Серебряная птичка - Наталья Сапункова

— Мой лорд, моя тани… — Фай низко поклонилась.

Теперь они стояли рядом, и сравнить было легко. Незаметная тихоня Фай и Челла-Птичка. А выходит, не такая уж Фай тихоня! Сайгур и так знал, что девушки немного похожи, а теперь отметил явное сходство. Ровесницы, один рост, сложение, даже оттенок рыжих волос. И форма, цвет лица — ну надо же! У Фай волосы не такие пышные и кудрявые, и короче. Лица непохожи, и взгляд у Челлы часто бывает уверенный и дерзкий, у Фай — никогда. Но издали можно и перепутать.

— Фай, ты будешь служить леди Челле, — только и сказал Сайгур.

Ничего. Он и так почти понимает Фагунду.

— Вы ведь снимете это, лорд Сайгур? — попросила Челла, показав на ошейник Фай.

— Это должен сделать Найрин. Да и зачем? Я ведь предупредил про условие. Пока оно не исполнится, Фай будет невольницей.

— А если вы сами не захотите исполнить условие? — хитро прищурилась его жёнушка.

— Исключено. Я как раз очень хочу.

— Позвольте мне снять ошейник? Это не повредит Фай, обещаю.

— Позволяю, попробуйте, — разрешил Сайгур.

Вообще, только хозяин может снять такой ошейник с раба. В данном случае — Найрин. Всем, имеющим отношение к амулетам и прочему, занимался Найрин, он покупал амулеты, какие нужно, и мудрил с ними. Сайгур любые амулеты даже трогать избегал — и не любил, и не выходило ничего путного. А на войне без некоторых лекарских плохо, больше хороших парней они похоронили бы. Хоть и дорогие штучки, немалая часть добычи на них уходила.

— Ну и ещё кое-что, — припомнил Сайгур. — Вы не властны отдать Фай мужчине. Ни на каких условиях. Это понятно, надеюсь.

— Да, конечно, — быстро кивнула Челла. — Она принадлежит вашему брату Найрину, верно? Но не он изготовил амулет?

— Нет. Амулет куплен у колдуна в лавке.

Сайгуру было забавно наблюдать. Он знал, что колдуны снимают с рабов плохо зачарованные ошейники, но никогда не видел, как это делается. И потом, то колдуны, а ему твердят, что и Челла, и Найрин — не колдуны вовсе, а так, немножко…

Челла подошла и взялась за тонкий обруч на шее Фай, пробормотала что-то, даже глаза закрыла, а потом с явным усилием попыталась разомкнуть обруч. Не вышло.

— И ещё раз! Пожалуйста, милорд, — она взялась за обруч.

Глубоко вздохнула, стиснула зубы. И ещё раз! Ей вдруг представилось, что руки Найрина Кана легли поверх её рук.

Получилось…

Стальной рабский ошейник разомкнулся!

— Вот, — Челла довольно вздохнула. — У меня получилось!

— Поздравляю, если так, — Сайгур не без некоторой опаски посмотрел на жену.

И тут же побледневшая Челла покачнулась и упала бы, не подхвати её Сайгур.

— Ничего, у меня просто кружится голова… — еле выговорила она заплетающимся языком.

Сайгур выругался, не подбирая выражений. Разозлился на себя, впрочем. Не настолько же он глуп, чтобы не сообразить — она опять использовала магию, тратя её вместе с жизнью, а он разрешил и стоял смотрел!

И ради чего на этот раз? Вот же безголовая девчонка! Что там Фурати пел про её разумность?!

— Одного браслета вам мало, похоже, — процедил он сердито, и понёс Челлу наверх, в спальню.

— Да всё хорошо, милорд! Мы на самом деле смешали силу, это так интересно, — прошептала она, прижимаясь щекой к его плечу. — Не нужно других браслетов. Скажите Юне…

Даже до Сайгура, ни разу не монастырского ученика, дошло, что сказала Челла. Она смешала силу — с силой Найрина? Она открыла ошейник, запертый Найрином. И какого демона это значит?..

У неё теперь есть какая-то связь с Найрином, вот что. Через магию. И что тут хорошего?..

— Отпустите меня, я и сама могу идти, — она трепыхнулась, попыталась вырваться.

— Ага, сейчас. Замолчите, миледи.

Он шёл быстро, Фай бежала следом.

В спальне он положил Челлу на кровать. Криво усмехнулся:

— Теперь вы тоже сестра моего брата?

Только предположил. Пошутил, можно сказать. На самом деле он беспокоился. Непонятное пугает. Что теперь угрожает Найрину и этой дурёхе?

— Похоже на то, — Челла уткнулась лицом в подушку. — Позовите Юну.

Юна прибежала быстро, окруженная своим птичником-свитой, выставила Сайгура прочь и поговорила с Челлой наедине. Потом пригласила его обратно.

Челла уже спала, обняв подушку — это, конечно, удивило Сайгура.

— Как вы с ней это сделали, миледи?

— Пусть отдохнёт. Опасности не было, не беспокойтесь.

— Что у неё с моим братом? Что за смешанная сила?

— Вот, вы знаете ответ, — Юна была спокойна. — В сущности, общая сила — это хорошо. Когда-нибудь они научался этим пользоваться. Я пришлю вам сборник наших сказаний. Там изложены истории, когда два брата, или брат и сестра, одарённые таким образом, побеждали невероятно сильных врагов.

— Вы сами слышали о чем-то подобном в наше время? — недоверчиво нахмурился Сайгур.

— О людях со смешанной силой? Нет, только читала.

— Читайте и дальше ваши байки сами. Мне хватит того, что я тут увижу.

Чистая правда — он не верил в байки. Там всегда и всё преувеличено.

— Брат и сестра, значит, — повторил он.

— Не то чтобы так. Это случается и не с родственниками. Это неважно. На днях к нам придет большой купеческий караван, милорд, — переменила Юна тему. — У них всегда сильная вооружённая охрана, но…

— Я знаю, — отрывисто бросил Сайгур. — Я уже обсудил это с капитаном, с хайдом и со всей бездной! Я представляю себе, как обеспечить охрану этому вашему каравану.

— Хорошо, милорд…

Ему хотелось бы поговорить с Юной. Только не о Челле! О чём угодно ещё. Такая вот странность.

Надо ведь — о Челле. Юна должна знать, как взнуздать её подчерицу… ладно, покорить, завоевать, понравиться… что там ещё?..

Суть та же самая. Но он отчего-то не мог заговорить с Юной об этом. Прямо горло перехватывало. Это было и смешно, и унизительно.

Получи он сейчас приказ с полусотней пеших занять замок в дне пути — от ответит «Да, мой король» и отправится изучать подходы к тому замку. Не бывает укреплений, которые нельзя взять. Замок вроде Дьямона, конечно, взять трудно, и не с полусотней. Но тоже возможно. А что-то поменьше — вообще просто. А в качестве награды он попросил бы…

Да нет же.

Юну ему не отдали бы ни за что. Юну, да ещё и без её проклятого пояса!

Но пусть она его носит. Пусть и дальше никто не сможет её тронуть! Он уверял Фурати, что желает избавить леди от пояса, освободить от «оков»? Это вранье!