Легионы хаоса - Михаил Тырин

– Это как?

– Там завязаны какие-то квантовые дела. Меняется скорость проистекания пучка. Боюсь предполагать, но это как-то меняет течение времени.

– Машина времени, что ли? – ухмыльнулся Лисин.

– А ты не смейся. Машина не машина, а эффект может нас огорчить. Выкинет тебя в открытый космос – там будешь смеяться.

– При чем тут космос?

– При том, что Вселенная подвижна. Там, где сейчас мы, через полсекунды – вакуум. Без синхронизации ты улетишь от точки фокусировки к чертовой матери.

– Слова-то какие выучил…

– А ты как думал – нажал педаль и поехал? Это тебе не «бобик» милицейский.

– Не пугай нас, слышь, – проговорил Петрович. – Лучше скажи, что дальше-то будет?

Студент задумчиво свел брови и уселся на светящуюся тумбу. Некоторое время он размышлял.

– Ну, во-первых, делаем все, что они говорят, – изрек он наконец. – Заряжаем установку, заходим, не дергаемся и не ерепенимся.

– Правильно! – откликнулся сержант. – А там меняем детальку одну на другую и – всем пока!

– Ты рехнулся, что ли? – ответил студент. – Кто тебе даст детальку поменять? Кроме того, деталькой дело не обойдется. Там еще настраивать надо, долго, вон Влад знает. И все под присмотром темных. Нет, это не вариант.

– Ну, говори же! – не выдержала Марго. – Я же знаю – ты давно все придумал.

– Все, да не все… – вздохнул студент. – В общем, так. Действуем по их плану. Переправляемся туда, куда скажут. Изображаем полную покорность и лояльность. Радуемся мудрости и доброте наших темных покровителей. А вот когда переправимся…

– Ну? Что?

– Непонятно, что ли? Там у нас будет установка! И куча времени. И никакого присмотра. Там мы ее спокойно настроим и вставим свой сердечник.

– Ловко, – усмехнулся Петрович. – А если не получится?

– А если у бабушки вырастут яйца… – огрызнулся Лисин. – Студент дело говорит. Подписываюсь.

– Ты подожди радоваться, – отмахнулся Эдик. – Есть одно неприятное обстоятельство. Помните, гурцоры обещали, что убежать они нам не дадут?

– Ну, помним, и что?

– Они слов на ветер не бросают. Они обязательно что-то сделают. Может, пошлют кого-то с нами… тут не угадаешь. В общем, действовать придется по обстановке. И соображать надо быстро. Не лаяться и не спорить. Поняли, о чем я?

– Да поняли, поняли… – вздохнул Петрович. – А когда это все будет?

– А я не сказал?

– Да вроде нет.

– Так завтра же!

* * *

Утро выглядело обыкновенным. Снова был бак с чистой водой и чаша с чем-то полусъедобным.

Все заметно нервничали. Разговоры получались вялыми и обрывочными. Еще вчера план студента казался идеальным. Но как только приблизилось время осуществления, настроение стало другим.

Влад спрятал сердечник под курткой и молча сидел в стороне, повторяя шаг за шагом все, что должен сделать.

Слишком много зависело от простой человеческой удачи и слишком мало – от конкретных действий. Впрочем, пока требовалось только одно – слушаться и повиноваться.

Наконец появились гурцоры, их было на этот раз аж пятеро. С ними пришли два энейца, которые тащили какие-то тюки.

– Мы сделали вам одежду, чтобы вы ничем не отличались от жителей вашей земли. Переодевайтесь.

Энейцы вывернули свои тюки, одежда вывалилась на пол. Это были какие-то несуразные, безразмерные штаны и пиджаки. Все – кривое, грубое, наспех сработанное.

– Ужас какой… – вздохнула Марго.

– Делайте, что говорят, – тихо процедил студент.

Влад выбрал себе одежду и отошел подальше к стене. Снял куртку, тщательно прикрывая сердечник, переоделся. Затем аккуратно, без резких движений сунул сердечник под свою новую одежду.

В ту же секунду на плечо легли крючковатые пальцы гурцора.

– Это не нужно.

Темный вытащил сердечник из-под пиджака и бросил в кучу старой одежды.

Сердце упало. Весь план летел в тартарары. Все закончилось, еще не начавшись.

Влад перехватил встревоженный взгляд студента и слегка пожал плечами в ответ.

– Прошу идти за нами, – сказал гурцор.

Сердечник остался валяться среди тряпок.

– Все ребята, амба, – прошептал Влад, когда их вели прежним маршрутом к установке. – Ничего не выйдет, у меня отняли самое главное.

Лисин тихо выматерился в ответ.

– Что будем делать-то? – спросил Петрович.

– Я сказал, что делать, – спокойно ответил студент. – Слушаться и повиноваться. Не паникуйте. Еще не все потеряно, будет вторая фаза эксперимента.

– Так себе утешение… – прошептала Марго.

– Гляньте, опять! – тихо воскликнул Петрович.

Его взгляд был направлен на установку, из которой вчера вышли переодетые гвардейцы. Сегодня они снова были там и, видимо, готовились к переброске.

Петрович заметил, что при виде гвардейцев Влад и Эдик принялись как-то странно перешептываться.

Возле большой установки было на удивление оживленно. Одних гурцоров – десятка три. Кроме того, повсюду сновали энейцы – подготовка к эксперименту шла полным ходом.

Вторая установка уже ждала в зеркальном кругу – отдельно управляющий блок и отдельно – большие зеркала, упакованные в мягкое полотно.

Чуть в стороне стоял большой стол с какими-то баночками и коробочками. Рядом находился человек в тяжелом кожаном фартуке. По виду – типичный толкователь из городской Темной школы.

Всех пятерых завели в зеркальный круг. Установка работала на малой мощности, сейчас она просто показывала место, куда предстояло отправляться.

– Находите ли вы выбранную точку достаточно удобной и безопасной для вашей миссии? – спросил один из гурцоров.

– Вполне, – ответил студент. Голос его почему-то был веселым.

– В таком случае мы начнем переброску в ближайшее время. Но перед этим мы предпримем меры предосторожности, о которых вас предупреждали.

Толкователь отделился от стола и пошел к установке. В руке у него был небольшой продолговатый сверток.

– Выслушайте правила, – продолжал гурцор. – В ваши головы будут помещены особые черви с Газовых болот. Они не причинят вам никаких неудобств, пока вы будете заняты миссией…

Толкователь открыл сверток. В нем оказались толстые стеклянные трубки с какими-то шевелящимися комочками.

– Твою-то мать… – ахнул Лисин.

– Но если вы не вернетесь, – говорил темный, – через пятнадцать дней черви убьют вас. Извлечь их самостоятельно вы не сможете. Делайте свою работу, возвращайтесь – и мы сами освободим вас.