Монах - Евгений Щепетнов

— Я согласна с тобой, но наши старейшины говорят другое: нам нет дела до мира и до людей… и, если пришло время умереть, мы умрем.

— Вот ерунда какая! Ну почему такое упорство?! Неужели все у вас такие тупоголовые, как ваши старейшины?

— Не все. Но воевать между собой мы не готовы. Если пойти против старейшин — будет война, в которой погибнут многие, многие драконы, а нас осталось так мало… В общем, надо думать. Я буду обсуждать это со своими друзьями. Ты дал мне интересную информацию, я поделюсь с ними, и мы поговорим, имеем ли мы право оставить без помощи этот мир и еще множество миров, твою Землю, например. Не будем пока это обсуждать. Еще что-то спросить хочешь?

— Хочу. Ты будешь мне помогать в моей войне с исчадиями? Не убивать их, не гоняться по стране за ними — просто сделать то, что я прошу, например, отвезти куда-то. Вот как сейчас. Или дать совет, поделиться знаниями… Это возможно? Прямого нарушения договора в этом нет. И еще — вы, драконы, можете обмениваться мыслями на расстоянии, как я понял. Это так?

— Можем. Но это смотря какое расстояние, к тому же с близкими, как я с дочерью, мы можем разговаривать на очень большом расстоянии, с чужими драконами — на гораздо меньшем. Что касается твоего главного вопроса, я пока не готова ответить. Вернемся к нему позже. Отвезти я тебя отвезу — вот, дочери поможешь, она с тобой рядом будет, скажешь ей то, что тебе от меня надо, она меня и позовет. А ей полезно походить по миру, засиделась там в этой дыре… давно меня просила вывести в мир, но куда ей идти — больной, беззащитной? А теперь совсем другое дело. Ты там как, жив еще? Окоченел? Может, спустишься погреешься? Не хотелось бы, чтобы ты раньше времени умер.

— Честно говоря, я того и гляди превращусь в кусок льда! Знаешь, давай так сделаем — завидишь большую деревню, спустись в лес возле нее и спрячься, чтобы не видать было, а я схожу в деревню, куплю одежды, да и поесть надо — у меня ускоренный обмен веществ, я сейчас просто умираю от голода, аж трясет. Поохочусь или в деревне что-то куплю… ты извини, что я тебя задерживаю остановками, отнимаю время…

— Хе-хе-хе… чудак! Что значит для дракона, живущего десятки тысяч лет, какие-то несколько часов? Смешной мальчуган… Спускаюсь. Держитесь крепче.

Дракониха заложила вираж, и Андрей, с трудом держащийся за гребешок оледеневшими руками, с ужасом обнаружил, что его стаскивает в сторону, и, как мог, вцепился в гребень. Для себя решил — впредь, если соберется лететь на драконе, только с веревкой, наподобие упряжи, хватит таких безумных полетов. Надо было сразу сообразить, что он не долетит до места назначения без нормальной теплой одежды, без еды.

Наконец его мучения закончились — покружив, дракониха выбрала удобную поляну и после нескольких взмахов крыльев, взбив вихри желтых еловых игл и опавших листьев, утвердилась на сочной траве.

— Иди. Вон в той стороне, в пятнадцати минутах ходьбы человеческим шагом большая деревня, домов двести или больше. Я буду ждать тебя здесь. Шанти, ты с ним пойдешь?

— С ним. Насиделась уже на месте…

— Вначале поесть — мне надо много энергии, я истощен. Я оставлю возле тебя мое барахло, хорошо?

— Оставляй. Никто не увидит.

Андрей разделся догола, дрожа от холода, сложил вещи под лапы драконихе, раздумывая над словами «Никто не увидит». Что бы это значило? Он перекинулся в Зверя, сразу почувствовав себя хорошо и уютно — теплая шкура прикрывала от холода, грела. Вот только есть хотелось неимоверно.

Сделав несколько прыжков, он оглянулся… и не увидел Гары! Она исчезла! Андрей пошел в направлении того места, где она сидела до этого, и уткнулся в ее бронированный бок.

— Так ты тут?! Я уж испугался — куда делась?

— Мы умеем маскироваться, — равнодушно сказала дракониха, и Андрей понял, что комментариев не будет. Ну что ж, не будет так не будет.

Он повел носом по ветру и где-то далеко учуял запах оленя — похоже, тот пил воду, так как чувствовался еще и запах тины и болота. Зверь рванулся вперед, как гоночный автомобиль, и тут же почувствовал, как какое-то маленькое существо впилось ему когтями в загривок.

— Без меня решил охотиться?! Нет уж, я тоже есть хочу! Гони вперед! Чего ты нога за ногу плетешься?! — Шанти выгнулась дугой и сидела на спине мчащегося Зверя как маленькая черная ведьма.

Андрей только хмыкнул, продолжая лететь сквозь чащу леса и в глубине души мстительно надеясь, что эту чертовку собьет какая-нибудь ветка — тогда, может быть, у нее поубавится спеси и вредности.

Олень, видимо, учуял, что по его следу бежит стремительная смерть, но поздно — уйти от Зверя ему не удалось. В несколько длинных прыжков догнав оленя, оборотень полоснул когтями по сухожилиям задней ноги, а потом бросился на упавшее животное и перекусил горло.

Чувствуя, как с живой, теплой кровью, полившейся ему в глотку, возвращается тепло и энергия, Зверь радостно и торжествующе заурчал, на миг полностью став Зверем.

Наконец судороги умирающего оленя прекратились, поток крови иссяк, и оборотень приступил к трапезе — вырвал огромный кусок из ляжки добычи и стал поглощать свежее мясо.

— Оторви мне кусок, не будь таким жадюгой! — послышался рядом голос, и обернувшийся оборотень увидел кошку, безуспешно пытающуюся пробиться к мясу через толстую кожу животного. — Оторви повкуснее, а лучше печень давай! Я люблю печень!

— Кто ее не любит-то, — рыкнул оборотень, но послушно разодрал брюхо жертвы и когтистой лапой вырвал лакомый орган.

— Вот, другое дело! — мурлыкнула Шанти, жадно поглощая кровавые куски. — А то мама пока донесет мясо, оно всегда остывает, уже не такое вкусное, а тут свежачок! Мог бы, правда, и помоложе оленя убить — у молодых печень вкуснее!

Оборотень рыкнул, сверкнув глазами, а Шанти успокаивающе фыркнула и сказала:

— Ладно-ладно, сойдет и такая… от тебя все равно ничего лучше не дождешься… буду есть то, что есть.

Последние куски Зверь доедал спокойно, лениво пережевывая и хрустя мозговыми костями. Живот был полон, и олень уже настойчиво просился наружу.

— Эй, мелкая, не ходи за мной! Мне тут надо… — Андрей потрусил в кусты, бормоча под нос что-то вроде: «И не спрячешься никуда! Прилипала!»

— Да ладно! — фыркнула Шанти и потерла лапой окровавленный нос. — Что, вы как-то это делаете по-другому, чем мы? Вообще, вы, люди, слишком много внимания уделяете условностям!

— Зато ты никаких условностей не признаешь! — натужно крикнул из кустов Андрей. — Наглая, как танк!

— А чего такое танк? — удивленно спросила Шанти.

— Это что-то вроде наглого дракона — плюется огнем, весь в броне и грохочет, как твоя мама!

— Интересно было бы познакомиться… — задумчиво протянула дракошка. — Всяко он точно поинтереснее тебя и поумнее.

Она встала возле недоеденных остатков оленя и справила нужду на глазах подходящего Андрея.