Эгнор - Вадим Крабов

— Все чувствовали мои ноги?

— Не-ет, — раздался недружный ответ.

— А идти могли бы?

— Разумеется!

— Тогда вам придется меня нести. Я не могу, путаюсь в конечностях.

— Мы с Агнаром тебя понесем, — сказал Рон и скомандовал: — Взяли! И побыстрее, вон медузы начали слетаться.

И снова у меня оказалось пять пар конечностей. «Ауру!» — скомандовал я и неожиданно полетел в бездну.

Душа вопила от ужаса: «Я не хочу умирать! Я такой молодой и не пожил еще, а сейчас разобьюсь. Не хочу!», а дна все не было… паника не проходила, наоборот: волосы стояли дыбом, сердце билось как припадочное и грозило остановиться, каждая клеточка просила: «Жить!..»

И наконец, я умер.

Моя собеседница, вернее, ее голограмма, стройная высокая и красивая женщина, с сочувствием смотрела на меня и говорила неприятные вещи, от которых в душе поселилась пустота. Это был полный крах дела всей моей жизни.

— Совет архимагов отверг твое предложение, Игориэль. Они посчитали его слишком энергозатратным и негуманным.

Я сидел в удобном кожаном кресле и пытался осознать случившееся. В сердце плескалась давно сдерживаемая злоба, и наконец-то я с удовольствием выплескиваю ее из себя:

— Эти старые пердуны просто побоялись принять проект такого уровня от эльфа! Это все их политика тихого вытеснения бессмертных. Сначала с Эгнора, а теперь вообще из науки. Народ, видите ли, не хочет жить с нами рядом! Да плевать им на народ и все правительства, вместе взятые! Они завидуют нам и вытесняют отовсюду! Да что говорить, вытеснили уже!

Я резко, сам не осознав движений, вскочил и заходил по увитой зеленью веранде моего дома.

— Я один, понимаешь, Эльмира, один оставался в официальной науке, работал как проклятый — и вот результат! Старые интриганы. Хотят войны — они ее получат.

— Успокойся, еще не все потеряно. И сядь, не мельтеши. Есть у меня знакомые в секретариате, можно запустить апробацию через Эгнорскую академию, разумеется под другим именем.

— Что? Эгнорскую? Да я и носа там не покажу, старый Игориэль не опустится до наложения личины.

— Да брось ты. Бизнес есть бизнес, там такие деньги крутятся. Тебе и надо только закорючку свою поставить, и все.

— Бизнес, говоришь?! Да плевать мне на деньги! Я хочу, чтоб мое имя осталось в веках, хочу доказать всем, на что способны эльфы!

— Какое имя, ты сам в веках останешься. Забыл, что ли, ты же бессмертный!

— А многочисленные несчастные случаи с эльфами по всем мирам, это что, по-твоему, случайность? Э нет. Нас почти официально признали очередным неудачным экспериментом. Тесты, видите ли, говорят, что мы импульсивны, высокомерны и злопамятны. Брехня! Нам завидуют черной завистью и хотят от нас избавиться. Все!

Эльмира вздохнула и терпеливо, как маленькому, сказала:

— Игориэльчик, миленький, оставь свою паранойю при себе, мне плевать, что ты себе вообразил. Ты знаешь, кого я представляю. Серьезные люди — серьезный бизнес. Потом разберешься со своими страхами. Пять минут — и все, веселись как хочешь. «Блин» будет ждать тебя возле портала еще два часа. Опоздаешь — извини, сделка не состоится и дело всей твоей жизни продолжит пылиться на твоей полке.

— Шантажируешь?!

— Констатирую факт.

— Никогда моя нога не ступит на Эгнор, и, если свора предателей-архимагов хочет со мной воевать, они получат войну. И не пытайся заманить меня, закорючку могу поставить и здесь, — произнес я сквозь зубы.

Женщина с сожалением покачала головой:

— Как хочешь. Сделка была выгодна больше тебе, чем нам, оставайся в нищете со своей паранойей.

Иллюзия погасла.

Я походил еще немного из угла в угол и плюхнулся в кресло.

Все, все они хотят моей смерти. Как же, эльф сделал работу, для которой у них самих не хватило мозгов! Предатели!

Когда нас, двадцать человеческих сирот, целый месяц обрабатывали заклинаниями и поили эликсирами, мы были нужны. И когда из нас вырастали сказочных эльфов и за нами наблюдал весь Эгнор, мы тоже были нужны, но когда мы заткнули за пояс магическими способностями в магии Жизни и Разума всех сверстников — впервые задумались. А когда оказалось, что эксперимент удался и мы первые бессмертные в Эгноре, нам стали завидовать. Потом у нас появились свои здоровые дети, сохранившие все наши признаки, — у них, долбаных архимагов, началась истерика. Вся инфосеть, все иллюзоры оказались забиты намеками, что мы злобные существа, только и мечтающие отомстить человечеству за бесчеловечный эксперимент над собой. Это все те же архимаги устроили. Они могли позволить себе все, но прожить больше трех сотен лет не могли. И вот мстили своим же подопытным, потому что не ожидали, что мы выживем и не сойдем с ума, как все до этого.

Спасибо Завулону, этому гениальному злодею. Сколько невинных детей он погубил до нас — не сосчитать.

Наши знаменитые близнецы Иллариэль и Игнариэль отблагодарили его по-своему. Такой вирусок на него подсадили — закачаешься! Не выдержал, бедолага, сбросился с башни, забыв все левитирующие заклинания.

А эти проклятые уши! Если б не они, не сумели бы выпереть нас из родного мира. А так травили, как зайцев: «Вон они, вон они». И главное, не избавишься от них никак. Это потом гордиться начали, а женщины даже их красотой мериться стали.

Из науки ушли все. Нет, специально не гнали, но… косились, подставляли, саботировали. Я остался последним. Люблю науку. Все в ней: познание, загадки, бессонные ночи, даже интриги завистников. И тему выбрал самую сложную из магии Жизни: изменение экосистемы открываемых миров под нужды человека. И эльфов, разумеется. Такую систему придумал за сто лет — закачаешься! Да, надо признать, мы работаем медленней, чем люди, зато гораздо тщательней и продуманней. А куда нам торопиться? А какая идея у меня вышла замечательная! Отбросим лишнюю скромность, я — гений, и работа гениальна в своей простоте: иммунитет. Уничтожается любая органика без метки «свой», и пожалуйста — привози, выращивай что хочешь! Да, нужно много энергии, да, от аборигенской жизни ничего не останется, ну и что? Когда это старых маразматиков останавливало?

Хотят меня уничтожить. Ну что ж, я принимаю вызов! Не поздоровится им. Да что им, всему зазнавшемуся человечеству!

Я с силой сжал кулаки. Ненависть пронзала меня насквозь. Подождите немножко, уже скоро.

Я лежу на голых камнях. На лице и под головой — вода. Надо мной склонились люди. Бородатые мужчины и женщина. Ночь, яркие цветные эгнорские звезды. Мои кулаки сжаты, зубы сомкнуты. Ненавижу их всех, все людское племя! Одеты странно. Переговариваются и что-то у меня спрашивают. Женщина падает на колени, бросается мне на грудь, рыдает и что-то бормочет на непонятном языке. Эгнор? Откуда? Что за люди?! Ненавижу! Дергаюсь всем телом и теряю сознание от боли.