Одержимый. Рыцарь Империи - Андрей Буревой

– И что с ним сделала ди Мэнс? Спалила живьем? – предположил я, примерно представляя реакцию Кейтлин на цветы и приглашение в гости от такого человека. Да такого оскорбления ни одна уважающая себя леди не стерпела бы! На что он вообще рассчитывал, этот идиот виконт? Неужели полагал, что все творимое им – в порядке вещей, и несказанно удивился, когда выяснилось, что какие-то благородные особы считают иначе?

– Да нет, виконт сам покончил с собой, – ухмыльнулся Джегар. – Осознал свою вину, покаянное письмо написал с изложением всех своих грешков, а затем в выгребной яме утопился.

– Нормальный ход, – усмехнулся я, нисколько не усомнившись в том, что в этом деле не обошлось без чьей-то великодушной помощи. – Туда ему и дорога…

– Это точно, – согласился Тапс.

– Постой, ну а война-то тут при чем? Если виконт тихо-мирно покончил с собой? – опомнился я спустя некоторое время.

– Ну так смертью Тарно все не закончилось. – Джегар едва заметно ухмыльнулся. – Еще потом кто-то подпалил здание городского суда, предварительно заблокировав все окна-двери, когда там заседала судебная коллегия, что виконта все обеляла… И поместье его, куда он девушек таскал, выгорело дотла… А затем отец виконта, граф Телиад, вздумал пожаловаться императору на творящийся беспредел, прося заступничества и мести за своего безвинно убиенного сына. Возжелал он, вишь ли, казни леди Кейтлин. Та в ответ осадила малыми силами замок семейства Телиад и потребовала оплатить ее работу, исходя из обычной ставки действительного магистра магии. Мотивируя это тем, что граф сам давно должен был отсечь гнилой побег знатного рода, а раз сие неблагодарное дело пришлось делать другому человеку – пусть отец негодного сына раскошеливается.

– Да уж, – ошеломленно выдохнул я, потрясенный до глубины души деяниями одной небезызвестной мне особы. – Ди Мэнс совсем берегов не различает.

– Просто поступает как должно, по совести, вот и все, – пожал плечами мой собеседник. И решительно подвел черту под сказанным ранее: – За это мы в леди Кейтлин и души не чаем!

– Не сомневаюсь даже, – растерянно бросил я, пытаясь собраться с мыслями.

А Джегар меж тем молвил:

– Я, кстати, через любовь людскую на службу к леди Кейтлин и попал.

– Это как так? – чуточку удивленно воззрился я на него.

– Да очень просто, – с удовольствием поделился вояка. – После всего, что она совершила, люд с округи стихийно собрался у замка и всем миром решил, что надобно охрану сурьезную нашей защитнице определить. А то, не дай Создатель, изведут ее злыдни какие! Кто же тогда за простой народ заступится?.. – Джегар осуждающе покачал головой. – Тогда-то обо мне и вспомнили. А я еще пять надежных воинов, готовых жизнь положить за леди Кейтлин, подобрал да пару боевитых девах, которым телохранительское дело знакомо не понаслышке…

Пообщались, в общем. Я потом полночи уснуть не мог – все ворочался да рассказ Джегара вспоминал. С неизменной тоской причем. Ибо идея отправиться с Кейтлин за драконом перестала казаться мне такой уж забавной… Раньше я отчего-то был уверен, что у нее не хватит духу скормить меня дракону, но поведанная история о похождениях ди Мэнс изрядно поколебала мою уверенность.

Да и поутру намного легче не стало. Наоборот, еще больше поплохело. Когда чуть погодя Кейтлин, выглянув из шатра, осмотрелась, нашла меня взглядом, многообещающе улыбнулась и исчезла с глаз моих.

Приблизиться к ней мне опять не позволили. Охранницы эти ее, телохранительницы Ильма и Тария. Грудью встали на защиту своей госпожи! В прямом смысле этого слова!

