Кофейные истории - Софья Ролдугина

От нахальства просьбы я даже немного взбодрилась.

– Здесь? Боюсь, что это невозможно, Эллис. Видите ли, верхние комнаты принадлежат Мадлен. Я не стану оставлять ее наедине даже с джентльменом. – Я оглянулась, чтобы убедиться, что Мэдди далеко и не слышит нас. – И, кроме всего прочего, она побаивается мужчин. Иногда.

О том, что Мэдди не переносит присутствие только строгих, облагороженных сединами и высоких джентльменов, я предпочла умолчать.

– Понимаю. – Глаза у Эллиса стали совершенно несчастными. – В таком случае могу я хотя бы попросить вас, чтобы меня потом отвез Лайзо? Когда он вернется, разумеется.

– А он пока не вернулся? – переспросила я. Святые небеса, надеюсь, с ним все в порядке и он задержался лишь потому, что пережидал где-то ливень… и, надеюсь, он очень скоро возвратится, потому что идти пешком в особняк мне совсем не хочется.

Впрочем, лично я, если придется, смогу переночевать и здесь, а уже утром отправиться домой.

– Вроде бы нет. – Эллис вытянул из кармана часы на цепочке. – Но прошло не так уж много времени, не беспокойтесь. К тому же Лайзо всегда выполняет обещания, поэтому если он подрядился доставить вас в особняк сегодня, то так и будет. Виржи… – Детектив скосил глаза на очень недовольного Георга и поправился: – Леди Виржиния, могу я хотя бы умыться где-нибудь? Признаться, носить парик в такую жару весьма утомительно. И как мистер Калле может надевать их постоянно – ума не приложу!

– Спросите у него, – вздохнула я. Надо было бы поинтересоваться, при чем это здесь Эрвин и парики и почему он якобы их все время носит, но сил не осталось даже на любопытство. Завтра поинтересуюсь, если вспомню. – А умыться можно наверху, можно даже освежиться целиком – у Мадлен самые современные апартаменты, есть не только ванна, но и душ.

Эллис расцвел солнечной улыбкой.

– Это было бы просто великолепно! – Он стащил парик, брезгливо принюхался к нему и провел рукой по своим волосам, влажным и оттого немного вьющимся. – Думаю, просить у мисс Мадлен проводить меня было бы немного нетактично. Мистер Белкрафт, могу ли я рассчитывать на вашу помощь?

– Разумеется, – сухо ответил Георг. – Если уж леди Виржиния разрешила, то возразить мне нечего.

– Ох, не будьте таким ворчуном, мистер Белкрафт! – Парик Эллиса полетел на стол, за ним последовал и длинный сюртук, и бабочка, и узкий пояс… Я испугалась было, что детектив и вовсе разденется прямо на кухне, но, к счастью, на этом он остановился. – К слову, о занудах и ворчунах, леди Виржиния. Мистер Калле спит где-то в зале, посмотрите, пожалуйста.

– А разве он не ушел? – поразилась я.

– Конечно, нет, – обернулся Эллис уже в дверях, сонно щурясь. – Мы же договаривались обсудить новую информацию. Кто же знал, что вечеринка так затянется?

– Вечер памяти, Эллис, вечер памяти, а не вечеринка. – Я с трудом подавила неподобающий леди зевок. – Идите уже. Мистер Белкрафт тоже устал, и он вовсе не обязан быть вашим проводником.

– Слушаюсь, леди, – иронично отсалютовал мне детектив и поплелся за Георгом, позевывая. На мгновение я ему позавидовала – а потом отправилась заниматься делами насущными. Но перед этим украдкой ополоснула лицо над раковиной на кухне. Не душ, конечно, но хоть немного бодрит.

«Старое гнездо» опустело. Разошлись гости, слуг я давным-давно распустила со строгим наказом прийти завтра с утра и привести кофейню в порядок, даже миссис Хат – и та отправилась спать в комнаты наверху. По залу бродила сомнамбулой Мэдди, рассеянно гася свечи.

