Тоннельщики - Александр Сапегин

– Разрешите? – безымянный человек из охраны Громова сгрёб проекционный браслет со стола.

– Пожалуйста, – посторонился Богдан. – Документалистика и кинохроника?

– Можно и так сказать, – бодигард, он же агент неизвестной Северову спецслужбы, не прощаясь, скользящим шагом скрылся за дверью зала.

– Даже не хочу знать, в какие игры играют Дед и Громов. Ну, дорогая, кто у нас молодец?

– Напрашиваешься на комплимент? Ну, хорошо, ты молодец, – Регина подставила губы под поцелуй.

– Знаешь, солнышко, я доволен, как выбили почву из-под ног у каас. Протекторы, наверное, сейчас локти кусают. Широконосые пятидесятники хотели стравить Конфедерацию и колониальный сектор, а тут им нарисовали фигуру из трёх пальцев с тенью Доминионов роух за спиной. Ловко, причём и Провал и Россия только приобретают. Знаешь, я тут подумал…

– А ты умеешь думать?

– Иногда, когда мозги тобой не заняты, в этом случае во мне просыпается пещерный человек – схватить, утащить в пещеру и никого не подпущать! Чисто дракон с принцессой, тоже сторожит и жрёт подряд всех рыцарей и оруженосцев с конями и тапками.

– Никогда не видела пещерных людей, но мне нравится ход их мыслей. Ладно, мы остановились на том, когда пещерные питекантропы не думают о самках. Я вся во внимании, дорогой.

– Звучит смешно, но я бы присвоил адмиралу и президенту звания почётных тоннельщиков. Они, как и мы, строят дорогу в будущее. Рубят тоннели через политические препоны. Представь, сплошная темень вокруг, а в конце свет независимости.

– Главное, чтобы это не был выхлоп прыжкового двигателя, а в остальном ты прав. Значки почётных тоннельщиков они заслужили.

– Я слышал, что при строительстве тоннелей применяют встречную проходку и монтаж транспортных колец, – тихо прорычал подошедший пару минут назад Труор, слышавший весь разговор. – Мы можем строить тоннели вместе. Возьмёте в напарники?

Северов протянул руку, роух молча пожал протянутую ладонь, после чего церемониально поклонился и отошёл к ученице, она же посланница и глава посольства Доминионов.

– Что это было, дорогой?

– Есть политика официальная, есть неофициальная. Через тебя и меня иносказательно передали послание всему Провалу, что не только у нас есть те, кто строит мосты и тоннели. Посланница лишь внешний фасад, с нами наводят мосты личности, стоящие за фасадом. У роух тоже есть «почётные тоннельщики», и они посылают нам сигнал о сотрудничестве.

– Как всё сложно. Ненавижу политику. Ненавижу, что Дед втянул тебя в это болото.

– Сигнал роух я адмиралу, конечно, передам, а в остальном ты, моя милая, интересно заблуждаешься. И, вообще, нам сегодня-завтра сесть бы рядком и составить смету на строительство дома.

– Ничего не пойму. Какого дома, а Медвежий угол как?

– Красивого большого дома. С коньком, петухами и садом, с несколькими детскими и спальней с большой двухместной кроватью. Я тут оказией планетку одну приглядел замечательную и название поместью придумал. Как тебе «Гнездо шака» – звучит?

– Планета там, где я думаю?

– Ну, не знаю, там или не там, я твои мысли не читаю, но через декаду мы вылетаем строить к ней тоннель. Прошу любить и жаловать директора тоннелестроительного треста «Аюй».

– Северов!

– Да.

– Я тебя ненавижу!

– Да-да…

– Я тебя убью, паразита!

– Лучше скажи, что любишь меня.

– Облезешь, что хоть за планета?

– Замечательная планета – конфетка! Тебе там понравится. Горы, леса, озёра, и там будет наш новый дом.

– Детские я проектирую сама!

– Как скажешь, дорогая…