С позором ретировавшись перед превосходящими силами противника, который, спрятав свои впечатляющих размеров прелести под кожаными панцирями, буром попер на меня, стоило мне только приблизиться к шатру, я отошел подальше и зло сплюнул. Не вариант… Засмеют ведь, если начну с этими гадинами наглыми и разбитными грудью толкаться.

Так и не придумав, как добраться до Кейтлин, я вынужден был без особого желания позавтракать и продолжить вместе со всеми шагать по направлению к драконьему логову. Удрать-то я еще не решился. Внутри теплилась крохотная надежда, что все обойдется, не казнят меня, увидев, что я готов идти до самого конца… Но поганый бес начал нашептывать, что пора избавляться от поисковых маркеров и уносить ноги, пока их дракон не начал отгрызать.

С самим же нашим путешествием в гости к Алому не было абсолютно никаких проблем. Ни разбойники, ни расплодившееся в этих краях дикое зверье нам не докучали. Да и погода радовала. Ни дождя, ни мокрого снега – солнышко пригревает да легкий ветерок обдувает. И никакого гнуса! Одно удовольствие идти.

До места, которое, по предположению тьера Труно, облюбовал Алый для территории проживания, мы добрались на девятый день с момента выхода. Разбили постоянный лагерь на окраине реденького леска, раскинувшегося на склоне крохотной долины, и немедленно выслали три двойки охотников искать драконье логово. Ведь нам неизвестно, на какой именно из окрестных скал обитает Алый.

В эту ночь я и вовсе не спал. Ибо только задремлю – всякая жуть сниться начинает. Драконы всякие… с довольными ухмылками на их драконьих рожах лопающие меня… А одна бессердечная красотка наблюдает за всем этим со стороны и, утирая непрошеную слезу, машет белым платочком. Такая, в общем, чушь снится, что проще не спать, чем так мучиться.

Поняв, что все это из-за неопределенности в будущем и терзающих меня крайне противоречивых идей по поводу того, что же теперь делать, я решил прогуляться поутру – развеяться. Посидеть где-нибудь в одиночестве, в тишине да поразмыслить.

После восхода солнца я поднялся на близлежащий горный склон и, пройдя по нему с полмили, устроился на большом плоском камне. Место просто такое красивое попалось, что дальше топать по нему я не решился. Весна в горы пришла… Всюду тьма синих-синих, ярко-желтых и пламенно-алых цветов, и все это на фоне изумрудной зелени травы. А совсем рядом, возле пары приземистых, корявых горных сосен с красноватой слоистой корой, в небольшой впадине еще лежит скопившийся снег, резко контрастируя со всем этим буйством природы. Такая красота, что дух захватывает. И жить так хочется…

«Ну что, будем поисковые маркеры убирать? – поинтересовался ехидно скалящийся бес. – Или так и будешь сидеть, грезя о том, как стервочка Кейтлин, умилившись и восхитившись твоим упорством, вместо того чтобы скормить дракону, как должно поступить с таким ослом, великодушно прощает тебя и немедля страстно отдается прямо здесь, на этом камне, а затем тащит к алтарю?»

«Ах ты скотина! – Подначка этого поганца ожидаемо заставила вспыхнуть меня, и правда немного размечтавшегося, видимо, под влиянием очарования цветущей природы, о том, что наш с Кейтлин конфликт, раскрученный, кстати говоря, не без весомого участия одного наглого рогатого пройдохи, разрешится добром, а не моей лютой смертью. Но, увы, причинить бесу какой-либо вред невозможно… Попрожигав малость гаденыша злобным взглядом, я разжал стиснувшиеся сами собой кулаки. И успокоился… А когда ко мне вернулась утраченная было под влиянием вспышки ярости способность здраво рассуждать, и вовсе охолонул и мысленно вздохнул: «И куда дальше, пусть и без поисковых маркеров? В горах отшельником жить, скрываясь ото всех?»