Окончательная синхронизация - Сергей Шангин

— Я смотрю, вы с Алексеем прямо душа в душу поете! — пробурчал я, — Вам дай волю, вы половину пассажиров за борт отправите, чтобы проще жилось. В конце концов, нам достаточно пилотов и одной стюардессы, чтобы долететь до Парижа, остальных за борт! Пусть себе полетают!

— Ты чего завелся то? — удивилась Эва, — Я же пошутила, к слову пришлось, с языка сорвалось случайно. Чего ты в бутылку лезешь? Псих ненормальный!

— Я псих? Да?! Тогда вы с Алексеем парочка садистов, жаждущих всех перебить! — накручивал я сам себя, — Вам бы только из автоматов стрелять, глотки людям рвать, да за борт выбрасывать!

— Охолонись, придурок! — прошипела она вслух раздраженно, — Или я попрошу Алексея стукнуть тебя чем-нибудь тяжелым по башке! Тоже мне герой, стоял за спиной, переживал, как студентка беременная! Слизняк!

— Ах так?! — я просто кипел от обуревавших меня бешенных чувств, — А ты… да я тебя… спелись, голубчики?

— А-а-а-а! — заорали мы одновременно от холодной воды вылитой нам прямо на голову.

— Брэк, разойтись в разные углы! — Алексей бросил нам полотенца и внимательно присматривался к нам. — Не замечаете, что ваше поведение несколько ненормальное?

Мы переглянулись с Эвой, я тряхнул головой и задумался. А ведь действительно ссора вышла из-за пустяка, а потом как ком с горы быстро выросла в лавину. Кто-то очень умело стравил нас и пытался довести до крупной ссоры с непредсказуемым результатом. Кому-то было выгодно расколоть наше единство, превратить отряд в стаю озлобленно лающихся шакалов. И этот кто-то очень не хочет подпускать нас к Парижу.

— Это он! — практически одновременно пришли мы к выводу.

— Извини, — первой извинилась Эва.

— Плюнь и забудь! — попросил я, — Свинство полнейшее с моей стороны.

— Так, минуточку! Может мне кто-то объяснит, что происходит? — возмутился Алексей.

— Нас подловили и раскрутили на ссору, — пояснила Эва. — Понимаешь, нужно все время быть на чеку, чтобы тебя не подловили, не взяли в оборот. Мы, точнее я, еще не привыкла, что для сенса не существует расстояний.

— Ага! — Алексей на мгновение задумался, — Так ты мне тогда на базе мульку гнал про невозможность работы на большом расстоянии?

— Извини, но так было нужно. Мне… нам нужно было попасть в Париж, чтобы… — я замялся.

— Самому взять артефакт?

— Нет, не совсем. Есть еще одно обстоятельство, о котором ты можешь не знать.

— Может, стоит меня с ним познакомить, раз уж мы вместе работаем в одной команде? — с непроницаемо холодным видом поинтересовался он.

— В принципе нет проблем, просто все как-то не ко времени было. Мы же постоянно куда-то бежали, спешили, — оправдывался я.

— Понял, значит за мной организация ужина при свечах. Можете не напрягаться, господа сенсы, для этого достаточно обычного мужского обаяния.

И в самом деле, через полчаса любезно улыбающиеся стюардессы проводили нас в небольшую комнатку, расположенную рядом с кабиной пилотов. Я не поверил своим глазам — на столике, сервированном по высшему классу, горели свечи. Вот что значит мастер-класс. Порази меня молния, как он без знания французского языка умудрился обаять стюардесс и объяснить, что именно ему нужно? Прямо фокусник какой-то!

* * *

— Михаил Самуэльевич, разрешите побеспокоить?

— Черт тебя подери, Лукич, вечно ты подкрадываешься незаметно! Ты меня до инфаркта довести хочешь? Так не надейся, тебя я в завещании не упомянул.

