Клинок Богини, гость и раб - Анастасия Машевская

– Можешь хохотать сколько угодно, я не поверю в то, что ты идиот и не понимал, что творил. Рассказывай, кому это надо?

– А ты и впрямь так хороша, как о тебя говорят, маленькая танша.

Бансабира плотнее прижала лезвие к шее наемника.

– Что ж, раз ты столь осведомлен, должен знать, что я не ведусь на лесть. К тому же – со стороны убийц.

– А сама-то, Бану? – Медленно мужчина опустил оружие, отпнул его подальше и попытался отвести руку танши от горла. Только сейчас Бансабира поняла, что слышала этот голос раньше. – Позволь мне снять платок, – попросил незнакомец, – и ты все поймешь, обладательница черной сабли.

Действуя все так же неспешно, мужчина снял скрывавший лицо отрез ткани, обернулся и, не вставая, произнес:

– Много прошло времени, не так ли?

Бансабира ничего не смогла ответить – беззвучно выдохнула «ты» и осела рядом.

– Ты уверен?

Тан Ранди Шаут, старый, седой, невысокий и недоверчивый, воззрился на разведчика испытующим взглядом.

– Абсолютно, – подтвердил Рамир. – Бансабира Яввуз с тремя тысячами стоит именно там и, судя по всему, нацелена держать путь в сторону оранжевых земель.

– Ююл бьется с Маатхасом. Ему сейчас явно не до сопливой девчонки, которая возомнила, будто никто, кроме Клинков Богини, не знает толка в битве. Вы убийцы, и не более, а для победы в сражении, и тем более в войне, мало быть рубакой.

– Совершенно согласен, – кивнул Рамир. – Даже лучшим из нас, в том числе и Бану, не доводилось командовать чем-то крупнее обычной группы из нескольких человек. Полководцы из нас никакие.

– С такой легкостью признаешь это? – Шаут покосился на разведчика с подозрением.

– Не вижу смысла отрицать очевидное, – будничным голосом произнес Рамир.

– Однако в вопросе разведки и убийства вам равных не сыскать, – расщедрился тан. – У тебя есть свои люди в стане этой соплячки?

Рамир кивнул.

– Хорошо, дай мне время до утра. Я подумаю, как быть.

Утром Шаут огласил решение выслать Ююлу подкрепление.

– Дезориентируй противника, – приказал тан в оконцовке.

– Куда прикажете заманить?

– Заставь девчонку спуститься с холма на запад. Мы ударим с востока ей в тыл.

– Хм, – задумался Рамир.

– В чем дело? – насупился Ранди.

– Если вы планируете сдвинуть Яввуз на запад, я мог бы отправить верного гонца из числа самых быстрых к сиреневым. Их владения примыкают к тому холму, на котором танша стоит сейчас. Если сможете предложить им какую-нибудь выгоду, получите шанс раздавить дочку Старого Волка без особых усилий и затрат войск.

– Я и так ее раздавлю без усилий и затрат, – рявкнул тан. – Но предложение обдумаю. Все, иди, – нетерпеливо махнул Ранди.

Рамир, отвесив почтительный поклон, покинул танскую залу. Той же ночью он узнал от Сциры все сведения, в которых отказал отец любовницы: тан назначил собственного гонца, чтобы договориться с Ниитасом на условиях, которых никому не огласил; подкрепление к Ююлам уже выступило – полторы тысячи хорошо обученных бойцов под началом сводного брата Сциры, к холму им велено подбираться вдоль границы оранжевых. Рамир спросил, откуда у танин Шаут такие сведения, на что та ответила:

– А кто, по-твоему, помогает половине моих братьев разрабатывать планы действий?

Рамир в ответ только ощерился и потянулся за поцелуем.

Бансабира пересчитала в уме свою долю, скопленную за месяцы похода. Девять частей из десяти вновь отойдет разведке, с усмешкой сообразила женщина. Что ж, это лучший вариант растрат, и не только в сложившейся ситуации – если деньги берегут человеческую жизнь, значит, золото в кои-то веки пригождается для чего-то стоящего.

Бивак тянулся восьмые сутки. Бану сидела в шатре с Гобрием и Гистаспом. На столе перед ними лежала карта и пара писем, которые Бану сочла нужным показать сподвижникам. Часом раньше от танши вышел посланник разведывательной группы с юго-востока. Юдейр был тут же и держался поодаль, начищая танское оружие. Его дело малое, и слава богам.

Неожиданно в тихом обсуждении собрания раздался чужой голос – из-за полога:

– Тану Яввуз, это Энку, можно?

Бану подняла голову от стола: Энку служил в разведке.

– Юдейр… – Оруженосец кинул госпоже полотенце, которым Бану накрыла стол. – Войди.

Энку поклонился у входа:

– Госпожа. – Энку с сомнением огляделся.

– Говори, – велела танша.

– В одном дне перехода расположился лагерь под красным знаменем. Со дня на день они должны объединиться с войсками дома Ююл. Вероятнее всего, они двинутся в нашу сторону.

– Численность? – прямо посмотрела Бану.

– Алых около полутора тысяч, о рыжих пока неизвестно.

– Как далеко от них ближайшее поселение Ююлов?

– Около часа верхом.

– Насколько хорошо укреплено?

– Трудно сказать наверняка, но на вид ничего серьезного.

Бану замерла на несколько мгновений. Что за недотепа?

– Узнай точно, потом доложишь.

Энку, отвесив поклон, удалился.

– Юдейр, – бросила женщина. Оруженосец вышел следом. Гистасп проводил юнца взглядом:

– Он уже по одной только интонации понимает, чего вы хотите.

– Час от часу не легче, – грузно выдохнул Гобрий, убирая полотенце со стола. – Они добавят Маатхасу хлопот, он и так уже по темечко окружен союзом алых и рыжих. А по дороге, если сообразят, и нас смогут взять в кольцо и смять.

– Они уже сообразили, – с непроницаемым лицом объявила танша и, прошерстив некоторые бумаги, подала одну из них командирам. – Две тысячи бойцов под знаменем дома Ниитас стоят на западе. Мы зажаты.

Гобрий вскинул на таншу глаза:

– На север?

Бансабира хмыкнула:

– Точно, обратно за реку Бахут, да? Туда, где со дня на день встанет войско Дайхаттов, которое совсем недавно сделало громадный крюк, преследуя нас? Уверена, они быстро поняли, что перехваченные сведения о наших с Руссой продвижениях не более чем блеф.

– Но не на юг ведь?! – Гобрий подался вперед. – Наши позиции здесь совсем не укреплены! Надо прорываться обратно к тану Сабиру, танум.

– Разумеется, Гобрий. Едва мы начнем переправу через Бахут, подоспевшие Дайхатты перестреляют нас, как куропаток, – «поддержал» Гистасп и перевел глаза на таншу. – Госпожа, очевидно, что сиреневые Ниитасы стоят у нас за спиной не просто так. Неужели они пошли на союз с Шаутами? Ведь, кажется, именно из-за них когда-то Иден Ниитас разорвал союз с вашим отцом?