Три глаза и шесть рук - Александр Рудазов

Я выпустил все когти разом и ударил главаря в грудь, превратив его в решето. Он еще не начал падать, а я уже взвился в воздух в резком прыжке. Прежде чем его товарищи успели среагировать, я уже приземлялся за их спинами. Еще в падении мои нижние руки располовинили одному из них голову, а другому в затылок впился мой хвост, впрыскивая смертельную дозу яда. Я резко пригнулся, уклоняясь от выстрела последнего мутанта, и тут же распорол ему брюхо, выворачивая наземь кишки неестественно оранжевого цвета. Внутренне я очень надеялся, что захвачу и Серого Плаща, но этот, как всегда, исчез за какое-то мгновение до того, как я прыгнул.

— Три с половиной секунды, патрон, — хмыкнул Рабан, оглядывая побоище моими глазами. — Если учесть, что их было четверо, это твой личный рекорд.

— Накапливаем опыт помаленьку. Кто это был-то хоть?

— Тебе же сказали — «клян Затьло». Этих чудиков на первом уровне много, аж восемнадцать кланов. Их прадедушки схлопотали дозу радиации, вот потомки и получились такие… нестандартные. Но они сравнительно безобидные — если б ты им заплатил, они бы тебя и пальцем не тронули. Диггеры о них знают и всегда платят. Много им не надо — по паре кредиток на брата, и все.

— Что ж ты меня не предупредил? Я бы захватил немножко мелочи…

— Да пошли они! — обиделся Рабан. — Еще деньги им плати!

— Угу. Ты предпочел позволить мне их убить. Бедных, голодных бомжей… А если бы они меня?

— Они? Тебя? Патрон, не смеши меня! — фыркнул Рабан.

Несколько минут я брел по совершенно темному коридору. А потом Направление резко просигналило мне о наличии впереди двух десятков существ, идентичных тем неудачливым гопникам, которых я прикончил ранее.

— Быстро, патрон, прячься! — испугался Рабан.

Я послушно сиганул метра на три вверх и зацепился за стену. Я и на свету совершенно сливаюсь с серым камнем этих пещер, а в этой практически абсолютной темноте заметить меня попросту невозможно.

Мутанты прошли прямо подо мной. Их было двадцать два, и каждый второй держал нечто вроде факела, только горели они странным зеленоватым светом. Как только последний из них исчез в темноте, я бесшумно спрыгнул на пол, опустился на восьмереньки и помчался дальше. И вовремя — до моих чутких ушей донесся возмущенный вопль мутантов, обнаруживших гибель своих товарищей. Сразу после этого я услышал топот десятков ног. Впрочем, он с каждой секундой затихал: пещерные жители сделали вполне естественную ошибку, решив, что убийцы их друзей не могли разойтись с ними в узком коридоре без ответвлений, а следовательно, ушли в другую сторону. Мне это было только на руку.

Вскоре я обнаружил дыру в стене. Рядом торчал железный штырь, к которому была привязана толстая веревка. Я наклонился и заглянул в отверстие. Точно такая же темнота и тишина, как и здесь. До пола метров десять.

— На каком этаже этот Борух?

— На четвертом, кажется, — не очень уверенно ответил Рабан.

— А ты говорил, что диггеры ниже второго не спускаются.

— Вот потому-то он и пропал…

— Ладно, поищем…

Направление указывало путь не хуже хорошего компаса. А еще оно указывало, что на поверхности солнце уже клонится к закату. Следует немного поторопиться…

Второй уровень катакомб почти ничем не отличался от первого. Еще темнее, вот и вся разница.

— Здесь везде такой сумрак? — брезгливо осведомился я. — Я не жалуюсь, просто неуютно как-то…

— Это тебе неуютно? — удивился Рабан. — А ты представь, каково людям, — они-то в темноте и свою задницу не увидят! Везде темно. На верхних уровнях кое-где еще остались действующие лампы, но мало.

— А на нижних?

— Разве что светящиеся грибы… На третьем уровне встречаются настоящие заросли.

По второму уровню я двигался около десяти минут. А потом услышал звуки, напоминавшие плескание купающегося бегемота. Но это был не бегемот, а зверь, похожий на броненосца размером с быка. Только вот головы у него не было…

— Это статук, — сообщил Рабан. — Тоже мутант. Ты его не бойся, патрон, он мирный. Их даже пасут.

— А где у него голова-то?

— Да вон внизу. Вон там, где расщелина. Это рот.

— А глаза где?

— Да он слепой. Что ему здесь видеть-то?

Рабан сказал, что этих зверей здесь пасут. Но не сказал кто. Впрочем, пастуха статука я уже и сам видел — он шел сзади, постукивая по полу длинным посохом. Внешне это существо смахивало на тех мутантов, которые встретились мне на предыдущем уровне, только оно было раза в полтора выше и с еще более раздутой головой. В руке он (или оно) держал стеклянную банку с каким-то светящимся насекомым. Света букашка испускала немного, но все же достаточно, чтобы видеть, куда идешь.

Серого Плаща не было.

— Здравья тебе, — пробасил гигант со своего трехметрового роста. — Ты свьрху иль сньзу?

— Сверху.

— Откудь наверьх взяль такьх странньх облик? — нахмурился пастух. — Кто есть ты такь? Маленькья облик не сообщьль о новьх облик. Невидьмый метамрьф не являльс мы давно такь. Думать, ты лгь, ты сньзу. Аль ты очень сьльно свьрху?

Я с огромным трудом понимал, что говорит это существо. Если у мутантов-бандитов с первого уровня акцент был сравнительно слабым, то у этого он скорее напоминал новый язык.

— Да, я очень сильно сверху, — согласился я, гадая про себя, как бы так исковеркать слова, чтобы ему было понятнее. — С поверхности.

— С перьвый верьх? — сильно удивился великан. Он склонился в три погибели, чтобы получше рассмотреть меня, и задумчиво почесал в затылке. Кожа у него на черепе напоминала черепаший панцирь, такой прочной и толстой она была. — Думай, на перьвый верьх сызнов бушевать невидьмый метамьрф, аль не такь? Новый облик являться на равнину? Зачьм ты пришль на земль сьяпперов? Хочьш купить статука?

— Угу. А ты что, его продаешь?

— Неть. Но есль дашь болыиьй мяксь, то исть и торы. Сколькь дашь?

— Да не нужен мне твой статук…

— Не нужьн? Зачьм тогьд пришль? Что нужьн?

— Да ничего мне не нужно, и вообще я не к вам пришел. Мне на четвертый уровень нужно.

— На четвьр… — Великан посчитал на пальцах, сколько это будет, и недоуменно нахмурился. — А зачьм на четвьр тебе? Мой брьт одьн раз ходьл, у нь статук сбжьл. Говрьт, там пуки…

— Пуки? — переспросил я. Что бы это могло значить…

— Пуки… Пуки… — задумался великан. — По-верьхнье, па… пауки, вот такь.

— А, пауки… — утешился я. — Ну, пауки — это еще ничего. А они большие?

— С лошадь, — тут же встрял Рабан. — А бывают и еще крупнее.

— Эй, кьто это сказьл? — тут же насторожился мутант. — Я слышьл чтот, аль казьлось?