Ола и Отто. Столица - Александра Руда

— И это значит… — напряглась я.

— Что все некроманты, которые прибыли в столицу на некрозоо, теперь у нас. На всякий случай.

— И Ирга?

— Как только вышел из Дома Исцеления, — подтвердил Григорий.

Я села на кровати, подтянув колени к груди и обхватив ноги руками.

— Но Ирга не мог… Он же снял с меня это проклятие!

— И именно поэтому он главный подозреваемый. Потому что обычный некромант это заклятие не смог бы сломать. Извини.

Я закрыла глаза.

С одной стороны, Ирга снял с меня проклятие, но с другой — вполне мог его сделать, не спрашивая, кому оно предназначается. А что мой бывший муж хорошо знаком с запрещенной магией, я уже знала. Как и то, что у него бывают подозрительные заказчики.

— А почему Беф должен убить тебя за пропущенный заговор? — спросил Отто. — Ты же не можешь знать все.

— Я типа в начальники тут пробиваюсь, — уныло ответил Березовский. — Мне нужно все знать или хотя бы догадываться. Вчера напали не только на дом заместителя головы, но и на самого голову столицы. Только более успешно. Теперь ня Монтер — голова столицы.

Однако в данный момент меня это совершенно не интересовало.

— А что будет с арестованными некромантами?

— Не волнуйся, они содержатся в хороших условиях и расследование будет максимально беспристрастным.

— Да, конечно, вы уже главного подозреваемого назначили!

— Ола, послушай меня. Нам не нужен назначенный преступник. Необходимо найти некроманта, который балуется черной магией.

— Черная магия след оставляет, — сказала я. — Он очень хорошо чувствуется.

— Ты думаешь, мы этого не знаем? Однако кто знает, когда он составлял проклятие. Приглашенный эксперт…

Я покачала головой.

— Григорий, спроси Иргу. Он сможет определить след давней черной магии, он с этим плотно сталкивался летом, когда сидел в застенках сам знаешь кого.

— Ола…

— Григорий! Я знаю Иргу не первый год. Он не будет связываться с черной магией просто потому, что это никак не соответствует его жизненным целям. Ему нужна карьера, а не быстрые деньги.

Березовский устало потер лицо.

— Ты не понимаешь, о чем просишь.

— Хорошо. Тогда найди любого мага, который реально сталкивался с черной некромантией. Не ваших столичных экспертов, которые знают о ней по книгам, а тех, кто практикует в провинции. Или тех, кто вместе с Иргой сидел в лесной королевской резиденции. Поверь мне, это будет полезно для расследования!

Григорий нетерпеливо вздохнул.

— Ола правду говорит, — заметил Отто. — Ты же после выпуска сразу в столицу перевелся, а мы бывали в глухой провинции. Там много такого, с чем вы не сталкивались.

— Ола, секретная служба приглашает для консультации лучших экспертов!

— Экспертов, экспертов… Которые проворонили создание лунной нежити! А у нас есть практический опыт. Голову столицы убили, несмотря на то что на его доме стояла максимально возможная защита? — спросила я.

— Да, — ответил Березовский. Он вдруг прищурился и стал похож на гончую, взявшую след.

— А меня не убили. Я была без единого артефакта, но осталась жива. Знаешь почему? Потому что после того, как мной закусили зомби, я стала вплетать в щит защиту и от черной магии в том числе. На всякий случай. Да, Ирга снял с меня проклятие, но щит сделал главное — позволил мне продержаться до прихода помощи.

— Ты очень сильный маг, Ола.

— Да нет же! — воскликнула я. — Мне никогда не сравняться со столичными архимагами! Но я знаю то, на что они уже не обращают внимания. Григорий, летом эти архимаги меня чуть не убили, когда снимали проклятие Ёшки. Опыт — вот что сейчас главное!

— Ола, ты считаешь, что в столице нет опытных в черной магии специалистов? После истории с лунной нежитью мы сделали выводы и маги прошли обучение.

— Ага, Ирга тоже проходил ваше обучение зимой, помню-помню.

— Да, эту программу составляли лучшие эксперты.

— А ты проходил эту программу?

— Я же не некромант.

— А теперь послушай меня! Я видела, чем занимался Ирга во время вашего обучения. Тонны теории, он сидел над домашними заданиями часами. И минимум практики. Минимум! Если ты считаешь, что сохранение в товарном виде мертвой руки — это практика, то я тебя вынуждена разочаровать. Этой мертвой рукой только драться удобно, я лично проверяла.

Отто хрюкнул, а Григорий закатил глаза к потолку.

— Ола, я видел эту программу! Там не только мертвые руки были. Но ведь мы не могли позволить некромантам официально заниматься черной магией!

Я вскочила на ноги и закричала, нависая над агентом секретной службы:

— Вот оно! Эти все официальные запреты: мы не можем допустить, мы не можем разрешить! Григорий, вы в столице оторваны от жизни! У нас в провинции каждый разрешает сам себе то, что хочет, и ему никто помешать не может. Небесные Силы! Даже я, когда была студенткой, связалась с черной магией. И именно Ирга меня вытащил. В глухих городках маг вообще может творить все, что угодно, и ему не нужно проходить аттестацию и прочую официально одобренную чепуху. В Чистяково Университет и Магическое управление хоть как-то следят за магами, а когда мы были на практике в Гнедино, то могли делать, что хотели, и никто бы об этом не узнал!

— Я все понял, — сказал Григорий. — Пожалуйста, Ола, успокойся. Я действительно думал, что региональные университеты и управления контролируют весь регион.

— Они даже студентов толком проконтролировать не могут, а в Управлении недостаточно работников, их на всех не хватает. — Я тяжело дышала, пытаясь взять себя в руки. Сколько людей погибло от лунной нежити, пока столица раскачивалась и писала официальные инструкции!

Березовский поднялся:

— Я займусь этим. Да, Беф не зря тебя ценит.

Я пожала плечами:

— Учись, пока я жива.

Григорий хмыкнул и ушел.

Я уткнулась лицом в колени.

— Это не Ирга, — сказал Отто. — Он сейчас об одном думает — как тебя вернуть, не стал бы он связываться с черной магией, ты же ее стазу почуешь.

— А если он сделал это заклинание еще до того, как приехал в столицу?

— Нет. Дома ему отец за это по голове бы настучал.

— Верно! — воодушевилась я, прекратила страдать и принялась копаться в сумке, разбирая свои артефакты. Магией мне строго-настрого запретили заниматься, поэтому оставалось полагаться только на изрядно оскудевший запас инструментальной защиты.

— Завтра домой едем, — сказал полугном. — Кажется, столица уже дала нам все, что могла, и даже больше.