Повелитель Теней - Петр Верещагин

– Да?

– Конечно. Если на меня вдруг нахлынет тоска или скука, я всегда могу прийти сюда и подумать: ведь могло быть и хуже. Место-то великолепное – граница мира, где я умер, и мира, где я провел мои лучшие годы…

– Так и знала, что тебе понравится. Я бы на твоем месте расколотила ее на тысячи осколков, однако ты как был сумасшедшим, так и остался.

– Конечно, – усмехнулся он, – я же все время имею дело с тобой. Как тут не сойдешь с ума.

Обмениваясь язвительными выпадами, они раздвинули створки Врат и шагнули на территорию Домов Боли.

Структура этих мест чем-то напоминала Хаос и Серые Страны. Собственно, именно благодаря близкому знакомству с Домами Боли чародей так быстро научился ориентироваться во Дворе Хаоса; ведь обычно тот, кто не рожден в Хаосе, за всю жизнь не может приспособиться к местным условиям.

Быстро продвигаясь по светло-серой тропинке, каждый шаг которой защищали безумные колдуны, Инеррен и Айра добрались до Скрученной Цитадели. Она, полностью оправдывая свое наименование, имела такой вид, будто неведомый колосс взял изящную эльфийскую башню одной рукой за вершину, другой у основания и, слегка сдавив, повернул слева направо.

Разметав почетный караул из шести демонов, вооруженных огненными копьями, они вошли внутрь.

– Запретная Зона! – вскричал охранник и после небрежного жеста волшебницы влип рогатой головой в стену.

– Где ва… – Страж Лестницы Слоновой Кости не успел закончить даже слова, обратившись под взглядом чародея в ледяную статую.

Быстрота и натиск – это единственный способ добиться своей цели и благополучно уйти. Так, во всяком случае, обстояло дело в этом краю Сфер.

Семь золотых дверей наверху были помечены различными символами. Одна, над которой был вырезан сжатый кулак, была заперта, и Айра направилась к ней. Приложив ладонь к тому месту, где должна была находиться щеколда, она прошептала приказ, и дверь с душераздирающим треском уступила.

– Добро пожаловать, – раздался тихий голос изнутри.

За простым, но изящным столом из какого-то светлого металла сидел невысокий человек среднего возраста. Седая бородка клинышком идеально гармонировала с острым носом и скулами, темные волосы с сильной проседью были разделены посередине ровным пробором. Глаза его были светлыми, почти белыми.

У Инеррена в голове словно возникла страница одной из его книг: старая гравюра с портретом хозяина кабинета и подписью «Верховный Лорд Ада Беел-зебуб».

– Чем могу быть полезен? – произнес он.

– У нас имеется одна просьба, Повелитель Мух, – сказала волшебница. – Она касается одного из недавно прибывших.

– Продолжай, – тем же тоном молвил Беел-зебуб.

– Его имя Шан Цунг, отправлен он сюда был из Арканы. Родного мира, к сожалению, я не знаю. Просьба заключается в следующем: он должен сообщить нам некоторые сведения.

– Трудно запугать того, кто уже находится здесь.

– Поэтому я и обращаюсь с просьбой: единственное, что ему нужно – избавление от страданий. Мы можем вернуть его к жизни.

Лорд Ада словно не слышал ее слов. Он что-то тихо насвистывал, одновременно пролистывая какие-то бумаги, пачкой сложенные у него на столе.

– Надо было допросить его до того, как отправлять сюда, – наконец сказал Беел-зебуб. – Ну хорошо, Синяя Колдунья, пускай будет по-твоему. Только с условием: следует вернуть его сюда же, и никак не позднее, чем через шесть месяцев.

– Обещаю, Повелитель Мух. И благодарю за содействие.

Лорд Ада надавил на кнопку на краю стола. Вошел крупный демон, радужные глаза которого вращались в разные стороны.

– Шан Цунг – тринадцатый коридор второго блока, отделение «Вечный Кошмар», северо-восток, Орлиное Крыло, – продиктовал Беел-зебуб. – Немедленно доставить сюда.

Мгновение – и демон вернулся, держа подмышкой обмякшее тело.

– Цена обычная, – сказал Лорд Ада. Айра кивнула.

Инеррен применил ритуал Воскрешения. Шан Цунг открыл глаза.

– Снова ты, – устало произнес он. – Даже тут нет покоя от тебя.

– Разве так обращаются к своему спасителю? – укоризненно заметил чародей. – Я возвращаю тебе жизнь.

Шан помолчал, затем резко поднялся на ноги.

– Пошли отсюда.

Попрощавшись с Повелителем Мух и высказав традиционное пожелание насчет будущей встречи, они покинули Дома Боли – больше никто не осмеливался переходить им дорогу – и переместились ко Двору Хаоса. В Призрачной Башне беседа продолжилась.

– Зачем вам понадобилось предпринимать этот поход – понятно, – сказал Шан, уже совершенно оправившийся, – существует всего одна причина. Ну что же, Диадему Даммаранга я отдам. Но мне нужна клятва от вас обоих, что все наши дела на этом и закончатся.

«Мне это не нравится, – передал Инеррен. – Данное слово следует держать, а…»

«Не волнуйся.»

– Даю слово, – заявила волшебница, – мы оба больше никогда не будем искать встречи с тобой, если только ты сам не полезешь.

– Отлично. Возьми. – Шан Цунг вынул из воздуха кольцо из зеленоватого огня шириной около двух дюймов и диаметром почти десять. – Всегда удобно держать подобные предметы при себе.

– Это уж точно. Прощай, – поднялась с места Айра. – Извини, но рукопожатием нам лучше не обмениваться.

– Знаю, – усмехнулся тот и, сделав шаг, исчез.

– А теперь не соблаговолишь ли поведать, как это ты собираешься сдержать оба обещания сразу? – начал Инеррен.

– Очень просто. Как там звали того третьего номера твоей команды, который погиб в Полночном Замке?

– Дриззт, дроу-рейнджер из Мензоберранзана.

– Ха! Тогда все еще проще…

Волшебница достала лист чистого пергамента и написала несколько строк на языке, которого чародей не знал, однако легко понял суть надписи с помощью заклятия Ньоса – оно теперь было «встроено» в застежку его накидки вместе с крошечным кристаллом Силы, так что прикосновение к кристаллу приводило чары в действие.

«Сведения для кланов Мензоберранзана. Несколько дней назад в Полночном Замке был предательски убит рейнджер по имени Дриззт. Всю ответственность за его гибель несет некий Шан Цунг, оборотень и колдун младшей ветви из стран Таона. Точное местонахождение убийцы устанавливается.

Башня Звезд»

– А теперь приложи сюда печать Черной Звезды.

– Зачем? И что значит вся эта галиматья?

– Некогда один из основателей рода темных эльфов избрал Черную Звезду своим символом. Окончилось это для него весьма плачевно, но традиция осталась, и с тех пор самые срочные послания, исходящие из Башни Звезд (там что-то типа Совета Провидцев), несут на себе ее печать.