Сердце морского короля - Дана Арнаутова

Джиад вгляделась в переплетения линий и едва не ахнула. Плечи у Эргиана имелись, но вместо рук они заканчивались парой щупалец, и еще несколькими продолжалось туловище. «Принц-маару!» — вспыхнуло у нее в сознании. Мягкие изящные изгибы вовсе не выглядели отвратительно. Они… завораживали. Притом каждое щупальце что-то делало!

В левом верхнем, например, виднелся камешек для тосу, а еще два держали доску с уже расставленными камнями. Верхним правым принц готовился вот-вот поднести ко рту тинкалу. Еще одно что-то записывало пером-резцом на табличке, а пару особенно длинных щупалец Эргиан закинул за голову, и они придавали ему лениво-расслабленный вид. Странный рисунок. Невероятно забавный. И, пожалуй, ничуть не оскорбительный. Даже напротив! Но оценит ли кариандец такую шутку?

— Вы удивлены? — с улыбкой спросила Санлия. — Маару — герб Карианда. Не зря кариандцев так называют. Это не очень вежливое прозвище, но… они сами не против. Гордятся, что маару считается самым хитроумным из созданий моря.

— А какой герб у Акаланте? — спросила Джиад.

— Салту, разумеется, — усмехнулась Санлия. — Если вы слышите о хитроумных маару и упрямых салту, сразу понятно, кто есть кто.

— Упрямых? О да, — согласилась Джиад. — Кое-кому очень подходит. А Суалана?

— Нас зовут муренами, — ровно отозвалась бывшая наложница. — Если вежливо, то живучими, а те, кто не любит, подлыми.

— Извините.

Джиад сконфуженно глянула на Санлию, но та покачала головой.

— Ничего страшного. Маравейцы, вот, ленивые ракушки. И тоже не обижаются. Но… такие вещи лучше знать и помнить. Вы отдадите рисунок?

— Да, разумеется! Но почему она сама не хочет?

— Леавара боится, что принц не поймет ее замысел, — слегка улыбнулась суаланка. — Они встречались в доме Эрувейн, тир-на Эргиан охотно проводит там время. Ну, вы знаете, муж Эруви — его друг и брат его начальника охраны. Но Леаваре показалось, что принц считает ее… пустой, как раковина без жемчужины. Неинтересной девицей, способной разговаривать лишь о нарядах и драгоценностях. А Леавара, бедняжка, просто боится в его присутствии сказать что-то не то. Она никогда не отличалась излишней стеснительностью, но оказалось, что вся ее храбрость была для тех юношей, к которым она равнодушна. Понимаете?

— Так часто бывает, — согласилась Джиад. — Но если принц не узнает, от кого подарок, то какой толк? И… я не отказываюсь, но почему не попросить Эрувейн?

— Тогда тир-на сразу догадается, — укоризненно глянула на нее Санлия. — У каи-на Эрувейн не так уж много подруг. Да и сдерживать чувства она не сумеет, сразу начнет выпытывать. А вы сможете… посмотреть. Знаете, очень важно, кто как видит мир. Если тир-на Эргиан оскорбится на эту шутку, Леаваре точно не стоит по нему страдать.

— Я ему передам, — пообещала Джиад.

Санлия признательно склонила голову и поспешила снять горячую тинкалу, поставив ее перед Джиад.

Через полчаса Джиад, сытая и напившаяся тинкалы, выплыла из комнаты Санлии, унося в кожаной поясной сумочке, которую ей подарила суаланка, портрет принца Эргиана. Оставалось только вручить его самому принцу. А еще как-то объяснить, что с ней тоже заговорила рыба и велела кое-что передать. Джиад едва сдержала смешок, представив, как это прозвучит. И что Всеядное Жи имело в виду?! «Спросить у Ираэли»… Кстати, стоит ли вообще разговаривать с Эргианом раньше, чем с самим Алестаром?

Она нерешительно замерла посреди коридора, и тут сама судьба сделала за нее выбор, потому что из комнаты впереди стремительно вылетел Алестар, за которым спешили другие иреназе.

— Да хоть весь город по камушку перетряхните! — рычал рыжий на виновато опустивших головы подданных. — Что значит — пропал? Сначала Кариша, теперь Невис… Где-то же они оба прячутся? Герлас клянется, что не под дворцом, он со своими жрецами там уже все проверил!

— Они могли покинуть город, тир-на, — подал голос Ираталь, и Алестар разъяренным львом обернулся к нему.

— Могли или покинули?! Я должен знать это точно! Ираталь, ко мне через пять дней избранная приплывет! А я до сих пор…

Он увидел Джиад и замолчал резко, словно горло перехватило. Ираталь и Герувейн, попятились назад, торопливо пробормотав обещания приложить все силы. «Ну, разумеется. К прибытию невесты, теперь уже суаланской, стоит подготовиться, — отстраненно подумала Джиад, задыхаясь от странной боли, совершенно непонятной. — Переловить убийц и заговорщиков… Для приличного короля это все равно, что приказать сделать уборку. Смешно. Наверное…»

— Доброго утра, ваше величество, — поклонилась она.

Выпрямилась и поймала взгляд смертельно бледного Алестара. «Да, после их вчерашнего поцелуя и, главное, всех слов до него, неудобно получилось. Не вовремя. Ничего, так даже правильно, — продолжала беспощадно думать Джиад. — Хватит нам себя обманывать. Но я ведь и не…»

— Невис пропал, — выдохнул Алестар и пояснил: — Эргиан вчера сообразил, что Невис во всем этом замешан…

Он говорил что-то нужное о смерти Кари и о том, как именно кариандец догадался, а Джиад смотрела на шевелящиеся губы и с ледяным ужасом понимала, что хочет снова их поцеловать. Просто хочет. А потом уткнуться подбородком в плечо, обтянутое светлой туникой, замерев, приникнув губами к шее, и чувствовать, как бьется под ними тонкая сильная жилка…

— Джи?

В устремленном на ее взгляде появилось беспокойство, и Джиад встрепенулась.

— Я поняла, ваше величество, — сказала она, старательно осознав смысл того, что все-таки расслышала. — Целитель Невис. Но зачем?

— Если бы я знал, — беспомощно пожал плечами Алестар, и у Джиад от этого простого движения снова пересохло во рту.

Да что же это за проклятье такое? Мелькнула подлая мысль, что она ведь снова пила тинкалу у Санлии, но… Во всем остальном разум ее был спокоен, в голове не мутилось, мысли слушались. Она просто почему-то заметила, насколько красив Алестар. Не так, как она вспоминала это, рассматривая портрет Эргиана, спокойно, как давно известное, а горячо и томно. Вот именно такой, растрепанный и злой, с бессильной злостью во взгляде, виноватый… Это еще из-за чего? Неужели из-за слов про избранную? Глупости какие. Джиад ведь все понимает. Она сама вот-вот уплывет наверх. Скорее бы, что ли. Лучше всего — еще до прибытия суаланки!

— Я вам должна кое-что рассказать, ваше величество, — сказала она, с трудом отводя взгляд от шеи Алестара, того места, где как раз билась та самая жилка.

С нескольких шагов, да еще в воде, она была совершенно не заметна, но Джиад могла бы с закрытыми глазами подплыть и найти ее пальцами, а лучше — губами… Так, хватит!

Она глубоко вдохнула и выдохнула и упрямо заставила себя опять встретить обеспокоенный взгляд Алестара.

— Это глупо звучит, я понимаю, — проговорила она смущенно. — Но у меня был сон. Точнее — видение…

* * *