— Бог с вами, Михаил Самуэльевич, скажете тоже! Долгих лет вам и нашему сотрудничеству. Грех жаловаться, у вас на службе я как у Христа за пазухой.

— За пазухой, говоришь? За пазухой то, Лукич, обычно камень держат, чтобы при случае гвоздануть мил друга делового партнера по башке. Ладно, шутки в сторону, что у тебя?

— Михаил Самуэльевич, операция по выявлению группы прошла успешно. Честно говоря, мы не надеялись так быстро на них выйти, но спасибо Гению — дал наводочку.

— Так-так и как же вы на них вышли?

— Использовали старый трюк — герои всегда рвутся в бой, значит нужно создать ситуацию, при которой они засветятся.

— Лукич, давай без теорий, кратко и по существу!

— Был инсценирован теракт с захватом самолета, на котором они летели в Париж.

— Что значит «летели»? Самолет что взорвался?

— Никак нет, террористы уничтожены вчистую. Но наш человек совершенно точно засек троих героев.

— Молодцы! А что же это за сенсы, если не смогли расколоть мнимых террористов? Сосунки какие-то.

— Террористы не мнимые.

— Как это? Они что, в самом деле могли взорвать самолет? Да ты в своем уме, Лукич? Доиграешься, ой доиграешься!

— Михаил Самуэльевич, тут расчет верный был! По любому они их должны были убрать, хотя, как выяснилось позже, террористы внесли коррективы в исходный план. Но… группа успешно справилась с неожиданными осложнениями.

— Значит сейчас они у нас на поводке, я правильно тебя понял?

— Совершенно правильно, Михаил Самуэльевич. Три группы у них на хвосте и Гений осторожно присматривает за ними.

— Есть ли вероятность, что им удастся засечь Гения?

— Невероятно малая, практически ничтожная, программа настолько совершенна, что до сих пор не давала ни малейшего сбоя. Мы ее проверяли в самых жестких условиях, будьте спокойны, Михаил Самуэльевич.

— Значит скоро, Лукич?

— Очень скоро, Михаил Самуэльевич.

* * *

Умереть не встать — мы в Париже. Никогда бы не поверил, если бы собственными ногами не топтал его улицы. В кармане хрустел новенький паспорт и стопка франков, вполне достаточная, чтобы спокойно отдохнуть месяц другой, не зная забот. Мы шагали по Парижу, наслаждаясь цивилизацией, впитывая ее приметы, ароматы, звучание. Как же это здорово оказаться снова посреди комфорта и чистоты.

В первый день после перелета мы никак не могли проснуться — мягкая постель, чистые простыни, теплые одеяла и, самое главное, горячая ванна перед сном, оказали благотворное влияние на организм. Никто не охотился за нашими скальпами, никто не пытался вломиться в сознание, словно мы ступили на святую землю, свободную от вражды и раздоров. Слава тебе, Париж, город вечной любви!

Отдельная история, как мы запудрили всем мозги, уходя от ненужных благодарностей спасенных пассажиров. Не хватало еще попасть на первые полосы сегодняшних газет: «Они спасли самолет от террористов!» И далее мелким шрифтом, где нас искать, чтобы пристрелить и закопать. Нет уж, слуга покорный, лучше без оваций, смыться под занавес и сделать вид, что ты в этом спектакле не более чем швейцар в гардеробе.

Под это дело мы быстренько «оглоушили» парочку мужиков и какую-то бабу, выбрав их по хоть какой-то похожести на объекты всеобщего обожания. Затем выискали в их памяти моменты гордости за некий подвиг, кошку спас к примеру или соседу три рубля одолжил, и раздули эти моменты до небес. Ну а уж выпихнуть «подогретых» актеров на «сцену» было делом техники, тут Алесей показал себя истинным талантом. Накинул на себя какое-то одеяло, пригнулся, как сирота казанская, засуетился, замельтешил, и вытолкнул наше прикрытие на авансцену. Потом еще для затравки Эва у них за спиной крикнула «Слава героям, качать их, целовать!»