпуса сферические, системы вооружений встроенные, сенсоры по всей площади, манипуляторов восемь, — им незачем разворачиваться, чтобы начать движение, все у них под контролем и под прицелом, одна недоработка — сканирование при посредничестве микромашинных комплексов четко определило — броня у них тонкая, рассчитанная на отражение ударов энергетического оружия.

Дверь камеры открывалась наружу, налево.

Андрей, столкнувшись с неожиданным противником, за доли секунды просчитал его слабые места и свои шансы, успев мысленно передать Эргу:

Не высовывайся.

Молниеносным прыжком он ушел назад, в полете оттолкнувшись от стены, успев прикрыть себя дверью, одновременно перевернувшись в воздухе и двумя ногами проломив хитин на груди обоих конвоиров-Хонди.

Сервы отреагировали огнем на поражение, но массивная дверь лишь нагрелась от попаданий лазерных разрядов.