Лед твоих объятий - Делия Росси

Он двинулся вперед, напряженно прислушиваясь к похвальбе Артани, раздающейся в Эгейских песках.

– Ты слабак, Кимли! Жалкий неудачник, не способный довести начатое до конца! – вещал Семиус.

– На себя посмотри – с иронией изрек его магический двойник, оставшийся в пустыне. – Сколько веков прошло, а ты так ничего и не добился!

– Замолчи! Кто ты такой, чтобы меня судить? – взвизгнул старик, а он продолжал осторожно продвигаться по коридору, незаметно подбираясь к пристанищу мага. – Скоро вы все узнаете, кто такой Семиус Артани!

– Боюсь, это произойдет быстрее, чем ты думаешь, – спокойно сказал он, распахивая узкую железную дверь. – Альтерго!

– Ах ты мерзкий ублюдок! – выкрикнул вскочивший со скамьи маг. – Арсалто!

Пещеру заволокло туманом, но он сумел увидеть метнувшуюся тень и бросил заклинание уничтожения:

– Ласартаино!

В ответ раздался громкий стон и яростные ругательства, а потом в него полетели огненные стрелы.

Он укрепил щит.

– Беркаим! – выкрикнул Артани, укрываясь за каменным выступом.

Потоки силы отразились от стен, и он почувствовал, как закручивается вокруг него магическая ловушка.

– Асаго!

Пространство пещеры озарилось белым огнем, громыхнуло молнией, засверкало отблесками льда. Кольца ловушки мгновенно разошлись, и он снова бросил в едва заметную тень заклятие уничтожения.

– Леторус! – прокаркал Семиус заклинание переноса, исчезая в завертевшейся воронке.

– Перетро!

Он успел накинуть сеть, отслеживающую перемещения, и вслед за врагом оказался в заснеженных горах Вардифа. Огромная горная цепь, отделяющая Хронос от всего остального мира, встретила его порывистым ветром и морозом. Внутренний лед тут же отозвался на родственную стихию, и он усмехнулся. Зря Артани связался с чуждой ему силой.

– Тебе не уйти, старик! – крикнул он, закидывая ледяной аркан.

Снежный буран подхватил его слова и понес их по горам, вызывая зловещее эхо.

– Глупец! Ты никогда не сможешь меня победить! Твоих жалких сил не хватит даже на то, чтобы отследить мои пути, – расхохотался Семиус.

Резкий шум заставил его поднять глаза. Мощная лавина неслась по склону, набирая скорость и силу.

– Перементо!

Он вскинул руку, останавливая движение снежного шторма, и повернул его вспять, заставляя лавину обрушиться на темного мага. Прежняя сила, которую он почти не использовал в новой жизни, пробудилась внутри и ласково заструилась по венам. Он почувствовал, как развернулись за спиной ледяные крылья, как покрылось морозным узором лицо, как ощетинились острыми шипами пальцы.

– Не тебе сражаться со мной силой льда, Артани! – громко крикнул он, и эхо разнесло его голос далеко по окрестностям. – Ты никогда не овладеешь тем, что не принадлежит тебе по праву рождения.

– Да? А что ты скажешь на это?

Горы содрогнулись, и из их недр вырвалась огненная лава. Она неслась на него, испепеляя растущие на склоне вековые деревья, в мгновение ока уничтожая все вокруг и с каждым пройденным рье набирая силу.

– Лэстрато! – грозно выкрикнул он, останавливая раскаленный поток.

Огонь замер.

– Ларони!

Лава покрылась ледяной коркой и застыла безобразными серыми подтеками. И в тот же миг он почувствовал открывшийся портал. Артани снова собирался сбежать.

– Стой, трус! – крикнул он, бросаясь следом.

Как же ему хотелось уничтожить Семиуса! Если Арт с Ричардом на месте, они уже должны были справиться с умертвием Терроса, а значит, Артани неоткуда больше черпать силы. Осталось только добить ненавистного старикашку!

Портал схлопнулся, оставляя его в раскаленных песках Эгейской пустыни, но песчаная буря, гудящая вокруг, не позволяла увидеть злобного мага.

– Где ты, мерзкий ублюдок? Выходи и сразись, как подобает мужчине!

Он пытался уловить вибрации темной сущности, но Артани затаился.

Он одно за другим посылал заклинания поиска, но все было напрасно.

И тут на песок легла большая тень. Он поднял глаза и криво усмехнулся. Прямо над ним парил огромный крылатый монстр.

– Что? Ты по-прежнему хочешь со мной сразиться? – прорычало чудовище.

– Надо сказать, новый облик тебе к лицу, – усмехнулся он и запустил в изменившегося мага ледяные стрелы.

– Слабак! – выдохнул Артани, и из его пасти вырвался огонь. – Что, не нравится? – видя, как он уклоняется от пламени, расхохотался маг. – А вот так?

Новая волна огня хлынула из огромной пасти, и ему с трудом удалось остановить этот поток. Похоже, Артани использовал силу Терроса, а это значит, что Арт пока не добрался до умертвия.

Он скрипнул зубами. Нужно было тянуть время, чтобы дать возможность брату расправиться с восставшим создателем Хроноса.

– Иди сюда, птичка, – поманил он монстра.

Ответом ему стала мощная струя огня. Крылья обожгло жарким дыханием, и он с трудом сдержал стон. Тонкий прозрачный лед начал таять, причиняя невыносимую боль.

– И это все, что ты можешь? – превозмогая неприятные ощущения, рассмеялся он. – Натянул личину какого-то птенца и думаешь, что я в ужасе сдамся?

Разъяренный Семиус тут же кинулся на него, но он увернулся, и огромные когти с неприятным скрежетом прошлись по песку, оставляя глубокие борозды. Еще один рывок – и темный маг зацепил его ногу, обжигая раскаленным прикосновением.

– Нравится, слабак? – прогрохотал монстр.

Горячая лава поползла по ране, сжигая кожу, плавя обрывки одежды, жадно облизывая обнажающиеся кости.

Боль была невыносимой, но он собрался, из последних сил поднял руки и направил на монстра снежный буран.

Минуты бежали одна за другой, а он все не опускал ладони, не позволяя Артани сбежать. Тело монстра леденело, страшная морда покрылась коркой и стала трескаться и рассыпаться на части, чешуйчатый хвост забился в конвульсиях, а он все не сбавлял напора, добивая ослабевшего врага.

Прошло еще какое-то время, и из пасти чудовища вырвался предсмертный хрип.

Монстр дернул хвостом, попытался встать и рухнул, рассыпавшись ледяными осколками, а на песке осталось лежать бездыханное тело Артани.

– «Снежная смерть» еще никогда меня не подводила, – усмехнулся он и, с трудом переставляя ноги, подошел к поверженному врагу.

– Вот и все.

Он сорвал с груди Семиуса знак силы и распрямился, вглядываясь в обезображенное лицо темного мага. Душу захлестывала радость. Он справился. Сумел. Все закончилось.

Он устало вздохнул и провел рукой по лбу. Можно возвращаться домой, к Ребекке. При мысли о жене на губах сама собой появилась улыбка. Бекки… Как же он хотел ее увидеть, прижаться к теплому телу, отогреть оледеневшую душу…