Я стану твоим проклятием - Катерина Полянская

Через минуту от решетки, разделяющей меня и друзей, не осталось совсем ничего, а новенькая метла упала рядом на земляной пол. Полежала, подкатилась ко мне, дернулась.

— Хватайся, — перевел Гихерд. — Надо убираться отсюда. Мы же не знаем, как это место способно действовать на магические предметы.

С помощью Ровены я вцепилась в метлу, и мы стали продвигаться к выходу.

Но ушли недалеко. Эта паршивка подлым образом бросила меня где-то на безопасном участке пещеры, где магия не искажалась. И не бросила, а бережно положила, но я все равно была на нее жутко зла. Где-то там Таш, а я…

Слух улавливал свист, хлопки заклинаний и грохот разбиваемых камней. Снаружи шел бой.

— Давай, Джейла, сделай то, что тебе не удалось в камере, — ласково потребовал Гихерд.

— А?! — Я попробовала встрепенуться, но перед глазами все плыло.

— Перенесись!

Говорить внятно я не могла, поэтому попыталась выразить все оттенки бушующего внутри возмущения взглядом. Правда, сама не видела, кому он достался.

— Таш…

— Угу, в таком состоянии ты ему очень поможешь, — фыркнула суккуба.

А метла без лишних церемоний просто врезала мне по попе.

Мрак, даже разозлиться на них сил нет! Больно-то как…

— Сейчас твоя задача — не умереть от внутреннего кровотечения, — в очередной раз разумно предложил Гихерд.

Ладно, бес с ними! Чтоб нам всем провалиться!

Я не говорила, просто думала. Но как только мысль закончилась, почувствовала, что стремительно лечу куда-то вниз. Рядом испуганно взвизгнула суккуба.

Но для меня мир окончательно погрузился во тьму.

Целых две недели я провалялась в беспамятстве. Своеобразный кокон, окутавший мое тело и притупивший сознание, полностью избавлял от боли, в нем было безопасно и тепло, и лишь изредка сквозь эту невидимую преграду прорывались звуки.

Крик мамы в самом начале, когда мы трое вместе с метлой все-таки свалились ей прямо на голову. Почти в буквальном смысле.

Рык отца. Это было через несколько часов.

Потом еще один рык, полный отчаяния, боли и мольбы.

Кругом суетились лекари. Кажется, не только вокруг меня.

Вереницей потянулись дни. Я спала, бездумно глотала зелья, чувствовала, как тела касается магия. Иногда кто-то из близких целовал в щеки и лоб.

— Доченька, выздоравливай, — шептала мама. — Ты только поправься, я никуда из этого царства! И от демона тоже никуда, даже забуду, что суккуба. Буду воспитывать мужа, даже на наследника соглашусь…

— Ловлю на слове, — посмеивался рядом упомянутый ею демон.

Единственный из всех, он за меня, кажется, совсем не боялся.

В следующий раз сознание вернулось, когда рядом сидел Тахшак. Он держал меня за руку и шептал нежные слова:

— Ведьмочка моя, только не умирай. — В уголок губ упал невесомый поцелуй. — Ну же, возвращайся! Через пару дней Исхейн и Эфта проведут свой обряд, и если все будет хорошо, потом и мы тоже.

Повод сделать над собой усилие и вернуться в реальный мир показался достойным.

— А не передумаешь? — шепотом спросила я, приоткрыв один глаз.

— Никогда! — пообещал Ворон.

Из-под кровати вылетела и согласно затрещала прутиками обновленная метла.

Прошло три года

Я молнией носилась по комнате, запихивая в сумку все необходимое. Тетради, изрядно потрепанный справочник по вредительству… мужа поцеловать… ручка, чернильница, метла… — тьфу, а ты куда лезешь?! — заранее приготовленное зелье, подарок наставнице к рождению очередной дочки. В этот раз происки врагов были ни при чем, судьба сказала свое веское слово.

Изредка покачивая хвостом подвесную колыбельку, Кася вяло наблюдала за моей беготней.

— Люблю, целую. — Я остановилась возле мужа, который как раз застегивал рубашку, и в самом деле слегка коснулась губами его губ. — Все, убежала! Веронику покормить не забудь.

И, поудобнее перехватив метлу, рванула к двери.

— Эй, ты куда?! — Ворон наконец соизволил проснуться.

— Сегодня итоговый экзамен, — недовольно напомнила я. Ведь говорила же, а он все мимо ушей пропустил! — Я и так уже опоздала!

— Придется опоздать еще. — В один прыжок Таш оказался рядом и поймал убегающую меня за локоть. — У меня работа, я не могу с ребенком сидеть.

И с опаской покосился на мерно покачивающуюся колыбельку.

Ничего-то у нас не меняется! Шипим друг на друга мы все с тем же удовольствием.

Правда, жила я теперь в доме мужа и носила фамилию Онигрей, доставшуюся ему от деда с бабкой со стороны матери. Таш с меня пылинки сдувал и на ведьм больше не злился, разве только жаловался на их засилье в семье. Когда мы поженились, вышло на двоих Воронов шесть нас, вредных, коварных и своевольных. А когда мы со Стеллой с разницей в четыре месяца осчастливили благоверных дочками, те всерьез озадачились вопросом, чем и когда прогневили судьбу. Хотя Таш ворчал больше для порядка, потому что сестер любил, а дочку просто обожал.

Ритуал я прошла без проблем, и потом целый год вспоминала о нем с содроганием. Вроде бы ничего особенного там с нами не делали, мы просто лежали на алтаре, взявшись за руки, но чувство было такое, будто меня без анестезии пришивали к другому человеку. Больно и страшно… я потом целых два дня отходила. Зато столицу посмотрела и даже в императорском дворце побывала.

В Шерихем прислали нового бургомистра взамен того, что убили Вороны. Боевых магов у нас тоже стало меньше раза в три. Но сами виноваты! Зато покушения прекратились, обвинения с Тахшака были сняты, и в нашей жизни наконец воцарился покой.

Беременная ведьма его немного нарушила и потрепала перья всей команде, но хорошо то, что хорошо кончается. В колыбельке мирно спала маленькая Вероника, я училась, знакомые тоже устраивали свою жизнь.

Лунный дворец наполнили смехом и визгами младшие брат и сестра. Мама сдержала слово и вела себя как истинная ведьма, то есть нервы любимому демону мотала с особым, часто обоюдным, удовольствием, но на сторону не заглядывалась.

Тхей вышла замуж за Тайрата. О детях они пока не думали, горгулья училась, а некромант занимался частными магическими расследованиями. Тхей, когда было время, тоже участвовала, заодно и практиковалась. Жизнь, полная загадок и приключений, ей нравилась, так что, получив диплом, она планировала окончательно влиться в дело мужа.

Но самую большую неожиданность подкинули нам всем Далев и Ровена. И дело даже не в том, что эти двое помирились! Это как раз было ожидаемо после всего, что сделала суккуба в деле разоблачения врагов. Так они же еще и вместе остались… Нет, сначала лич честно собирался упокоиться с миром, даже в родном склепе прибрался. Потом разыгралась настоящая драма со слезами, взаимными признаниями и угрозами Ровены отправиться с ним и испортить ему все посмертие. В итоге ушли они действительно вместе. Да не в склеп, а в ту самую древнюю тюрьму, где демон двадцать лет томился. Только в полной изоляции Далев смог доверять жене. И только там же он имел право существовать, не нарушая законов магии.