Гражданская кампания - Лоис МакМастер Буджолд

– М-м-м… Скажем так: я сообщаю ему то, что ему надо знать. Ришар очень гордится, что ему удалось внедрить меня в лагерь Доно.

– А он знает, что ты получил приказ лорда-хранителя, помешавший ему завладеть особняком Форратьеров?

– Нет. Тут мне удалось остаться за сценой.

Айвен потер виски, прикидывая, которому из своих кузенов Байерли действительно лжет. Беседа с этим малым всегда доводила его до головной боли.

– Продолжай. И давай быстрее.

– Присутствующие обменялись стандартным набором гадостей по поводу сумм, которые предлагается затратить на починку комаррского солнечного отражателя. Типа «пусть комаррцы сами это оплачивают».

– А они и оплатят. Этим дятлам неизвестно что ли, какой доход мы получаем с налогов на комаррский торговый оборот?

– Ты меня удивляешь, Айвен! Я и не подозревал, что ты уделяешь внимание подобным вещам.

– Не уделяю, – поспешно заверил Айвен. – Это и так каждый дурак знает.

– Дискуссия о комаррском инциденте снова вернула нас к нашему любимому лорду Аудитору, и дорогуша Алекс сподвигнулся поделиться личными переживаниями. Похоже, прекрасная вдова Форсуассон отвергла его предложение. И это после таких усилий и затрат с его стороны! Ну, гонорары свахе и все такое.

– О! – просиял Айвен. – Молодчина вдовушка!

Она отказывает всем. И домашняя катастрофа Майлза произошла, по всей вероятности, вовсе не из-за меня. Да!

– Сигур Форбреттен выдал версию событий, произошедших на приеме Майлза, и дал очень живенькое описание бегства госпожи Форсуассон в разгар ужина после скандального предложения руки и сердца. – Бай склонил голову набок. – Что это на него нашло? Я всегда полагал, что Майлзу не занимать сладкоречия.

– Паника, – ответил Айвен. – Мне так кажется. Я сидел на другом конце стола. – Он мрачно кивнул. – Такое может случиться с лучшими из нас. – И нахмурился: – А откуда, черт подери, об этом прознал Сигур? Я уж точно никому ничего не говорил. Лорд Доно протрепался?

– Доно протрепался только мне. Но, Айвен, на приеме присутствовали девятнадцать человек! Плюс оруженосцы и слуги. Историю пересказывают по всему городу, и каждый новый вариант все более драматичен.

Это Айвен вполне мог себе представить. А еще – как все это доходит до ушей Майлза, и из них – ушей – валит дым. Он сморщился, будто сжевал лимон.

– Майлз… Майлз будет готов к смертоубийству.

– Забавно, что ты это сказал. – Бай отхлебнул кофе и бесстрастно поглядел на Айвена. – Расследование Майлза на Комарре, смерть администратора Форсуассона в разгар этого расследования, последовавшее предложение Майлза его вдове и ее демонстративный – по версии Сигура, хотя Доно утверждает, что она вела себя весьма достойно, – отказ; плюс пять консервативных политиков-форов, давным-давно имеющих зуб на Эйрела Форкосигана, а также несколько бутылок превосходного вина округа Формонкрифов – все это породило Теорию. Которая у меня на глазах развилась в полноценную Клевету. Это было просто поразительно!

– Еж твою клеш! – выдохнул Айвен.

Бай остро глянул на него:

– Ты все понял? Бог ты мой, Айвен, какая глубина мысли! Значит, ты можешь себе вообразить разговор. А я его слушал. Алекс бухтел насчет проклятого мутантишки, осмелившегося ухаживать за фор-леди. Формюир заметил, что муж чертовски удачно погиб при каком-то – якобы несчастном – случае в разгар проводимого Форкосиганом расследования. Сигур возразил, что никаких обвинений не выдвигалось, а граф Борис посмотрел на него, как на жалкого идиотика, пробормотав: «Кто бы сомневался, Форкосиганы тридцать лет вертят Имперской безопасностью как хотят. Единственный вопрос – был ли сговор между Форкосиганом и женой?» Алекс бросился на защиту своей возлюбленной – этот малый совершенно не понимает намеков, – провозгласив, что она ни в чем не виновата и ни о чем не подозревала, пока Форкосиган не сделал ей свое грубое предложение. И то, что она так стремительно убежала, – это Доказательство! Доказательство!.. (Вообще-то он повторил это трижды, но к тому времени он был крепко пьян.) Итак, это – доказательство, что она осознала, что Майлз хитроумно убрал с пути ее возлюбленного супруга, дабы очистить путь себе, а уж она-то знает наверняка, она ведь была на Комарре. И он, Алекс, готов биться об заклад, что теперь-то она пересмотрит свое отношение к его, Алекса, предложению! Поскольку Алекс – дурак известный, старших товарищей его аргументы не слишком убедили, но они снизошли к тому, чтобы ради фамильной солидарности усомниться в виновности вдовы. И так далее.

– Бог ты мой, Бай! А ты не мог их остановить?

– Попытался внести немного здравого смысла, используя мои ограниченные возможности и не раскрывая, как изволите выражаться вы, вояки, моей легенды. Но они уже слишком далеко зашли в своем творчестве.

– Если они выдвинут против Майлза обвинение в убийстве, он ими всеми полы подметет. Гарантирую, что такой выходки он не спустит!

– Конечно, Борис Формонкриф с радостью выдвинул бы такое обвинение против сына Эйрела Форкосигана, – пожал плечами Байерли, – но для этого (на что я им и указал) у них нет достаточных доказательств, и вряд ли они их получат. Нет. Обвинение можно отбить. Против обвинения можно защищаться. А ложное обвинение влечет за собой судебный иск. Никакого обвинения не будет. Но намек, – продолжил Бай, – шепоток, шуточка, черный анекдот… кто может поймать или остановить такое? Это все равно что сражаться с туманом.

– Так, значит, по-твоему, консерваторы начнут кампанию дискредитации, используя этот домысел? – медленно проговорил Айвен.

– По-моему… Если лорд Аудитор Форкосиган намерен хоть как-то контролировать возможный ущерб, ему срочно следует мобилизовать все ресурсы. Нынче утром пять злых языков еще отдыхают. Но к вечеру они снова начнут шлепать. Я не намерен предлагать какую-либо стратегию милорду Аудитору. Он уже большой мальчик. Но в порядке… э-э-э… скажем, любезности я даю ему преимущество в виде предварительных разведданных. А что он будет с этим делать – его трудности.

– Разве это не по части Имперской безопасности?

– А, Имперская безопасность! – отмахнулся Байерли. – Уверен, что они возьмут дело под контроль. Но есть ли тут что-то для СБ, а? Ветер, Айвен. Ветер.

«Оно под грифом „перед прочтением сжечь“, и я не шучу», – сказал тогда Майлз с пугающей убежденностью.

Айвен осторожно пожал плечами:

– Откуда мне знать?

Улыбочка Байерли не изменилась, но в глазах появилась издевка.

– Действительно – откуда?

Айвен посмотрел на часы. Вот черт!

– Мне пора на службу, не то мать на меня всех собак спустит.

– Да, леди Элис, безусловно, уже во дворце и поджидает тебя. – Байерли встал. – Не думаю, что у тебя достаточно на нее влияния, чтобы она прислала мне приглашение на свадьбу?