– Шла бы ты спать, милая. – Я осторожно коснулась ее плеча, и Мадлен подняла на меня сонные глаза цвета горячего шоколада. – Я закончу тут со светильниками, так или иначе мне нужно еще поговорить с мистером Калле… К слову, где он?

Мадлен вяло, без обычной своей экспрессии, указала рукою в дальний угол. Я присмотрелась и не смогла сдержать удивленного вздоха. Художник сладко спал, уронив голову на стол и накрывшись одной из скатертей. Мэдди улыбнулась, выразительно постучала двумя пальцами себе по лбу и развела руками.

– Что поделаешь, все люди искусства немного с чудинкой, – согласилась я. – Иди спать, Мадлен… Ох, чуть не забыла – не пугайся, если услышишь шум в ванной комнате. Я разрешила мистеру Норманну воспользоваться твоим душем, раз уж день выдался такой утомительный.

Мэдди недовольно тряхнула рыжими кудряшками и скрестила руки на груди.

– Да, да, в следующий раз я обязательно посоветуюсь с тобой. Не сердись, дорогая.

Устало улыбнувшись – мол, не сержусь, – она обняла меня напоследок и отправилась к служебным помещениям, через которые был выход наверх, в жилые апартаменты. Я же, подавив малодушное желание вернуться на кухню и там дождаться Георга, который мог решить бы любые проблемы, подошла к художнику.

– Мистер Калле! – Я осторожно тронула его за плечо, но он даже не шелохнулся, только сопеть стал громче. – Ну же, просыпайтесь. Вы так и не рассказали, что такого ужасного увидели в апартаментах невесты Мореля.

По правде говоря, мне было уже абсолютно безразлично, что там такое нашел художник. Да он и не спешил рассеивать туман неизвестности – дернул плечом, сбрасывая мою руку, и продолжил сладко спать.

– Мистер Калле! – слегка повысила голос я. – Тут вам не гостиница. Просыпайтесь же! – И снова никакого результата, если не считать за таковой то, что художник немного повернул голову, и теперь я со своего места видела только его лохматый затылок. Сразу вспомнились слова Эллиса о «париках мистера Калле»…

…и я в порыве озорного настроения потянула за темно-рыжую прядку. А что? Если художник проснется, я извинюсь и сделаю вид, что просто его будила. А нет – так удовлетворю наконец любопытство.

Конечно, с первого раза ничего не получилось. Я справедливо рассудила, что это не тот случай, когда стоит использовать силу вместо логики и, пользуясь тем, что Эрвин продолжал крепко спать, склонилась над ним, внимательно осматривая в тусклом свечном свете его лицо. Отвела густые пряди со лба, потом – холодея от собственной смелости – провела пальцами надо лбом, вдоль линии роста волос.

И почти сразу нащупала маленький «порожек».

Остальное было делом техники. Всего через минуту я освободила Эрвина от парика и только тогда, взвешивая в руке тяжелую копну искусственных волос и глядя на по-военному коротко стриженный, абсолютно седой затылок, задумалась, зачем мне это было нужно. Через некоторое время мне стало абсолютно ясно, что надеть злосчастный парик обратно на Эрвина я не смогу, а будить художника все-таки придется. Вот неприятность!

Однако придется как-то разрешать эту некрасивую ситуацию.

Аккуратно положив компрометирующую улику на стол, я приняла самый что ни есть невозмутимый вид и принялась уже всерьез расталкивать художника.

– Вам помочь? – раздался у меня за спиной хриплый голос, и от неожиданности я едва не подпрыгнула. К счастью, это оказался всего лишь Лайзо – мокрый и взъерошенный, как искупавшийся в ручье кот. – Немного холодной воды – и он взбодрится. Впрочем, есть и другие способы, более милосердные. Позволите мне? – предложил он с издевательски почтительным полупоклоном.