Зверолов - Александр Рудазов

А вот океанограф была очень разочарована. У Сяо Биньшу это была уже третья экспедиция, но в двух предыдущих не было найдено ничего по ее части. И теперь, когда наконец-то появился объект для изучения, нужно вдруг улетать.

— А на вашей планете есть океаны? — тоскливо спросила она у титана.

— Зависит от того, что считать «нашей планетой», — уклончиво ответил тот.

— У вас их несколько? — тут же встрял культуролог. — Насколько широко распространилось ваше общество? Для чего вы построили эти артефакты на безжизненных планетах и почему они все… почти все пустуют? У них есть какое-то практическое предназначение или только символическое? Мы были правы, когда решили, что это культовые сооружения?

Титан молча качал головой, явно не горя желанием пускаться в разъяснения. За видеокнами уже распахнулась черная космическая бездна — включилась прямая трансляция с внешних камер. Потом изображение сдвинулось, и над головами появилась панорама Карпилии — с одной стороны мутная желтизна, с другой бледная синь.

Следующие несколько часов «Джеймс Кэмерон» шел перпендикулярно эклиптике. Титан все это время разглядывал навигационные карты, периодически загибая пальцы и что-то прикидывая про себя.

— Достаточно, я думаю, — наконец сказал он. — Где у вас шлюз?

— Шлюз?.. — не поняла капитан. — Зачем вам шлюз?..

— Выйти, конечно. Я могу и так, но это может повредить ваш корпус.

— Корпус капитана? — делано серьезным голосом переспросил старпом.

— Старший помощник Забихи, вот сейчас это уже совсем некстати, — поморщилась капитан. — Проводите нашего гостя к шлюзу и подберите ему скафандр.

— Скафандр не надо, — отказался титан.

— Не надо так не надо, — пожала плечами капитан. — Прыгайте так.

Она особо не удивилась. Даже на Земле есть люди, способные находиться в открытом космосе без защитных средств. Очень немного, такие модификации еще на стадии эксперимента, но уже есть.

Перед открытием шлюза риггер еще раз уточнил — в самом ли деле уважаемый Китангер не нуждается в скафандре? А то у нас здесь есть превосходная модель «Анаконда-IV», скафандр-космолет силового типа. Высший уровень защиты, мультиразмерный, с полным обеспечением жизнедеятельности. В ступнях и ладонях ионные сопла, движитель способен развивать скорость в одну двадцатую световой. Энергозаряда конвертерного накопителя достаточно на шесть месяцев автономной работы.

Но титан снова отказался. Совершенно обнаженный, он вошел в шлюз, дождался полной откачки воздуха, а потом спокойно открыл люк и шагнул в открытый космос.

За тем, что там с ним происходит, внимательно следил весь экипаж. Чуть ли не все стены стали видеокнами, транслирующими изображение с внешнего корпуса. Затаив дыхание, земляне смотрели, как почти человеческая фигура кувыркается в черной пустоте, неспешно отдаляясь от звездолета.

У титана не было никаких устройств для движения в невесомости. Ни репульсоров, ни ионного ранца, ни гравитолкателя, ни хотя бы огнетушителя. Но однако он каким-то образом уверенно двигался в нужном направлении — причем довольно быстро.

Отлетев от звездолета на несколько километров, титан замедлил движение. Он раскинул руки в стороны, открыл рот, словно делая глубокий вдох, и начал… расширяться!

Человек-сверхновая. Так это выглядело. В доли секунды объем Китангера увеличился на порядки. Он стал вчетверо больше звездолета, во всем остальном ничуть не изменившись. Вот разве что алебастровая кожа приобрела странное свечение, да волосы взвились и заколыхались, точно наэлектризованные…

— Такого… я раньше не видела, — сдавленно произнесла капитан.

— А мы в него еще из бластеров целились, — нервно хмыкнул Хаусер. — Да он бы нас всех положил.

Очень-очень медленно титан приблизился к «Джеймсу Кэмерону». Он не прикоснулся к нему, но подвел к бортам гигантские ладони — и корабль-пионер повис между ними, точно в силовом поле. Все видеокна заняло лицо величиной с футбольное поле.

— Судя по показаниям приборов, мы движемся, причем с нарастающим ускорением, — доложила первый пилот. — Однако наши двигатели неактивны. Нас как будто захватило гравитационное поле сверхмассивного тела.

— Или несет невероятно сильным солнечным ветром, — присоединилась второй пилот. — Когда я участвовала в регате Меркурий-Корона-Венера, нас едва не сдуло прямо в пекло. Если бы капитан не выбросил сетку…

— Все это очень интересно, но сейчас важнее другое, — перебила гиперлоцман. — Как он собирается входить в гипер? Даже если он умеет создавать сверхразмерность, два объекта не могут одновременно…

— Мне кажется, он не собирается входить в гиперпространство, — осипшим голосом произнес астрофизик. — Посмотрите на спидометр.

Спидометр тем временем сходил с ума. Он просто не был рассчитан на такие показания. Считалось, что такая скорость вообще недостижима.

— Он превысил скорость света, — пробормотал навигатор. — Превысил скорость света. Как?..

— Я полагаю, что они научились свободно превращать материю в энергию и обратно, — тут же выдвинул гипотезу астрофизик. — Без вспомогательных средств. Вероятно даже, что они могут накапливать в собственных телах безграничные энергетические запасы, а потом… полагаю, именно таким образом он изменил свои размеры… и именно таким образом превысил скорость света… энергия в материю, а та обратно в энергию… полагаю, сейчас он, а вместе с ним и мы представляем собой нечто вроде очень сложной энергетической волны… неизвестного типа…

— Я ничего не понял, — пробурчал Хаусер.

— Я и сам не очень-то понимаю… — беспомощно развел руками Олбриттон. — Мы сейчас в положении Леонардо да Винчи, которому показали гипердвигатель. Даже общий принцип непонятен. Слишком велик разрыв в уровне технологий…

Установить, какую конкретную скорость развил титан, оказалось невозможным. Визуальные наблюдения тоже не помогали — пространство снаружи просто… не наблюдалось. Звезды перестали восприниматься. Все перестало восприниматься.

В кают-компании царило благоговейное молчание. Все и прежде понимали, что титаны обогнали землян в развитии, но до этого момента не представляли, насколько те оторвались…

Следующие шесть часов Олбриттон непрерывно проводил тесты. Он пытался узнать хоть чуть-чуть о том состоянии, в которое перешел гигантский инопланетянин и звездолет в его руках. Что сейчас представляет собой «Джеймс Кэмерон»? Волну? Поток частиц? Или вообще информационный пакет?

А на исходе седьмого часа все вдруг прекратилось. Спидометр и прочие приборы перестали сходить с ума, регистрируя какие-то совершенно невозможные показатели. Видеокна вновь отобразили обыкновенный, привычный всем космос с мириадами звезд.

Уже через пару минут навигатор известил всех, что «Джеймс Кэмерон» находится на внешней границе рассеянного диска Солнечной системы. Вон та яркая звезда — несомненное Солнце.