Не выходите замуж на спор - Александра Лисина

Это не ненависть… но и не любовь.

Не страх… но и не симпатия.

Быть может, благодарность? А еще – уважение. Восхищение. Преклонение перед твоей силой и сожаление от того, что эта сила столь несгибаема и непримирима.

Я не знаю, что я чувствую к тебе, Княже. Но мне, как бы странно это ни звучало, временами не хватает твоего присутствия. Например, как сейчас, когда ночной ветер уже ощутимо холодит спину, но рядом нет никого, кто мог бы меня согреть и, властно притянув к себе, уверенно сказать: «Ты – моя, Ри. Вместе со всеми проблемами и недостатками».

Наверное, это все ночь виновата и крепленое вино, которого я явно перебрала. Но, глядя в темноту убегающей вдаль улицы, мне почему-то хочется увидеть там твой страшноватый силуэт. Знать, что ты не забыл меня, Княже. И верить, что ты ищешь меня не только для того, чтобы убить. Верить, что в твоей душе остался хотя бы крохотный огонек признательности за все мои старания. И такой же крохотный, пусть и недолговечный, комочек истинного Света, которым я с тобой однажды поделилась.

– Скучаешь, Хель? – Меня по плечу хлопнула мощная лапища оборотня, а следом где-то неподалеку застрекотали крылышки фея.

– Что загрустила, подруга? – Шмуль, снизившись по совершенно невероятной траектории, на удивление точно приземлился на мое плечо и пьяно ухмыльнулся. – Неужто мы так тебе надоели, что ты ушла тосковать на крыльцо?

Я одним щелчком скинула его с плеча и, вовремя ухватив за крыло, решительно ссадила на перила.

– С вами не соскучишься! Особенно с некоторыми.

– Тогда почему ты здесь? – Бесшумно выступившая из темноты Улька внимательно посмотрела на мое бесстрастное лицо, больше похожее на маску. А Васька, спрятав от посторонних глаз огромные медвежьи когти, незаметно ткнул открывшего рот Зыряна, чтобы тот не вздумал отвечать на не ему заданный вопрос.

Я как можно беззаботнее пожала плечами.

– Да вот, задумалась, на что мы можем потратить целый месяц каникул.

– И на что же… ик!.. – опасно пошатнулся Шмуль, едва не кувырнувшись на землю.

– Только не на пьянство! – возмущенно заявил Мартин, появившись рядом прямо из воздуха и вовремя поддержав друга за рукав. – Ты, когда выпьешь, становишься буйным, а мне надоело вытаскивать твою задницу из неприятностей!

Фей широко улыбнулся и полез обниматься с ангелом.

– Да ладно тебе, зануда… меня же ни разу не засекли!

– Если засекут, поздно будет, – проворчал Васька, наградив фея легким подзатыльником. – Жаба слов на ветер на бросает, если обещала, что отправит нас в Преисподнюю, значит, так и будет.

– А я… ик… ничего не боюсь! Даже в Преисподней! Мне с моим проклятием море по колено! И вообще, я… О-о-о! – У фея вдруг округлились глаза, а из разинутого рта вырвалось какое-то невнятное мычание. – Да это же… ну-у-у…

– Шмуль, ты чего? – тут же забеспокоилась Улька и принялась шарить по карманам в поисках отрезвляющего зелья собственного изготовления. Зелье было совсем новым и потому неопробованным, так что Шмуль находился всего в шаге от опасного эксперимента. – Погоди, сейчас я тебе помогу.

– Не надо! – моментально протрезвел и даже, кажется, позеленел фей. После чего ловко вывернулся из рук Мартина, торопливо взлетел, пока Улька не успела всунуть ему в зубы пробирку с подозрительным составом. После чего опасливо спрятался у меня за спиной и уже оттуда гордо сообщил:

– А я вспомнил имя демоницы, которая прокляла наш род!

Я удивленно застыла, Зырян озадаченно крякнул, Улька от неожиданности выронила свое зелье, которое, к счастью, Мартин успел подхватить, а Васька с сомнением наморщил нос.

– Врешь ты все! Имя проклятийника самопроизвольно стирается из памяти жертвы, пока не закончится действие проклятия.

– А я все равно вспомнил! – упрямо повторил Шмуль, мудро не высовываясь наружу. – Это было в книге написано. В той, артефактной, которая по нам Тьмой шарахнула. А звали эту демоницу Шармиэль Арей Нар Шота! Вот! И пусть Улька подтвердит, что я ни капельки не вру!

– Не врет, – немедленно подтвердила баньши, лучше всех знакомая с темными заклинаниями.

Оборотень недоверчиво хмыкнул, а я непроизвольно сжала кулаки. Так-так-так, маменька… Оказывается, ты и тут успела наследить? Нет, я, конечно, знала, что ты по молодости лет здорово покуролесила, но чтобы умудриться проклясть целую расу…

– Теперь мы можем ее призвать? – с надеждой посмотрел на меня Шмуль, дергая за рукав. – Хеля, мы ведь сумеем, да?

Мои губы растянулись в недоброй усмешке.

– Конечно. И намного быстрее, чем ты думаешь. Для этого даже трех лет ждать не придется.

– Ур-р-ра!

– Какое «ура»? У меня еще ингредиентов нужных для круга нет, – проворчала баньши, когда фей, издав радостный вопль, сиреневой стрелой взмыл в небо. – Трав редких, крови, заклинаний…

– Ничего, – медленно проговорила я, с предвкушением потирая кулаки. – Какие заклинания использовать, я тебе подскажу. Крови тоже будет в достатке. А что касается трав, то у нас есть целый месяц, чтобы вырастить все необходимое. Как вы относитесь к тому, чтобы навестить Личиану уже сегодня?

На лице Васьки появилось озорное выражение, Мартин с любопытством уставился на невероятные кульбиты осчастливленного фея, баньши принялась озабоченно загибать пальцы, заранее подсчитывая, чего и сколько ей понадобится для ритуала, а оракул, ненадолго расфокусировав взгляд, степенно кивнул.

– Мы с тобой, Хель. Не сомневайся: без нас ты в Преисподней больше не появишься.