Тень ушедшего - Джеймс Айлингтон

Он поморщился, вспомнив об этом.

Вирр не сводил с него взгляда.

– Ты его убил?

Элрик удивленно моргнул, слабо улыбнулся.

– Судьбы, нет! – он хмыкнул, и улыбка его погасла. – Я отрубил ему правую кисть. От самоуверенности оступился, и клинок прошел по запястью.

Элрик покачал головой; Вирр видел, что молодой человек заново переживает то мгновение.

– Второй сын дома Тел’Ан стал калекой, и виной тому был я.

– Глава дома Тел’Ан потребовал тебя наказать?

– Он потребовал выпороть меня кнутом.

Вирр напрягся.

– Но… в таком возрасте…

– Порка могла меня убить, – закончил за него Элрик. – Мой отец это понимал. Он потребовал до наказания обратиться к королю, но Тел’Ан не желал ничего слышать. На следующий день после несчастного случая меня привели на городскую площадь и привязали к столбу для бичеваний. Отец пытался их остановить, сначала словом, потом мечом. – Юноша смотрел в землю. – Он никогда не был искусным бойцом, а людей Тел’Ана было слишком много. Его убили.

Вирр взглянул на Элрика.

– Мне жаль.

Тот кивнул.

– Это было давно.

– Тебя все равно бичевали?

– Нет, – Элрик вздохнул. – Смерть отца остановила казнь. Король в тот же вечер услышал о деяниях Тел’Анов и послал за мной и Дезией. Дом Тел’Ан был в ярости, но у них хватило ума не перечить королю.

Он умолк, погрузившись в воспоминания, потом вновь обернулся к Вирру.

– То, что случилось с Лейном… Это вышло случайно. По неосторожности. Миг безумия переменил течение всей моей жизни и жизни Дезии навсегда. Я до сих пор жалею об этом, каждый день, но… Теперь мне легче. Боль не ушла, но она слабеет.

Вирр медленно кивнул. Терис и все остальные твердили, что он не должен винить себя за случившееся в Дейланнисе, но их благожелательные советы были пусты, ничего не значили. А Элрик понял, что боль за ошибку не так легко отогнать. И от его понимания Вирру почему-то стало легче.

Молодые люди помолчали.

– Ты потому и стал таким мастером меча? – спросил наконец Вирр.

Элрик задумчиво отозвался.

– Отчасти, может быть, и потому. Хотя я не сразу снова смог взять в руки клинок. Только через год после того, как попал ко двору. – Он горестно улыбнулся. – Честно говоря, поначалу я… показал себя при дворе не лучшим образом. Уклонялся от обязанностей и прятался от наставников. Подозреваю, что, не сдружись Дезия с Каралиной, меня бы через несколько месяцев отослали обратно к Тел’Анам.

– А потом?

Элрик хохотнул.

– Унгуину рассказали, что я до несчастья подавал кое-какие надежды. Разузнав дело во всех подробностях, он решил учить меня и не желал слышать отказов. Устроил мне такую жизнь, что проще оказалось каждое утро являться на плац.

Вирр заинтересовался. Унгуин был придворным мастером меча. Вирр взял у него немало уроков – не слишком успешных, но все равно полезных.

– Должно быть, что-то он в тебе увидел, раз был так настойчив.

В самом деле, Унгуин был человек решительный, прямой как стрела и не питал почтения к гордыне знати. Его желание взять парня в ученики доказывало, что в Элрике было что-то, не замеченное Вирром.

Элрик пожал плечами.

– Он сказал, что умением я не отличаюсь, зато у меня есть причина учиться. Что я не просто пойму, почему точность важнее силы и скорости – это станет идеей моей жизни. – Молодой человек тихо рассмеялся. – Думаю, он не ошибся. Снова взяв в руки клинок, я работал без устали, пока не уверился: то, что случилось с Лейном, не повторится. Я не жалел ни сил, ни времени, трудился каждый день… Хотя Унгуин, конечно, сказал бы иное.

Вирр усмехнулся.

– Ему, должно быть, нелегко угодить.

– Тебе ли не знать?

Несколько секунд длилось молчание: Вирр обдумывал последнюю фразу, гадая, верно ли понял. Наконец он покосился на Элрика. Тот все так же смотрел в пропасть.

– Каралина с Дезией как сестры, – не поднимая взгляда, заговорил Элрик. – Когда я застал Каралину в твоих объятиях, Дезия поклялась, что между вами ничего нет. Она ни за что не выдала бы Каралину, но и мне лгать не стала бы. – Он пожал плечами. – Раз так, такую близость с Каралиной мог себе позволить только родственник. Дальше было просто. Ты похож на своего отца.

Вирр пристыженно покачал головой.

– Ты с самого начала знал?

– Со второго дня. – Элрик позволил себе улыбку. – Как и моя сестрица, надо полагать.

Вирр немо кивнул.

Элрик встряхнул головой – подтверждение его, кажется, раздосадовало.

– Можно подумать, она берет пример с меня, – сухо буркнул он и потер лоб. – Послушай, не мне решать за вас двоих, да и время для этого разговора, пожалуй, не подходящее. Но, если ты не понял, я не считаю вашу с Дезией близость удачной идеей.

Вирр вспыхнул.

– Ничего такого и нет!

– Я не дурак, Вирр… Торин. Как мне тебя называть? – в мягком тоне Элрика едва прослушивался упрек. – Вы с ней сближаетесь, это видно всякому, у кого есть глаза. Но когда мы вернемся в Илин-Иллан, на какой день твой отец подберет тебе девушку из Великих домов? Через месяц? Через два? Чем больше времени ты проведешь с Дезией, тем труднее ей тогда придется. Вам обоим.

Вирр молчал: и хотел бы возразить, да нечего.

– Между нами ничего не было, – повторил он наконец.

Элрик ответил натянутой улыбкой.

– Я тебе верю – хотя бы потому, что у Дезии хватит ума не переходить черту. – Юноша вздохнул. – Я не говорю, чтобы ты держался от нее подальше, что вам нельзя дружить. Но… не проводи с ней так много времени, хотя бы наедине. Не давай этому чувству разрастаться. Ради моей сестры, не только ради себя.

У Вирра сжалось сердце. Элрик лишь повторял то, что мальчик знал и без него: что его дружба с Дезией должна дружбой и остаться… Но от этого становилось не легче, особенно в эту ночь.

И все же он заставил себя кивнуть. Понимая озабоченность Элрика, понимая и то, почему молодой человек не стал откладывать разговор. Вслух тот ничего не сказал, но оба знали, что горе толкает людей на необдуманные поступки. Скрепя сердце Вирр признал: на месте Элрика он поступил бы так же.

Успокоенный его согласием, Элрик перевел разговор на более легкие темы. Вскоре Вирр признался сам себе, что начинает уважать парня и даже, вопреки первому впечатлению, чувствует к нему расположение. Элрик, не спрашивая, понял, что Вирр собирается бодрствовать всю ночь в надежде, что из туманов Дейланниса чудом вынырнет Давьян. Вместо того чтобы доказывать, как это глупо, Элрик просто составил ему компанию.